Полиция нравов - Наиль Эдуардович Выборнов

Голос у него звучал с итальянским акцентом, достаточно мягким, но при этом отчетливым. Я сразу же послушался и опустил локти — перечить «Мистеру Вселенная» мне не хотелось.

— Лучше, — кивнул он. — Но блочный — это не то, на чем ты массу можешь накачать. Со свободными весами результат будет лучше.

— Меня подстраховать некому, — ответил я. — А без страховки опасно.

— Без страховки и не надо, — сказал он и кивнул в сторону скамьи. — Пошли, я подстрахую.

Я посмотрел на него. Франко Коломбо предлагал подстраховать меня на жиме. В «Голдс Джим» в Венеции. В тысяча девятьсот восемьдесят девятом году. Да, только ради этого сюда стоило приехать.

— Спасибо, — сказал я, стараясь не выдать голосом волнения.

Я встал с тренажера, и мы подошли к свободной скамье. Я надел на штангу блины — взял вес, примерно прикинув свои возможности, но чуть меньше. Потому что страховщик страховщиком, но мне не хотелось порвать себе мышцы на первой же тренировке в новом зале. Лег, схватился за штангу. Коломбо встал за головой, положил руки под гриф.

Я сделал подход. Восемь повторений, нормально получилось. Не зря все это время отжимался и гантели тягал.

— Хорошо, — сказал Коломбо. — Только в нижней точке не останавливайся. Сразу же дави, но плавно. И пауз не делай.

Я немного отдохнул, сделал второй подход. Получилось лучше, правда на восьмом повторении ему пришлось немного помочь мне.

— Откуда ты? — спросил он, пока я отдыхал между подходами.

— Русский, — ответил я. — Но живу тут давно, уже семь лет.

— Русский, — он кивнул с таким видом, будто это что-то ему дало. А потом вдруг спросил: — Полицейский или военный?

— Откуда вы знаете? — не понял я.

— Ты вошел и сразу осмотрел зал. Всех вокруг, потом входы и выходы. Так делают полицейские и военные. Ну так, кто же ты?

— Сперва в армии служил, воевал в Гренаде, — ответил я. — Потом да, полиция. Сейчас — детектив, работаю в Южном бюро.

— Понятно, — он чуть улыбнулся, едва заметно подняв уголки рта. — Хорошо, что полицейский следит за собой. И зал выбрал хороший. Обычно копы только пончики едят.

— Это стереотип, — мне стало обидно. Хотя я в действительности частенько ел пончики с кофе — быстрые углеводы, чтобы хоть как-то продержаться на ногах во время смены.

— Стереотипы существуют не на пустом месте, — заметил он.

Мы перешли к следующему подходу. Потом к еще одному.

— Хорошо стараешься, — заметил Коломбо. — Как часто планируешь ходить?

— Три раза в неделю, — ответил я. — Если работа позволит.

— Работа всегда мешает, — кивнул он. — Вот один мой друг, он раньше ходил два раза в день, торчал тут по двенадцать часов. А теперь снимается в кино, и хорошо если пару раз в месяц заглядывает. Но тебе не надо так много. Три раза достаточно — больше новичку не надо. Мышцам надо восстанавливаться.

Он помог мне со следующим подходом, поправил пару деталей — угол хвата и положение ног. Говорил коротко и по делу. Я слушал внимательно, потому что когда тебе советы дает двукратный «Мистер Олимпия», то лучше послушать. Умный человек будет слушать и запоминать.

Когда я закончил упражнение, он взял свои гантели и пошел дальше по своим делам. Я продолжил тренировку. Работал еще минут сорок с теми же группами мышц, стараясь, выполняя буквально на убой, стараясь прочувствовать каждое повторение. Коломбо даже посмотрел на это и показал мне большой палец. Похоже, что я ему понравился. Неплохо было бы задружиться с ним.

К финалу тренировки я чувствовал себя так, словно по мне асфальтоукладчик прокатился, но это была приятная боль. Тупая ломота, которая означает, что мышцы получили нагрузку.

Потом пошел в душ, постоял под ледяной водой — я так предпочитаю, не под горячей, как делают все. Она еще и помогает жир лучше сжигать, а мне надо от лишнего жира избавляться. Хотя немного грустно, что такую форму, как Коломбо, я уже никогда не наберу.

Вышел и увидел, что Тома Платца уже нет. Коломбо тоже куда-то пропал. Зал продолжал работать в своем ритме. Я вспомнил график работы — с четырех утра до полуночи. Это хорошо, в крайнем случае можно будет приезжать после работы. Было бы еще кому собаку кормить.

Переоделся в уличное, забрал сумку и вышел обратно к машине.

— Понравилось? — спросил администратор.

— Очень круто, — вполне себе искренне сказал я. — Буду приходить.

— Три раза в неделю лучше всего, — сказал он. — Чередуйте дни.

— Мне уже сказали, — ответил я.

Отправился в магазин при зале. Там продавали разные товары для качков, а я взял пятифунтовую банку «Вейдера». Дорого — семьдесят долларов, но я прочитал инструкцию, и по ней выходило, что ее хватит на пять месяцев. Думаю, не будет ничего страшного, если буду принимать по двойной три раза в неделю. Тогда получается на три месяца — не очень много.

А вот креатина не было, и на мой вопрос консультант только недоуменно посмотрел на меня. Значит, он еще не вошел в обиход. Это в наше время все качки стабильно сидели не только на протеине, но и на креатине, а тут его пока что не было.

Положив банку в сумку, я вышел из зала, подошел к машине. Баул свой отправил на заднее сиденье, сел за руль. Завел мотор, но трогаться сразу не стал, просто сидел и смотрел через лобовое стекло на людей, которые входили и выходили из зала.

Франко Коломбо поправил мне технику жима. Лично. Встал за головой и страховал, пока я делал подходы. И это был не сон и не кино — это произошло сорок минут назад в том же зале, из которого я вышел.

Я покачал головой и наконец тронулся с места.

Три раза в неделю. Понедельник, среда и пятница — нормально, если снова не будет ночных рейдов. В понедельник — железно, потому что это выходной, и он у меня всегда свободен. В среду и пятницу должен успевать после смены. К счастью, зал работает допоздна.

Ладно. Теперь надо заехать в магазин, взять еды для себя. Да и корма для Рэмбо почти не осталось. А себе я возьму обязательно куриных грудок и чего-нибудь для салатов. Если уж мне досталось это тело, то надо содержать его в порядке. А чтобы мышцы росли — нужен строительный материал. Но ничего, если так продолжится, то через полгода я в такую форму приду, что Пикфорд на моем фоне перестанет таким