Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

— Сет, разогрей это на плите. Газ ещё есть, — бросила она, указывая на сковороду.

Сет, ворча, зажёг горелку и вывалил остатки еды, помешивая.

— Чёрт, Ева, даже утром ты командуешь, — буркнул он.

Ева хмыкнула, доставая из кладовой банку маринованных огурцов.

— Командую, потому что жива. Ешь, пока есть что. Скоро будем жрать траву.

Она разбудила Алекса, который тёр глаза, и усадила его за стол. Том, морщась от боли в ноге, приподнялся. Ева кивнула, пододвинув ему миску.

— Ешь, братишка. Силы понадобятся.

Они ели быстро, молча, только ложки звякали о тарелки. Алекс ковырял макароны, но Ева строго посмотрела на него:

— Малой, доедай. Слабые тут не нужны.

После завтрака Ева заставила всех убрать за собой: Сет вымыл посуду в ведре с водой из колодца, Том, хромая, сложил миски в шкаф.

«— Не оставляем следов», — сказала Ева, вытирая стол тряпкой. Она проверила кухню — ни крошки, ни запаха, всё чисто.

Ева двинулась в кладовую, где начала рыться в запасах. Консервы — тушёнка, фасоль, персики в сиропе — полетели в рюкзак. Там же нашлись коробка спичек, пара свечей и старый фонарь с батарейками.

— Сойдёт, — буркнула она, проверяя, мигает ли фонарь. В шкафу в гостиной она заметила новенький плащ — чёрный, кожанный, явно пролежавший годы, но не тронутый временем. Ева бросила его в кучу вещей, но вдруг остановилась, накинула плащ на себя и застегнула молнию.

— У нас с хозяйкой фермы один размер. Мне нравится. И от комаров защита, — сказала она, решив оставить его на себе.

Том попытался встать, но скривился, хватаясь за ногу. — Ева, нога горит. Я не смогу вести, — прохрипел он.

Ева присела рядом, ощупав повязку. Кожа была горячей, но без признаков инфекции.

— Ладно, не геройствуй. Сет поведёт джип, я — седан. Но если свалишься, я тебя не понесу.

Она повернулась к Алексу.

— Малой, иди к Сету, помогай нести еду. Не отходи от него.

Алекс кивнул, серьёзно, как маленький солдат, и потопал за Сетом, держа банку персиков.

Сет, вернувшись из сарая, крикнул:

— Ева, нашёл канистру — литров пять бензина!

Ева, загружая консервы в джип, кивнула.

— Залей в седан, джип полный. И смотри по сторонам — туман не спрячет нас от тварей.

Сет косился на поле, где туман рассеивался.

— Если твари полезут, руби молча, — добавила она, похлопав по Glock’у на поясе.

Том, опираясь на палку, вырезанную Евой из ножки стула, доковылял до крыльца.

— Я хотя бы грузить помогу, — сказал он, но Ева отмахнулась.

— Сиди с Алексом. Сет, ты за рулём джипа, я — седана. Если отстанешь, не жду.

Сет закатил глаза.

— Ты хоть раз можешь не грозить?

Ева усмехнулась, её новый плащ скрипнул, когда она закинула рюкзак в машину.

— Грожу, потому что ты тормозишь. Грузим и валим.

Они распределили добычу: в джип — большую часть еды, спички, свечи, фонарь; в седан — оружие, рации, аптечку, бензин.

Ева проверила рации — две работали, третья мигала красным.

— Хватит, — буркнула она, дав одну Сету, другую оставив себе.

Алекс, пыхтя, нёс банку фасоли, и Ева бросила:

— Малой, молодец. Увидишь тварь — беги ко мне.

Мальчик кивнул, и Ева на миг почувствовала тепло, которое тут же подавила.

Когда всё было загружено, Ева окинула дом взглядом.

— Скоро мародёры обчистят такие места, — сказала она, поправляя плащ. — Еда станет золотом. Мы едем в «Пальмонт, но дорога будет адом.

Том, сидя в джипе рядом с Алексом, кивнул.

— Вытащи нас, Ева.

Она только хмыкнула.

— Не благодари, просто не сдохни.

Сет, садясь за руль джипа, пробормотал:

— Этот плащ тебе идёт. Но ты всё равно жуть.

Ева фыркнула, заводя Седан.

— Жуть жива, а красавчики сгнили. Поехали.

Машины выехали с фермы, поднимая пыль. Джип Сета шёл первым, Седан с Евой — следом. Туман рассеялся, открывая мёртвые поля и заброшенные дома.

Ева сжала руль, её разум уже просчитывал, где могут быть мертвецы или мародёры. Пальмонт был далеко, но она выгрызет путь к дому любой ценой.

Глава 26. Они не знали, с кем связались

Ева вела полицейский седан, следуя за джипом Сета, в котором ехали Том и Алекс. Дорога к Пальмонту тянулась через мёртвые поля, усеянные брошенными машинами и обломками старого мира. Туман рассеялся, но воздух был тяжёлым, пропитанным запахом гнили. Ева чуть отстала, проверяя рацию — сигнал был слабым, но держался. Она держала пистолет на поясе, а дробовик лежал на пассажирском сиденье, готовый к бою. Внезапно джип впереди резко затормозил, и Ева, прищурившись, заметила движение на дороге.

— Чёрт, засада, — процедила она, вдавив педаль газа, чтобы сократить расстояние.

Подъезжая, она увидела, как джип окружили пятеро мародёров. Дорога была перекрыта ржавым пикапом и кучей металлолома. Один из бандитов, худой, с татуировкой на шее, держал старый револьвер, направив его на Тома, который поднял руки через открытое окно. Остальные сжимали ножи и куски арматуры, их лица были грязными, а глаза — голодными. Алекс плакал на заднем сиденье, а Сет, стиснув топор, ждал момента, чтобы ударить. Ева, оценив ситуацию за секунду, включила мигалку — красно-синие вспышки осветили дорогу, придав ей видимость власти, которой уже не существовало. Она схватила громкоговоритель и рявкнула:

— Я полицейский! Всем отойти от машины!

Она повторила ещё раз, её голос был холодным и стальным:

— Отойдите от машины и поднимите руки.

Один из мародёров, здоровяк с арматурой, сплюнул и крикнул:

— Да пошла ты! Мир рухнул, к чёрту власть!

Ева, не теряя времени, схватила дробовик , вышла из машины и отбросила полы плаща, который развевался на ветру, как знамя. Она прицелилась и открыла огонь по земле перед ногами мародёров — пыль взметнулась, гильзы звякнули об асфальт.

— Сейчас, твари, вы мне своё последнее отдадите, — прорычала она, её глаза горели ледяной яростью. — Быстро пошли и убрали с дороги свой хлам, или следующие пули расшибут ваши мозги.

Мародёры замерли, их уверенность испарилась. Худой с револьвером опустил оружие, пробормотав:

— Ладно, психичка, не кипятись.

Они начали растаскивать металлолом, бросая злобные взгляды. Ева не опускала дробовик, держа их на мушке, пока дорога не освободилась. Сет завёл джип и рванул