"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

С этими дисциплинами уверена, тоже проблем не возникнет.

– Кроме базовых, есть ещё общие, такие как история целительства, этика и так далее; специализированные: ментальное целительство, акушерство и женские болезни, детские болезни и их лечение. Искусство телесного врачевания. Я учился на артефактора, но пришлось пройти курс в академии по нужным мне направлениям, чтобы меня допустили до работы в лечебнице.

– Погодите, а что вы имеете в виду под "искусством телесного врачевания"? – полюбопытствовала я, даже вперёд качнулась, чтобы ни слова не пропустить.

– Целители выполняют сложные вмешательства: удаляют воспалённый отросток слепой кишки, извлекают дитя из чрева матери при осложнённых родах, ампутируют конечности, если больной обратился слишком поздно и иного выхода нет. Тут только нож и голова работают, артефакты здесь лишь обезболивают, отправляя пациента в сон.

– Интересно, – кивнула я. – Надо бы разобраться с вашими артефактами.

– Я вас научу, – тут же откликнулся собеседник.

– Спасибо. Кроме этого, мне нужно попасть к ювелиру и кузнецу. Заказать инструменты.

– Инструменты? – удивился Максимилиан.

– Да. Без волшебной составляющей. Есть у вас такие знакомые?

– Есть. Один монах создаёт корпусы для артефактов, он вполне может заменить их обоих.

Глава 18. Рюсейто

Когда повозка выехала на пригорок, столицу стало видно как на ладони. Город раскинулся в широкой долине, окружённой зелёными холмами, позади высилась гора с заснеженной вершиной.

В центре над морем черепичных крыш возвышался величественный замок даймё – массивная белокаменная постройка с многоярусными башнями. Его основание опоясывали мощные стены из грубо отёсанных каменных блоков.

Рюсейто был разделён на чёткие районы широкими улицами, расходящимися от замка подобно лучам солнца, – так называемая радиальная планировка. Вдоль главных артерий города тянулись двухэтажные здания торговых домов, их деревянные фасады украшала затейливая резьба. Черепичные крыши с загнутыми краями создавали силуэт, напоминающий волны застывшего моря.

Мы даже вышли наружу, чтобы вдосталь полюбоваться зрелищем. Аоки тут родилась и выросла, – её глаза при виде знакомого пейзажа, блеснули радостью – она снова дома.

– Я бы очень хотела навестить матушку, прежде чем покинуть Акацуки навсегда, – дрожащим голосом шепнула она.

– Мы обязательно это сделаем. А ещё я непременно её осмотрю. Если в моих силах ей помочь, я выложусь, в лепёшку расшибусь, но помогу, – пообещала я.

Подруга глянула на меня с тихой надеждой и сжала мою руку. После чего начала рассказывать о столице, стараясь сдержать эмоции, бурлившие в груди: от волнения за саму себя и матушку, до грядущего плавания.

Чем ближе мы подъезжали к городским воротам, тем чаще встречались постоялые дворы и чайные домики, где останавливались всевозможные путешественники – от простых крестьян до внушительных самураев с целыми свитами слуг.

Массивные городские ворота охраняла стража в традиционных доспехах и при мечах. Над входом висела табличка с иероглифами: Восточные ворота Рюсейто.

За ними открывалась оживлённая улица, вымощенная камнем. По обе стороны теснились лавки ремесленников, оружейников, гончаров, ткачей. Из открытых дверей доносились звуки работы: стук молотков, шипение горнов, скрип ткацких станков.

Я с любопытством разглядывала местных жителей и гостей: чиновники в официальных нарядах торопились по делам, торговцы зазывали покупателей, носильщики бегали туда-сюда с тяжёлыми тюками. Городской шум смешивался с ароматами стряпни, благовоний и густым дымом очагов.

Особенно впечатляли храмовые комплексы – оазисы тишины и покоя посреди городского гула. Их массивные ворота тории, окрашенные в ярко-красный цвет, резко контрастировали с густой зеленью вековых деревьев. Время от времени ветер доносил колокольный звон.

В отличие от Минагавы, в Рюсейто нередко можно было увидеть магов. Они отличались ото всех остальных своей одеждой и амулетами. Некоторые спешили по своим делам, другие неторопливо беседовали у входов в чайные дома.

"Город контрастов," – подумала я, несколько удивлённая, ведь раньше видела чёткое деление на богатые, бедные и торговые районы. Тут же рядом с роскошными особняками знати ютились крохотные домики простых горожан.

Ещё вчера Максимилиан сказал, что сразу же отвезёт нас в лечебницу клана Цуракава. Устроит там Аоки и ненадолго нас покинет – у него были важные дела в храме Первородного пламени, расположенного у подножия горы Эйэн-дзан.

– А с Каши-доно мы поговорим, как только Аоки оправится от проведённой процедуры, – пообещал он мне.

Лечебница клана Цурукава занимала целый квартал в престижном районе столицы. Высокая каменная стена окружала обширную территорию. Над главными воротами красовался родовой герб: журавль со стеблем целебной травы в клюве.

За стеной начинался ухоженный сад. Изогнутые дорожки, искусственные пруды с лекарственными лотосами, изящные мостики над ручьями. Прогулки здесь помогали выздоравливающим набраться сил.

Величественное двухэтажное строение в традиционном стиле – располагалось в центре комплекса и являлось главным корпусом. Широкая энгава окружала все этажи, позволяя больным дышать свежим воздухом. Стены были значительно толще обычных, чтобы поддерживать постоянную температуру и удерживать целительную магию.

Первый этаж отводился под приём пациентов. В просторном холле с полированным деревянным полом посетителей встречали помощники в светло-серых одеждах. По периметру стояли удобные скамьи, обитые шёлком, а в воздухе витал лёгкий аромат благовоний, снимающих тревогу.

Второй этаж делился на две половины, в одной находились палаты для больных, нуждающихся в постоянном надзоре. В другой комнаты для сложных магических процедур. И там, и там в специальных нишах хранились артефакты, направленные на поддержание сил пациентов и накопление маны из окружающего пространств; пол и стены покрывали особые печати, не дающие магии рассеяться.

В соседнем здании проводились занятия для будущих лекарей клана; в нём же располагались лаборатории для создания лечебных снадобий и настройки артефактов.

Позади учебно-исследовательского корпуса стояли жилые помещения для персонала, склады с травами и минералами. Там же находилась оранжерея, где выращивались редкие целебные растения.

Всё это я знала благодаря рассказам Макса. От размышлений отвлёк привратник, встречавший нас у ворот.

Мужчина, распахнувший кованые створки, низко уважительно переломился пополам.

– Максимилиан-сама! – обрадованно воскликнул, завидев, кто именно правит повозкой.

– Долгих лет, Сугимото-сан! Как ваша внучка? – Грей придержал лошадей, притормаживая рядом с ним. Даже спрыгнул на землю, чтобы как положено поприветствовать Сугимото.

– Какой он интересный человек, – пробормотала я, глядя, как Макс спокойно беседует с охранником.

– Ты это о чём? – отвлеклась от тяжких дум Аоки. Стоило нам въехать в Рюсейто, её настроение резко поползло вниз.

– Лорд Максимилиан одинаково вежлив со всеми. Вообще, для него нет разницы кто перед ним и какое положение занимает он в обществе.

– Да, это странно, – кивнула девушка. – У нас так не принято. Его давно бы перестали принимать те, кто наверху. Но Максимилиан-сама иностранец, поэтому наверное, ему всё прощается, – пожала хрупкими плечами Аоки. – Тебя его поведение