Ведьма и Повелитель волков - Диана Кедровская

— Агнесса! — закричал Ян, схватив меня за плечи и повернув спиной к ужасному зрелищу. Как видно, до этого он говорил мне что-то еще, но я не слышала. — Не смотри.

— Что… как… — задыхаясь, выдавила я, но не смогла связать и двух слов. Воздуха не хватало, и меня буквально всю сотрясало от рваных вдохов.

— Не смотри. — Ян притянул меня и крепко, но коротко прижал к себе. — Пойдем отсюда.

Он взял меня за руку и уже повел по дорожке в сторону дворца, как вдруг нам преградили дорогу.

— Почему вы тут были? — вопросил какой-то мужчина. — Вы никуда не уйдете, пока не начнется разбирательство!

Ян напрягся и сильно стиснул мою руку.

— Мы не имеем никакого отношения к чужим любовным ссорам, — холодно ответил он и хотел пойти дальше, но другие мужчины не пропустили нас.

Я и не заметила, какая толпа народа тут уже собралась.

— Имеете или не имеете, в этом мы разберёмся потом, — заявили нам.

— С дороги, — с угрозой сказал Ян.

Внезапно раздался голос Тихомира:

— Это они! Они зачем-то тут стояли! Это не я! Они меня заставили!

Он выбросил горлышко бутылки в сторону и в ужасе замотал головой, отрицая то, что он к этому причастен. У мужика конкретно ехала крыша.

Я решила, что никто не воспримет всерьез слова безумца. Не было сомнений, что он убил человека: весь в крови, с самодельным оружием в руках, пьяный, неадекватный, да еще и пойманный на месте преступления — все ясно и без расследований.

Оказалось, я смотрела на ситуацию слишком наивно.

Мужчины сорвались с места, отодрали от меня Яна и крепко схватили его за руки, как преступника.

— Эй, отвалите от него! — От такой вопиющей несправедливости у меня прорезался голос.

Я бросилась отталкивать всех от Яна. Со мной тоже не стали церемониться, крепко схватили за предплечье и чуть ли не волоком оттащили от Яна на несколько шагов.

— Девушку отпустите! — рявкнул Ян.

Он не сопротивлялся, сохраняя бесстрастное выражение, чтобы не усугублять ситуацию, но было видно, что ему хочется всем здесь хорошенько врезать.

Тихомир решил подлить масла в огонь.

— Они что-то со мной сделали! — Он осел на дорожку, закрыл лицо руками и по-звериному завыл. — Это не я! Я бы никогда!..

Мне стало противно.

— Разве не видно, что он чокнутый пьяница! Мы тут причём? Мы просто гуляли.

— Меня как будто черт попутал, — продолжал стенать Тихомир. — Меня казнят… Нет… какой позор. Я не могу этого допустить…

Он на четвереньках, как какое-то животное, пополз по снегу. Его попытались остановить, но он нырнул рукой в сугроб, вытащил огрызок бутылки и всем своим весом на него упал. Разум его совсем оставил!

Снова раздались крики. Я только в ужасе открыла рот и стала дергаться в руках человека, который меня держал.

Тихомир замер лицом в сугробе, и снег под ним тоже начал пропитываться красным.

Я словно попала в ночной кошмар: два окровавленных трупа в снегу; люди, которые умерли прямо на наших глазах; и мы с Яном, скрученные по рукам, как будто в этом виноваты!

Почему мы здесь? Почему оказались в это замешаны?

Никакого черта тут не было. Если бы в таком деле оказалась замешана нечисть, я бы поняла. Одержимость выглядит совсем не так. У Тихомира были проблемы с головой, и алкоголь их усугубил. Это просто убийство по пьяни, вот и все. Но, похоже, другие так не считали.

Ноги отказались меня держать и подкосились. Я рухнула на колени, как мешок картошки, и даже мужчина не смог меня удержать.

— Агнесса! — окликнул Ян. Он больше не мог сохранять спокойствие и начал сопротивляться. — Да отвалите вы, ублюдки.

Я не была одной из тех впечатлительных девиц, которые падают в обмороки, но сейчас от вида крови, от всего этого ужаса и несправедливости, у меня закружилась голова и онемело лицо. Казалось, что я сейчас свалюсь здесь без чувств или вовсе стану третьим трупом. Когда я встречаю монстров, мне не так страшно, но когда гибнут люди…

Рядом началась суматоха. Ян стал вырываться, пару раз ударил кого-то из мужчин, пару раз получил сам. Я подскочила, как будто меня ужалило, кровь закипела в венах, а предобморочное состояние исчезло. Я понеслась к Яну и, пока его снова не успели схватить, налетела на него и крепко вцепилась, обхватив за талию.

— Все хорошо, — сказал он мне на ухо и обнял. — Они не имеют права нас задерживать.

— Имеем, если видим, что здесь что-то не то, — сказал человек, который тут будто всем распоряжался. — Я главный судья. Вы кажетесь мне подозрительными. Вы оказались замешаны в деле с двумя трупами, поэтому мы можем вас задержать.

Я всхлипнула:

— Он убил и себя, и его!

Вот уж не думала, что когда-то буду вести себя как девчонка — именно как девчонка, а не ведьма, которая много что успела повидать.

— Как я вижу, ты Сафонов, — мужчина больше обращался к Яну, а меня вообще не воспринимал всерьёз. — Точнее, приемный сын Сафоновых. По твоей внешности сразу ясно, кто ты такой.

— И что? — огрызнулся Ян, обнимая меня и успокаивающе проглаживая по волосам.

— Как мне помнится, несколько недель назад ты вызвал на дуэль Миколая Сабурова, и тогда тоже остался труп, причём не одного из вас, что было бы логичнее. Странное совпадение.

Я ощутила, как Ян напрягся. Моя голова лежала у него на груди, и я слышала, что у него участилось сердцебиение. Он явно волновался. А значит, виновны мы или нет, нам могут что-нибудь приписать или в чем-нибудь обвинить. Мы подозрительные. Несмотря на то, что мы, вроде как, из дворянского рода, нас могут сделать козлами отпущения. И на Сафоновых это не сильно отразится: Ян приёмный, беженец из Шэньяна, а я просто неизвестная деревенская девчонка.

— Нам просто не повезло оказаться не в том месте и не в то время, — ровным голосом ответил Ян, стараясь держаться и не показывать своего волнения.

— Ян Сафонов, тебе часто не везёт, я смотрю, — продолжал судья. — Сгорела твоя страна, а сейчас появилось три трупа. Может, если мы начнём копать, то найдём что-то ещё?

Я зыркнула на этого человека исподлобья. Мужчина в возрасте, с бородой, которую посеребрила седина. Каштановые волосы длиной до плеча закручены в завитки и зачёсаны за уши. В глазах какая-то жестокая усмешка, а лицо лукавее,