Завещание беглеца - Андрей Геннадьевич Лазарчук

    19

     Вечером Добринский и Глен забрели в бар на набережной. Красноватый свет выхватывал квадратики столов, пятнами ложился  на  стены.  У  стойки  Ричард завел разговор с барменом,  а  Николай  взобрался  на  табурет  и  глянул  в полутьму зала. Когда Глен  протягивал  ему  стакан,  в  бар  вошел  Ахматов. Николай толкнул Дика  в  бок,  соскользнул  с  табурета  и  пошел  навстречу вошедшему.

     - Сергей Васильевич, добрый вечер. Выпьете с нами?

     - Ну если только глоток, - отозвался Ахматов.

     Третий стакан, как у фокусника, возник в длинных пальцах Дика.

     - Это Ричард Глен из биоцентра. Мы вместе слушали вашу лекцию, - сказал Николай. Дик одобрительно замычал.

     - Чертовски рад встретить вас, профессор,  в  этом  райском  уголке,  - плавным движением стакана  Глен  указал  на  цветистую  шеренгу  бутылок,  - затерявшемся среди бескрайних песков мертвой  пустыни,  в  которой  запросто можно помереть от жажды.

     Ахматов понимающе улыбнулся.

     - Когда возвращаетесь в Питер? - спросил Николай.

     - Уже завтра.

     - А я еще пробуду здесь месяца два. Я стажируюсь у доктора Кройфа. Вы о нем слышали?

     - Настолько слышал, что очень хотел бы увидеть. Жаль,  что  его  нет  в Ноксвилле. Он ведь, кажется, ведет главную  тему  биоцентра  -  органические интеллектуальные автоматы? Вы тоже в этом замешаны?

     - Увяз по уши. Ваша лекция, Сергей Васильевич, натолкнула меня на  одну мысль. Люди создают искусственный интеллект в виде автономного  образования. Что же происходит в этот момент - отчуждение частицы нашего ума  и  создание равноправно мыслящей единицы, родственной человеку и близкой  ему  по  духу? Или все обстоит иначе - мы концентрируем и организуем в компактную структуру разум, растворенный в природе, вне нас?  Но  как  тогда  относиться  к  этим созданиям? Не должны ли эти отношения строиться по законам особой экологии - экологии духа?

     - Бесспорная мысль, - сказал Ахматов. - Искусственный интеллект  вносит новое начало в традиционную систему "человек  -  природа".  Прежняя  простая симметрия этой пары заметно искажается. А лучше сказать - усложняется.  И  в этой троице - творец - робот  -  природа  -  стоило  бы  разобраться,  -  он взглянул на часы.

     - Вы торопитесь? - спросил Николай.

     - Да, мне, пожалуй, пора в гостиницу.

     - Вы в "Скане"?

     - Да.

     - И мне туда же. Вы не против, если я пойду с вами?

     - Буду рад.

     - До свидания, Дик, - Николай тронул плечо Глена.

     - Желаю вам, джентльмены, благополучно преодолеть мертвое пространство, отделяющее этот бар  от  гостиничного,  -  участливо  сказал  Глен,  плотнее устраиваясь на табурете.

     20

 - Как я  и  думал,  Хорроу  действовал  через  Шеннона.  Все  сработало безотказно. Проба оказалась успешной:  Пит  разгадал  шифр  "Оливетти",  как пенсионер кроссворд в воскресном выпуске  "Таймса".  Так  что,  Кен,  готовь основную задачу.

     - А сможет Хорроу убедить Шеннона уничтожить Пита после того,  как  все будет сделано?

     - Боюсь, Лэрри на это не пойдет.

     - Лэрри?

     - Да, Шеннона зовут Лэрри.

     - Митч, если Хорроу струсит, ты должен...

     - Не учи меня,  Кен.  Уничтожить  Пита  нетрудно.  Трудно  после  этого удержаться в Центре. А упускать возможность использовать такие мозги  -  это было бы непростительной глупостью.

     - Шеннон, Шеннон, Лэрри Шеннон...

     - Ты так любовно выпеваешь это имя, будто он  герой  твоего  последнего боевика.

     - Герой...

     - Ладно, Кен. Мне пора. Старик проводит очередную серию опытов,  работы куча. Не забудь, одновременно с уничтожением Пита надо отправить Шеннона  на встречу с Карлуччи.  А  в  Ноксвилле  это  сделать  не  так  просто,  как  в благословенной Италии.

     - Стоп! Вспомнил!

     - Что?

     - Митч, ручаюсь, мы сможем сделать этого малого покладистым.

     - Лэрри? Выкладывай, что у тебя на него.

     - Ты ведь знаешь Красавчика Тони?

     - Это тот парень, что ездил с тобой в Милан?

     - Тот самый. Он прилепился ко мне лет семь назад. Я тогда  вел  колонку уголовной хроники в "Чикаго трибюн", а Красавчик только что вышел из тюрьмы. Он был мелким, но известным в городе гангстером. Выйдя на волю, он  оказался на мели, и я его приютил. Три недели он жил у меня  на  квартире  и  снабдил меня кучей сюжетов. Один  из  них  я  использовал  в  своем  "Страдании  как искусство". Ты читал эту вещь? Вижу, что нет. А зря. Так вот, Тони рассказал мне  историю  своего  сокамерника  Лэрри  Шеннона,  в  прошлом  химика   или фармацевта, который был связан с бандой Карлино. Шеннон не поделил что-то  с крестным отцом... Вспомнил, он обнаружил, что Карлино обсчитывает "братьев". И Карлино задумал убрать Шеннона. Лэрри решил отсидеться в тюрьме, для  чего очень неуклюже пошел в одиночку брать ювелирный магазин. Срок он получил, но поместили  его  в  чикагскую  тюрьму,  где  Карлино  ничего  не  стоило  его укокошить. Тони, которому Шеннон рассказал свою  историю,  проникся  к  нему сочувствием и - в  основном,  чтобы  насолить  Карлино,  которого  Красавчик терпеть не мог, - помог Лэрри перевестись и  другую  тюрьму,  в  Техас.  Так Шеннон ушел от Карлино.

     - И это описано в твоем "Страдании"?

     - Там есть сценка  расправы  Карлино  над  пойманным  беглецом.  Имена, естественно, другие, но вся история изложена точно. Да ты сам прочти, Митч.

     - Уволь. Но ты прав. Это пройдет. Подчеркни нужные места  и  передай-ка экземпляр своего шедевра Хорроу. Это  придаст  его  просьбам,  обращенным  к Шеннону, больше веса.

21

    - Ты только подумай,  Джек!  -  Флойд  возбужденно  бегал  по  комнате, размахивая листком. - Письмо с того света. Ах, Дуг, какой ты молодец!

     - Как ты сказал? - Пайку  передалось  возбуждение  шефа.  -  Письмо  от Спайдера?

     - Какого парня потеряли! А-а-а, - инспектор махнул рукой. Потом блеснул очками на Пайка: - Да, от него. Каким-то диким кружным путем.  Оно  шло  три недели через трех или четырех курьеров. А теперь догадайся, что в письме.

     - Что-нибудь о Красавчике?

     - Молодец!

     - Что-то у тебя сегодня все молодцы; и покойник Спайдер, и я.

     - У меня просто хорошее настроение, Джек.

     - Это потому, что Дуг написал о Красавчике?

     - Потому, что Дуг написал еще кое о ком. Тебе говорит что-нибудь  такое имя: