Авдей. Дитя хаоса - Anastasia Ponamareva

Молчание было ему ответом. Члены Совета переглянулись, но никто не решался заговорить.

— Она не на фронтах, — прошипел он. — Она не на станциях. Она не на планетах, где можно было бы устроить резню. Её нет нигде. Она словно... испарилась. Или...

Он замер. Его багровый взгляд уставился в пустоту, и ярость в нём стала сменяться леденящим, медленным ужасом от собственной догадки.

— Или она делает именно то, чего мы от неё никак не ожидали. Она не бежит. Не мстит. Она... молчит. Она учится. Контролировать то, что мы пытались понять и использовать. И пока мы, слепые идиоты, крушим друг друга в ярости и отчаянии, она наблюдает за нами со стороны и становится сильнее. Сильнее, чем мы можем себе представить.

Элис поднялась с кресла, её голос прозвучал тихо, но твёрдо:

— Первый, если она действительно научилась скрывать свой клосс... мы можем искать её вечно. Она станет невидимкой. Призраком.

— Тогда мы будем искать не её, — ответил Первый, и в его голосе зазвучала ледяная решимость. — Мы будем искать то, что она оставляет после себя. Тишину. Пустоту. Места, где нет ничего там, где что-то должно быть.

Он обернулся к своему совету, и его следующая мысленная команда прозвучала обречённо и беспощадно.

— Немедленно прекратить все наступательные операции против Авдеев. Отвести флоты на второстепенные рубежи. Перейти к глухой обороне.

— Но, Первый! — возмутился Виктор, его массивная фигура поднялась из кресла. — Это признание слабости! Они пойдут в наступление!

— Пусть идут! — проревел Первый. — Пусть тратят свои силы на захват никому не нужного космоса! Наша война с Орденом отныне — не главный приоритет. Главный приоритет — найти её. Пересмотреть все данные. Искать не всплески силы. Искать... тишину. Аномальную, неестественную тишину. Искать корабли, которые бесследно исчезают. Искать места, где не происходит ничего там, где что-то должно было произойти. Она изменила правила. И мы должны изменить подход.

Он в последний раз взглянул на карту с позорным поражением на Лямбде-27rt.

— Они празднуют победу, думая, что сломили нас. Но они просто купились на ту же иллюзию, что и мы. Они ищут безумное оружие. А она уже стала чем-то большим. Хищником, которого не видно и не слышно. И я боюсь, что когда мы наконец её найдём, мы уже не обрадуемся этому.

В тронном зале воцарилась мёртвая тишина. Даверсы проиграли не просто битву. Они проиграли свой собственный замысел. И осознание этого было горше любого военного поражения.

---

Первый Маркус остался один в опустевшем зале.

Ярость понемногу улеглась, уступая место ледяному, просчитывающему холоду. Он был не из тех, кто поддаётся эмоциям надолго. Гнев был инструментом, не более.

Он подошёл к пульту и вызвал личный канал связи.

— Кайрон. — Его мысленный голос был ровным, без следов недавней вспышки. — Ты видел отчёты с Лямбды?

Ответ пришёл почти мгновенно. Голос Кайрона — спокойный, с едва уловимой язвительной ноткой — раздался в сознании Первого, словно он стоял рядом.

— Видел. Тридцать семь часов позора. Впечатляющий результат даже для Авдеев. Они, кажется, наконец-то научились мыслить нестандартно. Или просто отчаялись настолько, что это начало работать.

— Они ищут её, — Первый не стал тратить время на любезности. — И они думают, что, оттеснив нас, получат преимущество. Глупцы.

— Глупцы, которые только что разгромили наш флот в ключевой точке, — парировал Кайрон. В его голосе скользнула усмешка. — Наверное, это делает их глупцами с очень хорошей тактикой.

— Ты всегда был язвителен, Кайрон. — В голосе Первого послышалось нечто, отдалённо напоминающее усталость. — Но сейчас не время для острот. Она ускользнула от нас. От всех нас. И это проблема, которую я хочу, чтобы ты решил.

— Я уже работаю над этим, — ответил Кайрон, и его тон стал серьёзнее, хотя лёгкая ирония никуда не исчезла. — Пересматриваю логистические цепочки, маршруты беженцев, неучтённые коридоры. И знаешь, что я заметил?

— Что?

— Она не просто исчезла. Она исчезла туда, куда никто из нас не додумался бы смотреть. В мёртвые зоны. В системы, которые не имеют стратегической ценности. В места, где нет ни ресурсов, ни торговых путей, ни колоний. Туда, где никому нет дела.

Первый замер.

— Ты хочешь сказать...

— Я хочу сказать, что она, возможно, направилась домой, — перебил Кайрон. — На Землю. На ту самую планету, где мы впервые нашли её девять лет назад. Где мы изучали её клосс, пытаясь понять его природу. Там нет ничего, кроме пепла и руин. Но для неё — это всё, что у неё осталось.

Первый долго молчал. В его багровых глазах отражалась сложная гамма чувств: ярость, удивление и, возможно, что-то похожее на уважение.

— Земля, — повторил он, пробуя слово на вкус. — Забытая, никому не нужная Земля. Она вернулась туда, чтобы... что? Попрощаться?

— Или чтобы найти в себе силы для того, что будет дальше, — ответил Кайрон. — Я не знаю. Но я знаю, что если мы хотим её найти, нам нужно перестать искать её там, где светло. И начать искать в темноте.

— Тогда действуй, — приказал Первый. — Я хочу знать всё. Каждый её шаг. Каждое движение. И когда ты её найдёшь...

— Я верну её, — голос Кайрона стал холодным, без тени прежней иронии. — Живой. Для изучения. Её клосс — это то, что нам нужно. Мёртвая она бесполезна — в мёртвых клосс умирает. Но если не получится взять живой... — он сделал паузу, и в его голосе послышалась сталь, — я сделаю так, чтобы она не досталась Ордену. Мёртвая или живая — она будет нашей. Или ничьей.

Первый кивнул, удовлетворённый.

— Хорошо. Я полагаюсь на тебя, Кайрон. Ты — мой лучший охотник. Не подведи меня.

— Никогда не подводил, — ответил Кайрон, и в его голосе снова скользнула тень усмешки. — И не собираюсь начинать.

Связь прервалась.

Первый остался стоять в пустом зале, глядя на карту галактики, где одна маленькая точка — Земля — вдруг приобрела огромное значение.

Они искали ключ к пониманию клосса. А нашли человека, который учился им управлять. И это было страшнее любой бомбы.

---

Часть II. Кайрон

Кайрон стоял у иллюминатора своего флагмана «Коготь». За стеклом — чернота космоса. Звёзды. Холодные. Равнодушные. Вечные.

Он получил приказ час