Лавочник с молнией в кармане. Том 3 - Борис Владимирович Романовский

Граф добрался до заднего тамбура и сразу понял, почему пассажиры не попытались выбраться с другой стороны. Наружная дверь выглядела не лучше первой — металлическое полотно выгнулось дугой, а раму сдавило так, что дверь намертво заклинило.

— Опасность миновала! — громко сообщил Давыдов. — Оставайтесь здесь, ждите помощи.

Напряжение понемногу начало отпускать людей. Кто-то заплакал уже в голос, женщина возле стены начала молиться Творцу, а седой мужчина тяжело опустился на пол, так как все скамьи были заняты.

Давыдов задержался ещё на несколько секунд, убедился, что никто из пассажиров не ведёт себя подозрительно, после чего развернулся и пошёл обратно.

Добравшись до головного вагона, он заглянул к поездной команде.

— Угроза нейтрализована, — коротко сообщил он. — Продолжайте движение. В Гданеже сообщите обо всём властям, они разберутся.

Работники поезда облегчённо закивали.

— Спасибо вам, — пролепетала испуганная проводница. — Спасибо большое.

— Как ваше имя? — спросил один из мужчин.

Давыдов слегка расправил плечи.

— Граф Иван Давыдов. Запомните моё имя!

Сказав это, он развернулся и вернулся в своё купе, где устроился на прежнем месте.

Всего несколько мгновений граф ещё думал о произошедшем и о предстоящей встрече с каким-то лавочником.

А затем мысли вновь вернулись к Елизавете.

Давыдов мечтательно улыбнулся.

Глава 13

Очень привязчивый граф

Сделав весьма крупный заказ в лавке стройматериалов, я отправился на рынок. Всё равно доставку обещали не раньше чем через полчаса — успею пройтись по лавкам.

Первым делом заглянул к молочнику.

— Здорово, Эрни! — бросил я.

Мелкий мужичок со шрамом на виске быстро скользнул по мне взглядом и тут же снова уставился на свои бутылки, раскладывая их на прилавке.

— Приветствую, Артур, — пробормотал он себе под нос. — Как твои дела?

— Неплохо, — отозвался я, оглядывая ассортимент. — У тебя как в последнее время?

— Туго, — Эрни дёрнул плечом и заговорил быстрее, глотая окончания. — Народу всё меньше и меньше. А у тех, кто остался, нет денег на молочку.

Эти его слова слегка подпортили мне настроение. Я набрал побольше сыра и молока, после чего зашёл в овощной ряд.

— Привет, Мура, — кивнул я здоровенной девушке.

Та мгновенно залилась краской и опустила глаза, комкая передник.

— З-з-здравствуйте…

Ну вот, опять.

Я неспешно набрал весьма немалый баул овощей, расплатился и напоследок улыбнулся ей:

— Хорошего дня.

— Прошу… вот, — Мура сунула мне через прилавок луковицу и стала совсем уж пунцовой.

Каждый раз она так.

— Спасибо тебе, — улыбнулся я, забирая подарок.

Последним я решил заглянуть к булочнику.

— О-о, Артур! — глаза Бориса загорелись. — Привет-привет! Давно тебя что-то не было.

— В столице был, — ответил я, останавливаясь у прилавка. — Представляешь, наследство получил.

— Да ты что⁈ — булочник навалился пузом на прилавок. — И чего, большое?

— Целую лавку в столице, — гордо сообщил я.

— О-о… — Борис покачал головой. — Значит, правду говорили, что ты из богатой семьи?

— Можно и так сказать.

— Времена серого хлеба для тебя прошли? — он хитро прищурился.

— Прошли, — кивнул я. — Давай самое лучшее. И что-нибудь из сладкого.

— Без проблем!

Борис схватил сетчатый пакет и принялся торопливо набивать его белыми румяными булочками, одну за другой, то и дело косясь на меня. Явно боялся, что я его сейчас остановлю.

Ну и ладно, ничего страшного. Часть отдам детям.

— А то самое будешь брать? — вдруг зашептал он, подмигивая.

Я на секунду задумался.

Самогон мне сейчас без надобности — денег, оставшихся от подарка Виктора Ричи, хватит надолго. Да и тащиться к старьёвщику за очередной партией хлама я пока не собирался. Но вот просто зайти и подарить деду Вале бутылку в знак старой дружбы…

А почему бы и нет? Всё же он в прошлом спас мне жизнь.

— Давай, — кивнул я. — И давай сразу три.

Борис аж просиял. Нырнув под прилавок, он вытащил три бутылки и, как всегда, с любовью погладил каждую, прежде чем расстаться.

К этому моменту я был навьючен, как лошадь, поэтому больше никуда заходить не стал. Мяса дома хватало — Витька набрал его ещё утром, — да и остальных продуктов тоже. Просто захотелось немного прошвырнуться.

Вернувшись в лавку, я перетаскал все покупки наверх и позвал Витьку.

— Разложи продукты, — попросил я.

— Да, конечно!

Его взгляд намертво прикипел к пакету с булочками.

— Можешь взять сколько хочешь, — улыбнулся я.

— Спасибо! — воскликнул парень.

— И этой свинье тоже что-нибудь кинь, — я кивнул в сторону жирной крысы, сидящей в углу.

Витька хихикнул и закивал.

Как раз в этот момент внизу постучали. Я вытащил часы — без одной минуты три. Кажется, я знаю, кто это.

Спустившись, я открыл дверь и увидел ту самую молодую пару, что оставила мне на починку хрустальное сердце.

— Проходите, господа, — улыбнулся я. — Ваш заказ готов.

— Вы справились? — с волнением спросила баронесса.

— Разумеется.

Зайдя в каморку, я аккуратно поднял хрустальное сердце за подставку и вынес его в торговый зал.

— Ох, — выдохнула баронесса. — Оно как новое!

Девушка подбежала ближе и осторожно, самыми кончиками пальцев, погладила хрусталь.

— И правда, как новое…

— Я же говорил, что справлюсь, — улыбнулся я.

Барон осмотрел работу долгим, очень пристальным взглядом, после чего протянул мне руку.

— Благодарю вас, Артур. Это сердце очень важно для нас.

— Обращайтесь, — я пожал ему руку.

Барон вытащил из кармана кожаный кошель и отсчитал стопку серебряных монет.

— Пятнадцать талеров, — он положил их на стол и подвинул ко мне. — Этого ведь достаточно за вашу работу?

— Более чем, — усмехнувшись, я забрал деньги.

Всё же у известности есть свои плюсы, причём весьма немаленькие. В прошлом, чтобы заработать пятнадцать талеров, мне пришлось бы торговать неделю. А теперь деньги буквально сами текут в руки.

Пара забрала хрустальное сердце, попрощалась и покинула мою лавку.

Я же спустился в подвал и ещё раз оглядел дальний угол.

Вроде бы всё должно получиться. Я прикинул, сколько понадобится досок и гвоздей и куда лучше вбить крупные костыли с ушками, чтобы продеть в них свою тонкую цепь. Даже если я буду сильно вырываться, они должны удержать меня.

Но, надеюсь всё же, что до этого не дойдёт.

Вскоре привезли первую часть покупок — доски, инструменты и гвозди. Тащили их двое: брат и зять старого Гарика — того самого лавочника, у которого я когда-то брал черепицу и прочие материалы для починки крыши, дверей и пола. По моей просьбе они снесли всё вниз, в подвал, и ушли.

А следом за ними прибыли и остальные заказы — сразу две гружёные повозки. В одной была односпальная кровать и два матраса, в другой — постельные