Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

забил — на случай, если бы сердце начало отказывать или там лёгкие. И всё это со скальпелем в одной руке и магией в другой — никаких машин искусственного кровообращения, маточных баков и прочей полезной биотехномагии из Лида. Только собственные силы, только хардкор. А ведь параллельно мне ещё кучу гвардейцев исцелять пришлось… Но, как я уже говорил, всё плохое рано или поздно заканчивается. Одарённые клирики заткнули дыру с недостатком магов на второй линии, а я поднял-таки Баюна на ноги. Сражаться он уже мог, но вот выпускать его надолго из поля зрения я до сих пор опасался. К счастью, нас должны перевести совместно.

— Что сказал Ромар? — поинтересовался я.

— Что ты заварил кашу и вообще долбанный… ай! — Соболь начал было честно цитировать начальство, но получил локтем в бок от Косточки. Ясно.

— Пойду пообщаюсь с нашим любимым командованием, — сделав вид, что ничего не произошло, елейным тоном сообщил подопечным я. Зарубежников дружно перекосило — но я и этого «не заметил».

Эпилог-3

* * *

Обитель главного кадровика всея Войска и в лучшие времена была завалена бумагой. Сейчас помещение в этой бумаге попросту утопало. Чистые листы соседствовали со скомканными, на полу осталась узкая дорожка между битком набитыми, распухшими папками, в воздухе висел почти забытый моими соотечественниками на Земле плотный аромат книжной пыли и уже точно совсем забытый — чернил. А самого Ромара, мужика далеко не маленьких габаритов, было едва видно за высоченными бумажными башнями, высящимися на его столе. М-да, если такое творится у этого хитрого лиса, то что в кабинетах у его подчинённых?

— А, Арн, — чтобы меня визуально опознать, офицеру пришлось искать просвет между документами.

— Так точно, тащ полковник! — с таким разрывом в званиях, даже на условиях доверительных отношений пренебрегать уставными телодвижениями точно не стоило. А то мало ли… Мне-то не сложно, и, в случае чего, инсубординацию не прилепить. Да, армия меня многому научила. — Лейтенант Арн по вашему приказанию…

— Хватит воздух сотрясать, и так одной пылью целыми днями дышу, — ворчливо оборвал меня собеседник. — Лучше сюда подойди. На, вот.

Первой мне на руки лёг подписанный приказ о присвоении внеочередного звания. Солидная такая даже не бумажка, а целый пергамент с сургучной печатью, носить который предполагалось свёрнутым в трубку в специальном поясном тубусе-кобуре. Не просто так, разумеется, а чтобы по необходимости тыкать в морду какому-нибудь феодалу, гвардейскому офицеру или функционеру Белых. Тем, кто служил на Рубеже, на руки подобные штуки не выдавали — а это значит, рапорт удовлетворён. Ну, я и не сомневался…

— Череп? — вслух удивился я, разглядывая оттиск. Вот уж не предполагал, что у Войска такой символ. Кстати, если подумать, то я над укреплениями Рубежников никогда не видел флагов или штандартов. Раньше я над этим как-то голову не ломал, а теперь задумался.

— Не знал? — кривовато ухмыльнулся офицер. — Наша история началась с тёмных страниц, об этом теперь не принятовспоминать. Особенно всяким там королькам… Но мы, командиры Войска, должны помнить. Когда границы человеческих земель достаточно приблизилась к валу Шрама, жителями вольных поселений была обнаружена Горловина. Сами деревни сделать с этой проклятой дырой ничего не могли, зато информация утекла к тогдашнему Союзу Монархий, давно мечтавших наложить лапы на плодородные равнины к югу от нас. Это тут нет не то, что крупных рек — вообще никаких, а уже на сотню километров южнее всё иначе. Тысячи квадратных километров будущих плодородных полей и прекрасных пастбищ… если выбить оттуда тварей. А как выбить, если через Горловину прут и прут новые?

Рубежник посмотрел на меня, словно предлагая поставить себя на место властителей прошлого и решить эту задачу. Но ответа дожидаться не стал, сам продолжил:

— Требовалось в буквальном смысле этого слова заткнуть эту проклятую дыру. Разумеется, корольки не стали долго думать, как это сделать. Отныне пойманных преступников, обычных бродяг, крестьян, задолжавшие хоть серебрушку — их всех везли не на рудники, а лесами на север. Здесь выдавали самое плохое оружие, немного еды — и остриями пик выгоняли в степь. А чтобы такой вот вынужденный Рубежник точно не мог вернуться к людям — выжигали на плече клеймо, — Ромар постучал пальцем по черепушке на сургуче. — Выбор был умереть, пытаясь сражаться с монстрами… или просто — умереть. Из тех, кто мужественно выбирал первое, к большому удивлению высокородных, пославших к Горловине смертников, некоторые умудрялись выживать. И даже успешно давать отпор тем чудовищам, что вызывали у самых стойких рыцарей и гвардейцев безотчётный страх. Поскольку стояла цель — перекрыть отсутствующий участок вала, такие группы начали снабжать продовольствием, какой-никакой бронёй. Потом пришлось дополнительно собирать наёмников под знамёна выживших под чёрным черепом — из бывших крестьян и прочих доходяг получались слишком плохие бойцы. Годы шли, сменилось первое поколение Рубежников, потом второе… пока не стало так, как сейчас.

Мы помолчали, каждый думая о своём, потом полковник молча протянул мне ещё один лист. В этот раз обычной бумаги — то был внутренний документ, впечатлять никого в пафосном плаще не требовалось. «Предписание номер… Прибыть на опорный пунктЗвонкие Ключи и заступить на службу не позднее…» Невзрачная на первый взгляд, пусть и составленная по всей форме, записка несла подписи начальника тылового штаба и самого Ромара, а потому в практическом смысле значила куда больше выданного ранее пергамента. Например, она не просто сохраняла за мной полученную на время командировки лошадь, но и позволяла забрать транспорт в казённых конюшнях на весь неполный десяток Баюна. А также пополнить запасы провизии, обновить снаряжение и оружие, и просто послужить пропуском из штабной крепости наружу.

Что ж. Отлично. Я своего добился — не мытьём, так катаньем. В гробу я видел эту Горловину и Защиту Человечества! Опорный пункт у чёрта на рогах, он же посёлок отвальных — сейчас предел моих мечтаний. Да, там тоже есть твари, и тоже нужно временами защищать стены. Но делать это требуется куда реже, и никто не привлекает к деревне толпы изменённых — наоборот, местные всеми силами маскируют присутствие в лесу.

Обычно офицера на такие форпосты назначают из числа отслуживших аборигенов — это там чуть ли не наследственная должность получается. Но мне повезло: прошлый лейт ушёл с Кристианом на штурм центра Шрама, а уцелевшие зарубежники в один голос назвали меня. Может, командование и упёрлось бы рогом — глупо отсылать хрен знает куда своего единственного виталиста, когда первая линия буквально на глазах рассыпается, и не всегда на раненых хватает спецсредств. Но