Обманщик Империи 2 - Ник Фабер

— Не все готовы играть, когда ставки так высоки, — пожал я плечами, но Джао на это едва не рассмеялся.

— О, Алексей, поверьте мне. Не стоит думать, будто все играют только ради победы. Есть люди, которым будет достаточно и вашего проигрыша. А в этой игре они всегда в плюсе. Доброго вечера.

Сказав это, Джао отпустил мою руку и развернулся.

— Как я с вами свяжусь? — спросил я, но он даже не потрудился ответить.

— Мы сами тебя найдём, когда нам потребуется, — произнесла стоящая рядом со мной китаянка, прежде чем последовать за Джао.

Я смотрел им вслед, оставшись в полном одиночестве, чувствуя, как капли холодного пота стекают по спине. А затем плюнул и, протянув руку, взял с подноса проходящего мимо слуги бокал с шампанским и выпил его залпом.

— Вашу же мать…

Глава 14

— То есть разговор ты не записала? — со вздохом спросил я.

— Конечно, записала! — тут же ответила Жанна и следом быстро добавила. — Конечно, если ты называешь ваш едва разборчивый бубнёж разговором. Там почти ничего не слышно толком! Я вообще поражена, что ты мой номер смог в кармане не глядя набрать!

М-да. Не то чтобы я действительно рассчитывал использовать такой вариант. Это всё равно что угрожать человеку зажатой в руке гранатой. Его, может быть, и зацепит, но ты тоже целым не уйдёшь. Да и потом — эти его слова о блефе… бог его знает, поверил ли он в эту угрозу или нет.

— Я твой номер в качестве экстренного добавил, — раскрыл я Жанне тайну и вернулся к своему ужину из лапши быстрого приготовления и пары бутербродов с колбасой и сыром. Сейчас я находился на квартире Кириллова, так как завтра ночью предстояло идти на «дело». — В телефоне функция такая есть. Можно забить номер на экстренный звонок. Тыкаешь три раза в кнопку блокировки, и он его автоматом набирает.

— О, хитро придумал.

— Не я такой, Жанна. Жизнь такая.

Шутки шутками, но ситуация складывалась отвратительная. С одной стороны, теперь можно было не беспокоиться о том, что убийцы Завета могут меня найти… Ага. Потому что они уже меня нашли. Вот почему! И то, что вчера мы разошлись с ними миром, вообще ни о чём хорошем не говорит.

И понимал это не только я.

— Слушай, — осторожно проговорила Жанна, — ты ведь не думаешь, что они станут тебе платить, так ведь?

— Конечно, я это понимаю, Жанна, — устало сказал я. — Я же не идиот. Никто в здравом уме не станет отдавать двести миллионов…

— СКОЛЬКО⁈

— А, да, — вспомнил я и рассмеялся. — Я же не сказал тебе сумму, на которую мы договорились?

— Нет! — тут же вскинулась Жанна. — Этот НЮАНС ты как-то упустил! Почти четверть миллиарда! Поверить не могу, что они тебя прямо там не убили… я бы сама тебя за такую наглость прикончила!!!

Слушая её, я едва сдерживался от того, чтобы не расхохотаться.

— Я для того и задрал планку, чтобы проверить. Если бы они готовы были платить, то не согласились бы никогда на подобный… грабёж. Этот Джао даже не торговался почти. Так, повзбрыкивал немного — и всё.

— То есть ты уверен в том, что он тебя кинет?

— А ты бы не кинула? — с иронией спросил я лежащий на столе передо мной телефон. — За одну пятую миллиарда-то, а?

— Нууууу… сложный вопрос, — спустя несколько секунд задумчивым голосом ответила Жанна. — С такими деньгами мне больше работать не пришлось бы.

— И что бы ты делала?

В телефоне повисло молчание.

— Не знаю, — наконец ответила подруга.

— Да ладно тебе. Не ври, — не поверил я. — У каждого есть моменты, когда он мечтает о несбыточном, Жанн. У тебя же есть такие фантазии. Давай, колись.

— Сложно сказать, — наконец заговорила она. — Если хочешь честный ответ, то я бы сначала вообще ничего не делала.

— Это как?

— А вот так. Просто дала бы себе месяц тишины. Или два. Или полгода. Без экранов, компов, нервотрёпки и чужих проблем.

— А потом?

— Не знаю. Скорее всего, занялась бы подушкой. У меня всю жизнь деньги были либо чужие, либо временные. Вложила бы часть в фонды и активы так, чтобы они работали сами, без моего участия. Чтобы мне вообще не приходилось с ними возиться…

— Потому что ты ненавидишь зависеть от людей, — закончил я за неё.

— Именно. А потом купила бы себе маленький дом. Где-нибудь у озера. Знаешь, такое место, куда никто случайно не приедет. Чтобы тихо и безлюдно. Провела бы туда все коммуникации, сеть и всё прочее. И занималась бы творчеством.

Я в этот момент едва лапшой не подавился.

— Творчеством? В смысле?

— А что тут такого? — возмутилась она. — Я всегда хотела научиться рисовать. Кисточкой и красками, а не стилусом и мышкой. У меня отец красивые картины писал, а я так и не научилась…

На последних словах в её голосе явственно зазвучала грусть. И я понимал почему, так как хорошо знал эту историю. Жанна не успела попрощаться с отцом. Училась в универе в тот момент в другом городе. Так ещё и в последний раз, когда они виделись, рассталась с ним очень плохо. Они поссорились, когда Жанна приехала на каникулы домой. И в итоге, в порыве эмоций, заблокировала родителей и уехала раньше времени. А через два месяца узнала от матери, что отец перенёс один инфаркт, после чего умер в больнице от второго.

Она сама рассказывала мне эту историю. Помню, как-то раз мы с ней напились. Сидели почти так же, как сейчас. Я тогда находился в Мюнхене, а она… честно говоря, без понятия, где она в тот момент была. Мы просто общались по телефону и пили. И она рассказала мне об этом. Как все те месяцы ненавидела родителей. Причины она мне тогда не называла, отказавшись говорить, но сейчас это и неважно. Подруга корила себя за то, что из-за глупых эмоций упустила последнюю возможность попрощаться и поговорить с отцом. Родители звонили ей, а она из-за собственной глупой, как ей теперь казалось, обиды игнорировала их.

Вообще странно получается. Мы никогда не виделись в реальности. Я не знаю, как Жанна выглядит. Не знаю, сколько ей лет. Даже не знаю, настоящее ли это имя. Но, возможно, знал я о ней больше, чем кто-либо на свете. Точно так же, как и она — про меня.

— А ты?

— Что, я? — спросил я в ответ.

— Что бы