Лавочник с молнией в кармане. Том 3 - Борис Владимирович Романовский

самое, что реставрация украшений. Тут нужны другие знания и умения. Не спалюсь ли я, если верну этой посудине идеальный вид?

Потом решу.

Я зевнул. Только сейчас на меня навалилась сильнейшая слабость — и я понял, насколько вымотался за день и ночь.

Но совсем об этом не жалел. Вспомнив о своём успехе с ускорением, я широко улыбнулся.

Впервые с момента попадания в этот мир — а может, и вообще за всю жизнь — я чувствовал внутри такой сильный огонь. Желание жить, развиваться, становиться сильнее.

— Пойду спать, — пробормотал я, поднимаясь. — Если что, зови.

— Конечно, — кивнула Шарлотта.

Я поднялся в свою комнату, подошёл к окну и раздвинул шторы. Небо немного прояснилось, и вдали виднелась Луна.

Тут в моей голове раздался шепоток:

Умри. Умри. Умри.

Поморщившись, я задёрнул шторы.

Скоро полнолуние, надо к нему подготовиться.

Думаю, сделаю себе какой-нибудь гроб, обвяжусь цепями, выпью транквилизатор и лягу в него. Как вампир. Надеюсь, сработает.

* * *

Бернгольд, резиденция виконта Грэй.

Елизавета Грэй завтракала на улице. Она как раз доедала творожные сырники с клубникой в сливках, когда услышала голоса — и увидела графа Давыдова. Тот шагал к ней рядом с её довольным отцом и улыбался до ушей.

— Елизавета! — воскликнул граф.

Быстро подойдя, он опустился на одно колено и с придыханием произнёс:

— Я так ждал нашей встречи!

Елизавета печально улыбнулась.

— Что с вами? — вдруг напрягся граф. — Я вижу тоску в ваших глазах! Вас что-то беспокоит?

— Нет, что вы, — Елизавета отвернула голову.

— В последнее время дочь сама не своя, — тревожно сказал отец. — Нам тоже ничего не говорит.

— Что случилось, Елизавета? — Давыдов резко поднялся. — Вам нездоровится? Или вы получили дурные вести? Прошу, скажите, что вас тревожит.

— Граф… — Елизавета опустила взгляд и сцепила пальцы на коленях. — Я не хочу, чтобы у вас начались проблемы.

— Проблемы?.. — Давыдов замер, пытаясь уловить смысл её слов. — Вам кто-то угрожает? Шантажирует?

— Нет, что вы… — Девушка торопливо покачала головой.

Граф всмотрелся в неё внимательнее. В опущенные глаза, напряжённые плечи, пальцы, слишком крепко сжавшие ткань платья.

— Елизавета… вас кто-то обидел?

Она едва заметно вздрогнула.

Лицо Давыдова мгновенно изменилось.

— Кто? — Он подался вперёд. — Кто вас обидел? Назовите имя, прошу!

Елизавета долго молчала. А затем, так и не подняв глаз, едва слышно зашептала:

— На приёме виконта Управского меня оскорбил один молодой человек.

— Кто посмел⁈ — зарычал граф Давыдов.

— Это известный реставратор, — мёртвым голосом произнесла она. — Артур Ричи. Я всего лишь хотела с ним познакомиться — ведь я люблю мастеров своего дела. Но… — Елизавета опустила голову.

— Артур Ричи, значит, — процедил граф. — Можете ни о чём не переживать, Елизавета. Ваша обида будет смыта кровью.

Елизавета поджала губы.

Убьёт ли граф Артура Ричи или всего лишь ранит? Ей нужно первое. Если Виктор выживет и догадается, откуда прилетело, всё станет только хуже.

Она посмотрела на Давыдова и попросила:

— Останьтесь, пожалуйста. Позавтракайте со мной.

Тот тут же расплылся в улыбке.

— С превеликим удовольствием!

Граф сел напротив.

— Мама, папа, оставите нас? — Елизавета обернулась к родителям.

