Обманщик Империи 2 - Ник Фабер

хорошо знал, а потому подготовился. Скорость падения начала замедляться, и через несколько секунд мои ноги мягко коснулись крыши. Спрятав бесполезный теперь шарик в карман куртки, я направился к пожарной двери, ведущей внутрь здания, на ходу доставая набор с отмычками. На то, чтобы разобраться с замком, у меня ушло всего две минуты.

— Я внутри, — сообщил я Жанне, скинув с себя плотный и мокрый дождевик.

— Отлично. Шахта лифта дальше по коридору. Тебе нужен четвёртый…

— Да, — прервал я её. — Помню.

На то, чтобы добраться до дверей лифта и раскрыть их, попав тем самым внутрь шахты, я потратил ещё пять минут. Дальше всё по плану. Спуск по внутренней пожарной лестнице до нужного мне этажа, отжать аварийный гидравлический стопор и выбраться из шахты.

План я помнил хорошо. Нужное мне помещение располагалось на третьем этаже, но соваться прямо туда я не стану. Даже ночью у входа в офис филиала дежурила круглосуточная охрана, периодически делая обходы внутри. И, судя по всему, ребята эти получали достаточно денег для того, чтобы относиться к своей работе крайне серьёзно.

Так что мы поступим умнее.

Я направился по коридорам, пока не добрался до нужного офиса. Судя по табличке, тут находилась какая-то юридическая контора. Я вскрыл дверь, предварительно отключив сигнализацию, и закрыл её за собой.

— Так, куда дальше? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

— Тебе нужна дальняя комната их конторы. Западная стена, — тут же заговорила Жанна. — Шесть метров от неё к восточной и девять — к северной.

Достав лазерную рулетку и кругляш мела, я дошёл до нужного помещения и вошёл внутрь. За дверью находился чей-то кабинет, но это меня волновало слабо. Я принялся мерить расстояние, следуя инструкциям Жанны. Добытый ею план здания у меня имелся, но к чему лишние телодвижения, если он сейчас у неё прямо перед глазами.

Отмерив необходимое расстояние, я сдвинул стоящий в нужном мне месте кофейный столик и коврик из-под него в сторону, нарисовал мелом крест и достал из рюкзака за спиной пластиковый противоударный контейнер. Внутри, на мягкой подложке из вспененного пенопласта, лежали четыре покрытых мелкими рунами гвоздя. Ну, я называл их гвоздями, потому что именно на них они и походили больше всего. Чёрные, металлические, по тридцать сантиметров длиной, покрытые мелкой, заметной лишь на ощупь гравировкой из альфарских рун.

Редкая и дорогая штука. Таких у меня было когда-то три комплекта. Один своё отработал. Второй, совсем свежий, пришлось бросить, когда мы с Димой уходили из Китайского Царства. Этот лежал у меня в запаснике, так как заряда там осталось на одно, в самом лучшем случае — если мне очень повезёт — два применения. Потому я и не взял его с собой в Китай. Не хотел рисковать и забрал свежие.

Штучки эти были ручной работы и, по сути, одноразовыми, относясь к тому типу артефактов, которые нельзя было перезарядить повторно. Взял их в качестве части платы за один из заказов в прошлом.

Достав из рюкзака молоток, я принялся вбивать их в пол, распределив квадратом. Не очень большим — сторонами сантиметров по пятьдесят, но мне хватит и этого. Стоило мне вбить последний, как квадратный кусок пола моментально… даже не исчез — нет. Просто стал непроницаемо чёрным. Как если бы кто-то взял ножницы и буквально вырезал его из мироздания.

Но дёргаться раньше времени я не стал.

— Ну что? — спросил я, напряжённо вслушиваясь в происходящее.

— Пока тишина, — отозвалась напарница. — Вроде никто ничего не заметил.

К сожалению, она не смогла узнать, есть ли там защита магического толка. С электронной, понятное дело, мы ничего сделать не сможем. Записи с камер наблюдения внутри филиала писали видео потоком на внутренний сервер компании, к которому у подруги доступа не было. Может быть, будь у неё неделька или две, моя цифровая ведьма и смогла бы туда пробиться, используя свои трюки, но ввиду происходящих событий и острой нужды в информации этого времени у меня банально не было. А потому придётся действовать несколько грубее, чем я привык.

Натянув на лицо чёрную маску, я привязал трос к ножке тяжёлого стола, предварительно убедившись в том, что, когда он натянется, то не заденет один из вбитых в пол артефактов. Стоит убрать лишь один — и действие прекратится, а кусок перекрытия между этажами снова станет материальным. Опустившись на колени, я глубоко вздохнул и сунул голову вниз.

Перетерпев мерзкое ощущение, будто нырнул в бочку с ледяной водой, огляделся по сторонам. Темно — хоть глаз выколи, но я этого и ждал. Мои «гвозди» могли сделать нематериальным лишь тот объект, которого касались непосредственно. Потому я и вбивал их до бетона через половое покрытие. А за ними находились плитки подвесного потолка.

Отодвинув одну из них, я осторожно заглянул через щель.

Оно.

За плиткой располагалось нужное мне хранилище, где держали камни. Внутри горело тусклое освещение, подсвечивая расположенные по стенам ячейки для хранения, но замков на них я не боялся.

А вот двух камер, что висели по углам, — очень даже и…

Завибрировавший в кармане куртки телефон едва не заставил меня подпрыгнуть на месте. Я резко высунул голову назад, чуть не ударившись о весьма себе материальный и твёрдый край бетонного перекрытия между этажами.

— Что случилось? — тут же спросила Жанна, услышав мою сдавленную ругань.

— Мне звонят, — отозвался я, чувствуя, как телефон в кармане продолжал настойчиво вибрировать. И это был не тот телефон, по которому я сейчас говорил с Жанной. — Точнее, не мне, а Измайлову.

— В три часа ночи⁈

Отвечать я не стал, хотя мне и самому было крайне интересно, кто именно решил позвонить Алексею посреди ночи.

Вопрос решился довольно быстро, едва я только достал лежащий во внутреннем кармане куртки мобильник.

— Охренеть, — покачал я головой. — Он что, вообще не спит?

— Кто там?

— Игнатьев, — отозвался я. — Твоя программа готова?

— Нет, конечно! Я только начала обрабатывать записи твоего голоса и…

— Ясно, — перебил я её. — Повиси.

Стащив с головы одну маску, я быстро достал из рюкзака другую и тут же её надел. После изменения мне стало тесновато в своей одежде. Но сейчас это не важно. Нужно сыграть человека, которого разбудили посреди ночи.

Собравшись с духом, я нажал на экран.

— Да?

— Доброй ночи, Алексей, — удивительно бодрым тоном для человека, который звонит в три часа ночи, заговорил Игнатьев. — Прости, что я тебя разбудил, но это дело не терпит отлагательств.

— Что… что случилось, ваше сиятельство?

— Боюсь, что у нас возникла проблема с этим следователем, о