Повелитель гоблинов. Том 8 - Андрей Мельник

не желает покорятьс-ся. Эти вольны уйти, я позволила. Но с-сказала, что в будущем их вс-сё равно ждёт подчинение либо с-с-суровое испытание на выживание. Вс-се ос-с-ставшиеся прис-с-сягнут Дмитрию, повелителю драконов.

Повелитель драконов, значит…

Я скорчил подобающую суровую мину и задрал подбородок, благо зрителей хватало. Ещё и Луна прорычала что-то, приземляясь за моей спиной. Кажется, по ту сторону города никого, раз жалуется, что ей слишком скучно.

В глазах наг выглядело всё это весьма солидно. Но слегка напрягало то, что полсотни вооружённых змей сдались моему дипломату быстрее, чем гоблин расправляется с миской похлёбки.

— Что-то быстро они согласились… — протянул я, поглядывая на местных. — Обычно так легко оружие не складывают.

— Альтернатива — с-с-сразиться и умереть, — пожала Унаги верхними плечами без тени смущения. — Я им с-с-сказала, что дуракам пощады нет, и их ждут либо рабс-ские оковы, либо их выпотрошат и с-скормят дракону, ес-сли они не примут волю нового повелителя. Они умные, выбрали жизнь. Сразу же ус-строили голос-сование.

— Орочи бы тебя похвалил. Я тоже доволен таким исходом, — согласился я.

— Но ос-сталась одна маленькая проблема, повелитель… — Унаги качнула головой в сторону вожака с медными обручами: — Вон тот мужчина — их царь. Бывший царь, только что отстранённый. И он тоже избранный. И он очень недоволен, требует дуэль за право царствовать. Один на один…

Я ещё раз внимательно посмотрел на него и сразу же решил, что этот прыщ слишком много себе позволяет. Я уже не просто вождь. Я правитель растущей империи. Такие, как я, не имеют права позволить себе рисковать в странных дуэлях с другими божественными участниками. Мало ли какие фокусы у них в рукаве припрятаны.

Но в одном он точно прав…

— Раз он царь и бросает мне вызов, значит, он должен умереть.

Глава 13

Я подошёл к нагу-царю один, оставил своих за спиной. У этого четырёхрукого здоровяка, что возвышался надо мной на добрых полметра, если не считать хвост, явно было поменьше возможностей чем у моей Унаги. На две конечности меньше как-никак. Не знаю, что это за особенность, но оттого моя телохранительница выглядит ещё особеннее и ценнее. Медные обручи на каждой паре его рук, шее и голове ловили закатное солнце, и для того, кто только что был подвергнут на моих глазах древнему импичменту, он выглядел подозрительно спокойно.

Странный слегка… Его от власти отстранили, а он, как удав, безмятежно высовывает раздвоенный язык и смотрит на меня сверху вниз.

— Итак, ты понимаешь меня, раз такой же, как и я. У тебя лишь мелкая армия и деревушка с дырявым частоколом, но ты называешь себя царём этих земель, — начал я. — Признаю, у тебя неплохое развитие по сравнению с твоими соседями, но как для избранного — это позор. И при этом моя помощница говорит, что ты чем-то недоволен и требуешь от меня дуэли. Ты серьёзно? У тебя всё ещё первобытное племя, что едва из каменного века вышло…

Я не пытался его как-то дополнительно задеть или ущемить, потыкать пальцем в его больную мозоль. Мне хотелось понять ход его мыслей, пока была такая безопасная возможность. Я человек и, как поведут себя люди, примерно понимаю. Но как размышляют представители иных цивилизаций — не представляю. Ну, по большей части. В общем, надо пообщаться, пока есть такая возможность.

Наг склонил голову набок и прищурился. Две нижние руки скрестились на груди, две верхние упёрлись в древки копий.

— Да, мы оба избранные, человек. Посланники богов. Ты и я, — так чисто произнёс он, что даже моим соседям по подъезду на Земле было бы завидно. — И только мы вправе решить, кто из нас достоин править. Ни твоя баба, ни твоя армия не заставят меня уйти с этой земли. И да, я предлагаю дуэль. Но если ты трус и боишься встать против меня сам, что ж, твоё право. Можешь отправить вместо себя кого угодно. Да хоть всю армию. Это покажет, какой именно ты правитель. Докажет нагам, что ты обычный трус, прикрывающийся другими. Давай, я подожду, пока ты спрячешься за чужими спинами.

Он это произнёс достаточно громко, чтобы услышала каждая змея в гарнизоне. Мы понимали друг друга — это факт. Наши жители понимали слова своих повелителей — это тоже факт. А вот наги меня уже не понимали, как и мои бойцы, судя по беззаботно ковыряющемуся в носу Спартаку, не понимали хитрых слов нага-царя. Он выбрал самый тупой, но, признаюсь, действенный способ провокации.

Я сам командовал армией, сам пошёл на переговоры, и, если я сейчас выставлю вместо себя бойца, змеехвостые запомнят, что новый правитель прячется за подчинёнными. Отказаться от этого варварского метода измерения крутости вождя можно, но в глазах примитивных наг это станет символом моей слабости. Уважения такой правитель не добьётся. Только страха и, скорее всего, презрения. А это ещё хуже, чем просто страх. Того и гляди — копьё в спину прилетит.

Я усмехнулся, развернулся и пошёл обратно к своим, бросив ему через плечо: «Ладно, готовься к неизбежному». Наг что-то прошипел на своём языке, и гарнизон загоготал.

Пускай смеются… Недолго им осталось.

Спартак встретил меня на полпути.

— Вождь, чего он там вякает?

— Называет меня трусом и вызывает на поединок, — бросил я, не замедляя шага. — Подзовите нашу армию. Я хочу, чтобы каждый слышал то, что я скажу.

Спартак кивнул и рявкнул команду, на своих двоих побежав в сторону разворачивающегося лагеря и задымивших костров. Война войной, а второй обед у гоблинов по расписанию.

Набравшись терпения, я дождался, пока вокруг меня сомкнулось живое кольцо из офицеров и солдат. Гоблины, орки, хобгоблины, кетры, парочка гномов, шкриняпы — вся пёстрая банда, которую я тащил через регион. Кстати, надо бы ему название дать… Ладно, спрошу как-нибудь своих гоблинов. Может, у них есть подходящие идеи.

Я забрался на ближайший валун и оглядел их.

— Слушайте все! Вон тот прыщ с медяшками на руках считает себя равным мне. Он назвал меня трусом и потребовал драться один на один. Я мог бы послать Спартака, мог бы послать Шрама, мог бы натравить Луну, и через минуту от него остался бы один хвост. Но тогда те, с кем вам предстоит жить бок о бок — другие наги — посчитали бы меня слабым правителем, трусливым вождём.

Они не знают, как мы бились с исчадиями подземелий. Как защищали наш город и будущее от нашествия орков, как я в первых рядах стоял и командовал, прикрывая