Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Парень посмотрел на Кузьму с уважением:

— Странный ты, парень. Но мне это нравится. Если Главный Мастер разрешит тебе чинить — я помогу. Бесплатно. Просто чтобы научиться, как ты это делаешь.

Кузьма улыбнулся — широко, искренне:

— Договорились.

Они пожали руки.

Я смотрел на эту сцену и понимал: что-то изменилось. Кузьма перестал быть изгоем, над которым смеются. Он стал мастером, которого уважают. Пусть пока только один человек — молодой рабочий. Но это начало.

«Репутация, — подумал я. — Вот что мы заработали сегодня. Не только допуск к экзамену, но ещё и репутацию. Люди видели, что мы можем то, чего не могут другие. Что мы решаем проблемы, а не молимся об их исчезновении. Это дороже любых бумаг».

Меня отвели в баню — маленькую, при Школе, для студентов. Я отогревался там час, сидя в горячей воде, чувствуя, как холод наконец отпускает кости.

Потом я вышел в предбанник, присел на лавку и увидел Кузьму. Он тоже примостился на лавке и молчал. Просто сидел, и я радовался его молчаливому присутствию — поддерживающему, надёжному.

— Спасибо, — сказал я наконец.

— За что? — удивился Кузьма.

— За то, что не струсил. За то, что командовал, когда я сказал. За то, что показал им всем, на что способен настоящий инженер.

Кузьма покраснел:

— Это ты… ты первый мне поверил. Ты сказал «командуй», и я понял, что ты правда веришь, что я справлюсь. И я не мог подвести.

Я усмехнулся:

— Мы не подвели. Ни один из нас.

Кузьма кивнул. Помолчал. Потом тихо:

— Мирон, а как ты думаешь… Главный Мастер правда подпишет нам допуск?

Я вылез из воды, взял полотенце, начал вытираться:

— Подпишет. У него нет выбора. Мы спасли судно при свидетелях. Дьяк дал слово от имени Школы. Если они не выполнят обещание — это удар по репутации. Кто захочет учиться в месте, где не держат слово?

— Но Дьяк ненавидит нас, — напомнил Кузьма. — Он найдёт способ навредить.

— Найдёт, — согласился я. — Но не сейчас. Сейчас он бессилен. А к тому времени, когда он придумает новую пакость, мы уже будем далеко отсюда. С Печатями Ловцов в руках.

Кузьма улыбнулся мечтательно:

— Печать Ловца… Это похоже на сон.

— Сон станет явью, — я надел сухую рубаху, которую принёс Кузьма. — Завтра Главный Мастер вернётся. Мы придём к нему и напомним об обещании. И он подпишет приказ. А потом — экзамен и свобода.

Кузьма кивнул.

Мы вышли из бани. Вечерело. Над Школой сгущались сумерки, окрашивая небо в фиолетовый и оранжевый.

Я шёл и думал о том, что сегодня произошло. Мы выиграли. Не просто спасли судно. Мы выиграли сражение. Маленькое, локальное, но важное. Мы показали, что механика сильнее магии. Что расчёт побеждает молитву. Что знание ценнее традиции.

«Дометий будет резать баранов завтра утром, — думал я с усмешкой. — Будет лить кровь в воду, взывать к Водяному. И ничего не изменится. Потому что Водяного нет. Есть только физика. Гравитация. Прочность материалов. Износ металла. Мы знаем эту физику и используем её».

Мы вернулись в Общую Палату. Студенты уже знали о происшествии — новости разлетелись быстро. Кто-то смотрел на нас с уважением, кто-то — с завистью, а кто-то и с опаской, как будто мы были колдунами.

Гавриил Медведев подошёл, когда мы садились на свои нары:

— Слышал, вы устроили представление на причале, — сказал он с усмешкой. — Спасли судно. Заставили Дьяка плясать под вашу дудку. Впечатляет.

— Не представление, — поправил я. — Мы сделали работу.

— Работу, которая принесёт вам допуск к экзамену, — кивнул Гавриил. — Умно. Очень умно. Вы использовали свои знания и извлекли выгоду.

— Ты бы сделал так же, — сказал я.

— Сделал бы, — согласился Гавриил. — Но я бы не полез в ледяную воду. Ты рискнул. Это… это я уважаю.

Он протянул руку.

Я пожал её.

— Когда получите Печати Ловцов, — сказал Гавриил, — не забывайте старых знакомых. Мой отец торгует мехами. У него связи по всей реке. Если вам понадобится помощь — обращайтесь. За разумную цену, конечно.

— Конечно, — усмехнулся я. — Ты ведь не благотворительностью занимаешься.

— Никогда, — Гавриил улыбнулся. — Но я честен в своих сделках. А это редкость.

Он ушёл к своим нарам.

Я лёг, закрыл глаза.

Тело ныло — мышцы болели после напряжения, руки всё ещё ощущали холод воды, голова гудела от усталости.

Но внутри была удовлетворение. Глубокое. Прочное.

Я сделал это. Мы сделали это. Первый шаг к свободе сделан. Завтра Главный Мастер подпишет приказ. Послезавтра — экзамен. Через неделю — Печать Ловца. А потом… потом домой. В Малый Яр. К маме, Егорке, Анфиму, Серапиону. К людям, которые на меня рассчитывают. И там начнётся настоящая работа.

Последняя мысль перед сном была простой: «Магия бессильна, но я — нет».

Глава 11

Главный Мастер вернулся на следующий день, к вечеру.

Я узнал об этом от Кузьмы — он дежурил у окна Общей Палаты, выглядывая во двор, и увидел, как к главному корпусу подъехала повозка. Из неё вышел Главный Мастер — невысокий, худой, в чёрном кафтане, с седой бородой. Рядом с ним — двое охранников и Дьяк, который явно ждал его возвращения.

Они о чём-то говорили — Дьяк жестикулировал, показывал в сторону дока, Главный Мастер слушал, хмурясь. Потом они скрылись в здании.

— Дьяк докладывает, — сказал Кузьма, отходя от окна. — Рассказывает, что произошло.

— Все правильно, — я сидел на нарах и чистил сапоги. — Он преподносит новость Главному Мастеру. Объясняет, почему пришлось обещать нам допуск.

— Думаешь, попытается вывернуться? — в голосе Кузьмы была тревога.

— Попытается, — кивнул я. — Но не выйдет. Слишком много свидетелей. Он обещал у всех на глазах дать нам допуск.

Я отложил сапог, встал.

— Идём. Пока он не устроился и не собрался с мыслями, самое время напомнить об обещании.

Кузьма кивнул, схватил свой кафтан.

Мы вышли из Общей Палаты, пересекли двор, направились к главному корпусу.

У дверей кабинета Главного Мастера стоял охранник — рослый детина с алебардой. Увидел нас, преградил путь:

—