Патриот. Смута. Том 10 - Евгений Колдаев

у меня появился еще один козырь. Ведь они протестанты, а я им смогу дать некую информацию по тем, кто им противостоит. А если удастся в стане ляхов схватить еще людей из верхушки ордена, то… Это прямо будет козырной король, не меньше.

Тузом я все же считал свои войска. Если и их не будет за плечами, то переговоры в целом — не пойдут.

— Спасибо, брат. Как будет время, я пришлю за тобой. Дай мне три дня. Три дня постись и молись. А на рассвете четвертого ты предстанешь предо мной.

Я действительно подумывал взять его в телохранители до срока. Он стал абсолютно верен мне, сломался и видел во всех действиях стремление к цели ордена. Ведь цель для них — оправдывает средства. Значит, я мог играть роль патриота, любимца народа, царя, господаря, да кого угодно. Если это идет на пользу ордену — значит, это хорошо.

На этом я и сыграл.

Распрощался с ним, вышел, вздохнул. Дел еще невпроворот, обед я пропустил. Ужин скоро.

— Идем в тронный зал. Думаю, там гонцов уже не один собрались.

Глава 14

Махнул рукой своим верных охранителям. Двинулись в полумраке.

— Ну как? — Богдан не утерпел. Отвлек меня от раздумий о грядущих делах.

— Собратья. Все узнал, сейчас сработаем.

— Ты же даже не пытал его. — Лицо казака стало удивленным.

— Эх, Богдан, есть методы иные. — Улыбнулся я ему. — Только… Теперь нужен он нам живым. Вот думаю либо вы за ним присматривать будете, либо…

— Это что же, немец да при тебе, господарь. Люди не поймут. — Прогудел Пантелей.

И в этом был резон. Богатырь мой дело толковое говорил. Если станет он моим четвертым телохранителем, войско такого не поймет. Да, мы прошли через многое и люди доверяют мне, пожалуй больше чем себе. Я для них стал настоящим царем. Но, есть те, кто присоединился недавно. На них факт наличия немца в телохранителях станет ощутимым. Есть москвичи, уважение и признание которых нужно заслужить. Да, мои люди помогли потушить пожар. Даже, пожалуй, возглавили это тушение, мобилизовав само население. Но, это только один шаг.

Немец может все это дело испортить. Выходит, варианты иные искать надо. И они у меня есть.

— Ну значит, как Франсуа, голландцы и прочие немцы прибудут, куда-то туда пристрою. Лучше всего к французу. — Проговорил я задумчиво. — Вестовых бы мне, работы очень и очень много.

— Уверен, ждут уже нас в тронном зале. — Криво улыбнулся казак. — Такое дело сделали, огромный город взяли. Диво дивное, господарь.

— Взять-то взяли. А вот править таким, дело может и посложнее встать.

— Тут не знаю, господарь, ты мудр, а мы лишь воины твои.

Эка ты от ответа ушел, казак. Уму-разуму набираешься.

Мы прошли по коридору, свернули раз, другой, вышли к тронному залу. Шуйского здесь уже не было. Интересно что с ним, узнать надо. Здесь же застыли несколько вестовых с докладами, как я и ожидал. И пошлю я их со своими делами раздавать указания сотникам.

Тут же подскочил паренек, один из посыльных, самый расторопный, поклонился, произнес.

— Господарь, вас дожидается десятник Афанасий Крюков.

— А это кто? — Я удивленно уставился на него.

— Да тот, кто башню-то не сдавал полдня. Недавно сговорились. Но, требовал вас видеть.

Требовал. Не промах этот Афанасий, поглядим.

— Еще что?

— Сотоварищи вести принесли. Доложить?

Вот у меня и распорядитель информации появился. Улыбнулся ему, проговорил:

— Докладывай.

Парень действительно изложил все достаточно толково.

Пожары потушены, основные силы вернулись в кремль. На улицы города отправлены патрули, чтобы следить за порядком и помогать пострадавшим. В пострадавших от пожаров районы и улицы патрули усиленные. Там люди справляются сами, но нужно следить за порядком. Пресекать мародерство и какое-либо мошенничество.

Я кивал, подумывал, что нужно организовать выдачу хлеба пострадавшим. А тем, кто потерял все, как-то помочь с жильем и имуществом на первый срок. Это сложно, надо делегировать, а кому? Григория нет. Видимо, придется местным боярам поручать. Главное, чтобы порядок сохранялся и народ бунтовать не начал.

— Что дальше?

Дальше кратко парень изложил, что схвачено двадцать три поджигателя. Процент достаточно большой. Потому что примерно столько же, по его словам, пострадали от рук толпы. Москвичи, когда видели, что творится и что некто пытается поджечь дома и улицы, затеять пожар, действовали по всей строгости. Проявляли невероятную агрессию. И их можно было понять.

Люди Голицына и Шереметева, а также прочих боярских родов менее важных, но обитающих в Москве, пришли на помощь в трудную минуту. Тоже участвовали в тушении. Действовали самоотверженно. Вражды какой-то к моим людям не проявляли. Было три случая попытки грабежа, но татей скрутили, избили. Толпа их выдавать не пожелала, мои люди не настаивали. Времени на то, чтобы вершить суд над неудачливыми ворами, у меня не было. Пускай по месту сами разбираются. Используют старое народное правосудие.

Я почесал подбородок. Если так задуматься, этим разбойничкам не позавидуешь. Если не вступится никто и не защитит, сказав, что по дури и по соблазну, бес попутал, разорвать могут.

Народ в то время был жесток, но вполне справедлив.

О боярах, которых я искал, Салтыкове и Куракине почти ничего известно не было. Вроде бы схоронились. Почему почти? Караулы на восточной части укреплений говорили, что какой-то отряд выехал из столицы, как только пожары начались. Они-то преимущественно кинулись помогать в тушении. Особо не расспрашивали, кто и куда. Сумятица была. Потом только ворота закрывать стали, когда мои люди подошли.

То ли кто-то из искомых, то ли кто-то еще.

Шуйскому полегчало. Гермоген его с парой лучших лекарей, что выискались из толпы, забрал к себе. Сказал, что больному здесь делать нечего. Людей много, беготня, а нужен покой. А хоромы царские не для него, нужно к иночеству готовиться и смирению.

— Так и сказал? — Я бровь поднял.

Парень плечами пожал, повернулся, махнул рукой.

Подбежал один из бойцов, несших здесь дозор. Я подметил, что докладывающий боец видимо был невероятно разговорчив, он умудрился без моего ведома у всех сплетни пособирать, все переработать и важное мне докладывать. Хороший навык, только пока зависеть от такого человека не вижу смысла.

Почему зависеть? Если кто-то может фильтровать тебе информацию, то он будет подавать ее так, как важно и нужно ему. Поэтому важно, по возможности, получать сведения из первых рук. Это всегда сложно, порой невероятно сложно. В этом всегда проблема разведки и есть. Найти того, кто знает все точно. А такие люди обычно либо охраняются, либо находятся на режимных