Роковой путь - Илья Ангел

— Это нужно будет проверить, как ни крути, а Ромка больше всех в итоге получил от всей этой истории, — Эдуард нахмурился.

— Он чуть не потерял Ванду, — напомнил я ему.

— Но не потерял же. Кто-нибудь слишком умный наверняка выскажется, что у него всегда был антидот, и, позволив ей заразиться, Рома просто нагнетал обстановку, выставляя себя жертвой. Мы должны полноценно владеть информацией, чтобы вовремя пресечь слухи, — жёстко сказал брат. — Я всё проверю.

— Хорошо, а теперь пойдём уже встретим нашу проверяющую. И да, мы будем Ромке говорить, что проверяют потенциально опасных людей для существующего правительства и, возможно, страны? — я хмыкнул. — И под это описание попадают Ваня с волками, я из-за связей во Фландрии, включая мать, получившую недавно гражданство этой проклятой страны, и, скорее всего, Тим, из-за его доступа к информации? Убийцы во главе с Гараниным считаются в этом смысле совершенно безвредными котиками.

— Ни за что, — Эд улыбнулся. — Ему не помешает небольшой удар по самолюбию.

Мы вышли из кабинета. В приёмной никого не оказалось, и мы направились искать министерских проверяющих. Двое мужчин продолжали доводить отдел кадров, и я тихо закрыл дверь, решив пока не вмешиваться. А вот главная, Малютина Мария Яковлевна, нашлась в коридоре на втором этаже, где ей удалось, похоже, отловить Рокотова. Мы с Эдом подошли поближе, чтобы увести её, но Ваня поднял на меня взгляд и слегка покачал головой, прося не лезть.

— Господин Рокотов…

— Полковник, — перебил её Ваня. — Полковник Рокотов.

— Ну, хорошо, полковник, — Малютина едва заметно поморщилась. — Где мы можем с вами поговорить?

— Нигде, — довольно любезно сообщил Ваня. — Мне некогда с вами разговаривать, у меня много работы. К тому же мне нечего вам сказать. Мою клятву принимала Оракул, она же назначила меня офицером. Попробуйте оспорить её волю.

— Я не собираюсь ничего оспаривать, я просто хочу поговорить…

— Нам не о чем разговаривать. До свиданья, — и Рокотов развернулся, чтобы уйти.

— Меня интересует дело Римского…

— Что? — Ваня медленно повернулся к ней, а на его обычно невозмутимом лице сыграли желваки. — Откуда вы узнали о деле Римского? Хотя нет, это неважно. Минуточку, — он достал телефон и набрал чей-то номер. — Савелий Юрьевич, полковник Рокотов беспокоит, — сказал он спокойно. — Здесь сейчас передо мной стоит весьма привлекательная особа, присланная кабинетом министров и жаждет поговорить о деле Римского. Да, хорошо. С вами хотят поговорить, — и он протянул трубку Малютиной.

Ор Яковлева даже мы с Эдом расслышали, хотя стояли на довольно большом расстоянии от них. Малютина даже трубку слегка отставила от уха, чтобы не оглохнуть. Он орал минут пять, а когда выдохся, проверяющая пролепетала:

— Да, господин президент, я всё поняла, — и она протянула трубку Рокотову. — Где у вас здесь отдел кадров? Мне нужно там дождаться представителей Секретной службы, чтобы они уничтожили все результаты моей проверки, — произнесла она потерянным голосом и побрела по коридору.

Ваня только что не плюнул ей вслед и унёсся по делам, а Эдуард повернулся ко мне.

— Ну что, пора вернуться на наше рабочее место. Нам только неделю разгребать то, что накопилось, придётся. — Я утвердительно кивнул, и мы пошли уже работать.

Глава 11

— ДНК тест готов. Как и отпечатки пальцев. Мы наконец-то соединили все системы и имеем собственную базу и всё необходимое оборудование, — сообщил Эдуард, заходя в кабинет и останавливаясь возле двери.

— И? — поторопил я Эда, когда тот решил сделать драматическую паузу.

— Это — настоящий Клещёв. Тот, что окопался в убежище, предоставленном ему десятой Гильдией в Твери. Образцы ДНК этой поганой семейки хранятся у нас в базе, так что сравнивать было с чем.

— Но… как это возможно? — я потёр лоб. — И кто тогда был на складе?

— Я тоже задал себе этот вопрос. Сразу же, как только пришли результаты. Тогда я не поленился и наведался на пятый склад. Та балка, которая упала на Клещёва, всё еще там. Наёмники и спецназовцы даже не потрудились её уничтожить, просто в сторону отодвинули, преимущественно ногами, а рабочие, похоже, никогда не выйдут на работу из своей забастовки.

— Интересно, чего они хотят? — я хмыкнул. Сколько себя помню, всегда неизменными остаются две вещи: дохнущие по всему миру куры и бастующие рабочие порта.

— Как обычно: много денег, и чтобы не работать при этом. Ничего нового, — Эд скривился.

— Так что там с балкой?

— Эта балка являлась причиной смерти того Игоря Максимовича Клещёва, и на ней сохранилась его ДНК… — он позволил себе улыбнуться краешком губ.

— И? Эд, ну почему ты так тянешь?

— Чтобы было интересней, — я бросил на него яростный взгляд и Эдуард, усмехнувшись, закончил: — Тот человек, что был на складе, был кем угодно, но только не Клещёвым. Совпадений по базе нет, так что имени узнать не удалось.

— Как интересно, — я задумчиво откинулся в кресле, бездумно глядя на стол. Ромка, сидевший напротив меня, оторвался от бумаг, которые мы изучали, и тоже посмотрел на Эда.

— Да, кстати, надеюсь, вы не забыли, что сегодня в два часа дня должны присутствовать на похоронах Епифанцева Василия Борисовича?

— Кого? — я поднял на него недоумевающий взгляд. — Кто это, и почему мы должны присутствовать на его похоронах?

— Епифанцев Василий Борисович, заместитель Медведевой по научной работе, — скучающим тоном принялся объяснять Эд, рассматривая свои безупречные ногти. — Скоропостижно скончался три дня назад в возрасте девяноста четырёх лет.

— Как скончался? — задал очень своевременный вопрос мой зам.

— Причина смерти — сердечный приступ. Пикантность ситуации в том, что приступ произошёл в постели с двадцатипятилетней любовницей. Тридцатидвухлетняя вдова безутешна по обоим причинам, как вы понимаете, — будничным тоном ответил на вопрос Романа Эдуард.

— Что? — Ромка потёр переносицу и посмотрел на Эда более осмысленно. — Что ты только что сказал?

— Понимаю, так умереть мечтает практически каждый мужчина, но «повезло» исключительно одному Епифанцеву, — Эдуард прекратил рассматривать свои ногти и насмешливо посмотрел на Романа. — Тебе подобное точно не грозит. Тем не менее, вы обязаны присутствовать на погребении, сказать пару хороших слов и постараться не так откровенно завидовать. Сделать это будет нелегко, по моим данным, на похоронах будут присутствовать все четыре любовницы Василия Борисовича. Младшая — твоя ровесница, Дима. Но вы всё-таки постарайтесь сделать скорбные лица, а не злобные, провожая в последний путь этого, несомненно, выдающегося во всех смыслах учёного.

— Почему я был не в курсе, что заместитель начальника одного из отделов умер от сердечного приступа несколько дней назад? — нахмурился Ромка.

— Понятия не имею, почему до тебя не