Искра Свободы 3 - Александр Нова

— И много тут таких мест?

— Достаточно. Я в районе Конфлюана их все знаю! Облазил руины и внутри, и снаружи, — похвастался Жан. — Вообще раньше тут богатые графские земли были. Куча людей, свой храм с Алтарём. Но граф перешёл на сторону еретиков, и война сожрала и богатство, и людей. А после войны земли переделили, и де Монфоры тут баронами стали.

— И за что земли им жаловали? В войне на стороне Церкви участвовали?

— Не только они. Тут все бароны в округе — потомки Героев Войны. И гордятся этим сильно, — пояснил Жан.

Я кивнул, и дальше пошли молча. Но мысль о том, что Джон решил спрятаться в таком очевидном месте, не давала мне покоя — дураком сжигатель караванов мне не показался. Словно в подтверждение моих слов, Лис остановился и долго рассматривал следы, потом сплюнул в сторону.

— Следы чёткие. И идут прямо, как по линейке, — объяснил он. — Будто специально, чтобы мы не потерялись.

— Думаешь, засада? — спросил я, чуть приподнимая щит.

— Почти уверен, — ответил Лис.

Я раздумывал несколько секунд, потом перевёл взгляд на Жана:

— Жан. Давай сигнал.

Помощник Арно немного нервно покачал головой.

— Не могу, — сказал он твёрдо. — У меня приказ. Дать сигнал только когда увижу Джона или его подельников своими глазами. Пока мы никого не видим. Только след.

Я почувствовал, как внутри медленно закипает раздражение.

— Жан, мы идём прямо в ловушку. Баронские далеко, мы — на острие. Нужно подать сигнал…

— У меня приказ, Эллади, — перебил он, и голос его стал жёстче. — Приказ милорда Арно.

— Милорда?.. — с удивлением спросила Селена.

Я бы не обратил внимания на эту оговорку, но для бывшей аристократки это был важный маркер, который резанул слух. Действительно, Жан никогда раньше так не называл Арно. Я знал только одну причину, почему сейчас Жан так поступил, — он дал вассальную клятву ловчему. Но Жан больше не де Белькур, такую клятву он дать не мог. Арно пообещал пожаловать Жану титул? Или уже это сделал?

— Я человек Арно, — продолжил меж тем Жан. — Ты знаешь это с самого начала. И я не собираюсь нарушать прямой приказ только потому, что тебе не нравится, как лежит след.

— Какой девиз у де Белькуров? — голос Селены был спокоен, словно она и не замечала напряжённость ситуации. А может, именно поэтому и старалась говорить невозмутимо, чтобы не нагнетать.

— Верны до конца, — ответил почти на автомате Жан, не отрывая взгляда от меня.

Жан замолчал, и сразу стало как-то тихо. Или теперь его правильно называть шевалье Жан де Белькур? Впрочем, независимо от имени, я видел, что Жан готов защищать приказ своего господина до последнего, как и велит девиз его семьи. Если попробую отнять сигнальный артефакт силой, Жана придётся убить. А артефакт, скорее всего, привязан к шевалье, и активировать его сможет только он.

Я смотрел на Жана и видел перед собой не напарника, а человека, который в любой момент может поставить интересы своего сюзерена выше нашей безопасности. И самое поганое: я это знал с самого начала. Просто до этого интересы Арно совпадали с нашими, и никаких проблем с Жаном не возникало. И я уже поверил, что так будет всегда.

Ситуация складывалась отвратительная. Впереди ждала засада, а сигнал мог подать только Жан. Развернуться и уйти мы тоже не могли. Формально мы уже приняли приказ Бертрана при свидетелях. И если сейчас бросим след или просто сядем здесь дожидаться баронских, то завтра я буду объяснять Арно, Бертрану и, возможно, самому барону, почему сорвал операцию. Хорошо если только грамоты лишат. Плохо — если решат, что я помог Джону уйти. За содействие преступнику могут и вздернуть на виселице.

Чёрт! Лёгкое золото и голова Джона как бонус! Я ещё несколько секунд матерился про себя, давая хоть какой-то выход эмоциям.

— Хорошо, Жан, — сказал я наконец очень спокойно. — Раз это так надо твоему милорду, ты идёшь первым. А когда увидишь Джона или его людей «своими глазами», тогда и дашь сигнал. Понял?

— А если не пойду?

Мои пальцы демонстративно сжали рукоять меча.

— Тогда прямо сейчас на тебя нападёт лесной монстр, и мы не сможем выполнить поставленную задачу и вернёмся к Бертрану, — продолжая смотреть в глаза де Белькуру, ответил я.

Лис медленно повернул лук на полпальца в сторону Жана. Не поднял. Просто дал понять, что услышал приказ своего командира. А Селена демонстративно сделала шаг за спину Жана.

Шевалье сжал челюсти так, что казалось, порвёт швы на щеке. На повязке проступила кровь.

— Понял, — всё же выдавил Жан и, развернувшись, пошёл вперёд.

— Вот и отлично, — произнёс я уже в удаляющуюся спину.

Мы продолжили путь. Жан шёл впереди метрах в двадцати, держа заряженный арбалет в руках и то и дело оглядываясь на нас. Селена так же держала в руках заряженный арбалет, готовая пустить его в дело, если Жан сделает слишком резкое движение. Лис продолжал читать следы и иногда что-то бубнил себе под нос, но наложенную на тетивы стрелу не убирал и шевалье из поля зрения не выпускал. По мере приближения к заставе обстановка накалялась всё сильнее. Ещё немного, и мы сами друг друга перебьём, никакой противник не понадобится.

Чем дальше мы шли на восток, тем каменистее становилась почва. Лес редел, и вскоре мы вышли на большую поляну, поросшую жёсткой травой и редким кустарником.

В её центре стояли руины старой заставы. На севере виднелась дорога, давно заросшая мелким кустарником и высокой травой, но ещё различимая. А следы… следы прямой стрелой вели к полуразрушенным стенам. Лис наклонился к земле, пару секунд смотрел на отпечатки, потом произнёс:

— Умный, гад. По следам выходит, что раненому совсем плохо стало. Вот поэтому они и идут строго прямо, а не петляют.

Я кивнул, и мы пошли к руинам. Мы находились на середине поляны, когда из-за пролома в стене вылетела стрела. Обычная, не из пневморужья, но меткая. Она ударила Жана в левое предплечье, пробила рукав куртки, чиркнула по мышце и застряла в плотной ткани. Жан дёрнулся, выругался сквозь зубы, но арбалет не выронил и даже не замедлил шага: рана болезненная, но не глубокая, кровь только слегка окрасила ткань. Жан даже не стал выдергивать древко, лишь перехватил оружие правой рукой поудобнее.

— Сука! — заорал он и устремляясь к заставе.

А сзади, из леса, откуда мы только что вышли, с треском вывалились пятеро. Одним из них был Джон. Хорошее снаряжение: кирасы, шлемы с забралами и бармицами, поножи, наручи.