— Конечно-конечно, — засуетились те.

Они были очень рады, что их дочь приглянулась столь влиятельному человеку.

Вскоре пара осталась одна.

— Граф, — прошептала девушка и взглянула Давыдову прямо в глаза.

Она активировала свою первую способность, и тот замер.

— Как же вы прекрасны… — он тяжело задышал, его лицо покраснело.

— Граф, — ещё раз прошептала Елизавета. — Прошу, пусть Артур Ричи исчезнет.

— Да, — тут же кивнул он. — Да, конечно.

Давыдов потянулся к ней, желая дотронуться.

— Граф, — Елизавета отшатнулась. — Прошу, сделайте это как можно скорее. Сейчас.

— Да, да, — закивал он, не сводя с неё глаз.

Он дышал тяжело и явно с большим трудом сдерживал себя.

— Граф, — чуть строже сказала Елизавета. — Идите. Прошу.

— Я пойду, — неохотно отозвался он. — Ради вас я готов на всё, я всё сделаю. Он исчезнет, вот увидите. Вы больше никогда о нём не услышите.

Граф нехотя поднялся.

— Прошу, — пролепетал он. — Хотя бы поцелуй. Один поцелуй. Умоляю.

Елизавета встала, подошла к нему и едва коснулась губами его щеки.

Но и этого хватило: мужчина вздрогнул всем телом, а его глаза увлажнились.

— Я вас так люблю, — прошептал он, глядя на неё.

— Идите, граф, — Елизавета дотронулась до его руки. — Идите. Выполните мою просьбу, пожалуйста. И тогда я вас отблагодарю.

Уточнять, в чём именно будет заключаться благодарность, она не стала.

У графа чуть не закружилась голова. Спросить он не посмел — развернулся и бегом бросился на улицу.

— Поблагодарю вас, — прошептала Алина ему вслед. — Поцелуем в другую щёку.

Она немного постояла и вернулась за стол.

Вот только завтрак уже не шёл ей в горло.

Девушка сидела и вспоминала прошлую жизнь. И каждый раз, когда она думала о том, что скоро из-за её действий Виктор исчезнет, сердце сжималось от боли.

Но раз за разом Алина уверяла себя: так надо. Это другая жизнь. Алина и Виктор остались в прошлом. Теперь они совершенно другие люди.

Глава 12

Одержимые люди

— Лже-Артур, вставай!

Мой персональный будильник в очередной раз меня разбудил. Я открыл глаза и поморщился — шея затекла. Сегодня же куплю нормальную кровать, устал уже спать на полу.

Я поднялся и размял шею.

— Что там? — тихо спросил я, глядя на Машу.

Девочка мирно спала и выглядела совершенно здоровой. От одного её вида на губах сама собой появилась улыбка.

— Вредный клиент, — пояснила Шарлотта. — Он внизу разговаривает с Витей, непонятно что хочет. Витя не справляется, скоро придёт тебя звать.

Я кивнул и пошёл умываться. Быстро привёл себя в порядок и как раз вышел из ванной, когда увидел явно нервничающего Витю.

— Господин! — выдохнул он с облегчением. — Там клиент. Он требует позвать вас.

— Иду, — кивнул я.

Спустившись вниз, я увидел хмурого старика с моноклем на правом глазу. Тот стоял у одной из витрин и с каким-то брезгливым выражением разглядывал выставленные товары.

— Добро пожаловать в «Лавку на углу», — произнёс я, подходя ближе. — У вас ко мне какое-то дело?

Старик прищурился. Медленно оглядел меня с головы до ног, задержался на лице и презрительно фыркнул.

— Я хотел посмотреть на шарлатана, который объявил себя лучшим реставратором страны, — процедил он. — Как ты вообще можешь называть себя лучшим в твоём-то возрасте? Я двадцать лет только учился своему ремеслу! Я больше полувека работаю в этой сфере! За моими плечами тысячи заказов, но даже я не смею так громко себя называть!

— О-о, так вы мой конкурент, — понял я.

— Какой из