Системный тактик - Макс Крынов

— Лестница слишком длинная.

— Ты считала ступени?

— Нет, — честно сказала Элина, — но она точно длинная. Я завтра посчитаю и скажу точно.

В этот момент в дверь постучали.

— Корбин? — раздался голос матери. — Можно?

Элина мгновенно спрятала руки за спину, хотя ничего не успела даже потрогать. Прекрасная привычка всех шкодливых детей: если рядом неожиданно появляется взрослый, лучше сразу принять невинный вид.

— Конечно.

Мира вошла осторожно, будто резкое движение могло заставить меня забиться в корчах.

— Чем занимаетесь?

— Мы смотрели макет. Элина заметила, что лестница длиннее, чем надо.

Сестра тут же выпрямилась.

— Я сказала «возможно», но еще не считала ступени!

Мама посмотрела на нас. Взгляд у нее стал странным: теплым, осторожным и немного растерянным. Кажется, она не до конца понимала, радоваться ли тому, что ее дети обсуждают картонную лестницу, но сам факт мирного разговора ее явно устраивал.

— Это уже серьезная поправка.

Мы еще немного поговорили о макете. Я узнал, что в детстве отец тоже пытался что-то строить из дерева, но быстро бросил.

— Управлять людьми у него получается гораздо лучше, чем заниматься чем-то созидательным, — улыбнулась Мира. А потом рассказала, что однажды Эдвин сделал маленькую конюшню для игрушечных лошадей. Элина загорелась желанием увидеть ее, но игрушечное стойло уже давно куда-то пропало.

Но Элине запало в душу желание увидеть игрушечную конюшню. Ради забавы, аккуратно выстраивая разговор, подвел ее к мысли, что отец может сделать новое стойло для игрушечных лошадок. Сестра даже не осознала манипуляции. Как, впрочем, и мать.

Потом разговор перешел на сад. Узнал, что осенние яблоки в этом году обещают быть сладкими, обсудили занятия Элины вышивкой (сестра кривилась и хмурилась).

Я кивал, отвечал спокойно и старался не показывать, что мысленно занимаюсь чем-то иным.

До сна оставалось время. Голова болела умеренно, Фокус, судя по внутреннему ощущению, частично восстановился, а в памяти сидела утренняя деталь.

В кабинете отца висела большая настенная карта города. Не учебный кристалл с катастрофой за Аркой, всего лишь город. Но в этом городе мне предстояло жить, передвигаться, строить маршруты. Будет полезно знать, где безопасно, где нельзя задерживаться, где наши союзники, а где чужие территории.

Для Тактика карта куда больше, чем украшение стены. Карта — это сухая и удобная для восприятия информация. Рассмотрев ее, можно понять расстояния, узкие места, потоки, центры влияния. Если навык Анализа действительно получает опыт от таких разборов, один запуск мог дать еще одну прибавку. Может, даже хватить до повышения уровня.

А еще стоило один раз нормально посмотреть на карту, и я больше не смогу заблудиться в городе. Приятный бонус! Корбин изучал ближайшие кварталы вокруг дома не один месяц, причем изучал не системно, а зачастую методом «куда меня сегодня повезли и где я успел смотреть в окно». Земная привычка пользоваться картами, маршрутами и навигацией для Корбина отсутствовала как класс. Печально. Особенно когда ты живешь в городе, где неправильный поворот может привести не к лишним десяти минутам пути, а к тому, что тебя остановят незнакомые люди с не очень вежливыми вопросами.

Неожиданно для себя вдруг припомнил, что город поделен на зоны влияния не только Домов, но и разных мелких банд, как было в России в прошлые века, когда милиция отсутствовала, как класс, или по тем или иным причинам не могла выполнять свою роль. За границей до сих пор встречаются такие вот феномены. Чикаго исторически разделен на жесткие территории, контролируемые уличными бандами. В некоторых районах граница между территориями двух враждующих группировок проходит буквально по разным сторонам одной улицы. В британской столице полиция фиксировала влияние сотен молодежных банд. Там зоны контроля часто привязаны к конкретным жилым комплексам. Конфликты между ними ведутся как за наркотрафик, так и за статус «на районе». Слава богу, что в сегодняшней России такого нету, или выраженно не так явно.

Но вернемся к карте. Очевидно, что одного применения навыка не хватит для настоящего знания города. Это не сделает меня человеком, который ногами прошел каждый переулок, запомнил каждую лавку и знает, где мостовая разбита так, что экипаж трясет до хруста зубов. И все же польза была очевидна.

— Я хочу сходить в кабинет отца, — сказал я. — Посмотреть на настенную карту города. Как думаешь, мам, он разрешит?

Мира сразу посмотрела на меня настороженно.

— Зачем, милый? Есть карты и в архивах. Ты можешь полежать, я скажу, чтобы одну принесли сюда.

— Но в кабинете самая подробная?

— Да, у твоего отца карта подробнее обычных. Но она не для учебных занятий и вряд ли он разрешит тебе любоваться ею долго.

— Тогда я все же схожу. Я не собираюсь трогать бумаги или задавать неудобные вопросы, мне нужно только посмотреть на план города.

Элина оживиласью

— Можно мне с тобой в кабинет к папе?

— Нет, — сказала Мира.

Сестра надулась, но я не стал уговаривать мать. Превратить поход в кабинет отца в семейную экскурсию будет ошибкой. Одного-то меня, может, и пустит, а вот в компании — вряд ли.

— Давай мы потом сходим с тобой в архивы и посмотрим карты там, — предложил я. — Не отцовские рабочие, а нормальные учебные.

Элина мотнула головой, показывая, что учебные карты ее не устраивают.

— Там могут быть карты городов за Аркой, — добавил я.

Сестра встрепенулась.

Ага. Вот и найден рычаг управления любопытным ребенком.

— Настоящие?

— Насколько я понимаю, да. Учебные карты в архивах именно для того и хранят, чтобы люди расматривали места, куда им нельзя соваться без подготовки.

— Ты обещаешь?

— Обещаю. Когда я смогу нормально ходить, мы вместе сходим в архивы и посмотрим карты городов за Аркой.

— А мы сможем построить один такой город из картона?

— Ничего не обещаю.

До кабинета путь дался плохо. Отдых помог, но тело уже явно предпочло бы кровать, подушку и право не участвовать в моих образовательных планах. Одна из служанок шла рядом, готовая помочь, если меня поведет, но я не опирался на женскую руку. Не из гордости, хотя и она тоже зудела где-то в фоне. Мне нужно было понять, сколько я реально могу пройти сам за сутки.

У двери кабинета я остановился, пока Марсден, лакей отца, доложит о моем приходе. Дыхание уже стало тяжелее, лицо наверняка покраснело, а спина противно