Эпоха Титана 4 - Артемий Скабер

нескольких местах. Кровь хлынула в лёгкие, я закашлялся, выплюнул кровавую пену. Меня отшвырнуло назад. Тело пролетело через всё помещение, врезалось в стену и впечаталось в неё на глубину в полметра. Кирпичная кладка треснула, провалилась внутрь, образовала человекоразмерную вмятину.

Воздух выбило из лёгких полностью. Кровь пошла изо рта, из носа, из ушей. Металлический привкус заполнил рот, стекло по подбородку. Регенерация тут же запустилась и заработала на максимальной скорости. Энергия Титана потекла к повреждённым участкам, начала чинить, восстанавливать, латать дыры.

Маг стоял передо мной, пол-маски свалились на пол, разбились от удара. Часть рожи видно — лицо молодое, лет двадцать пять, черты породистые, аристократические. Скулы высокие, нос прямой, губы тонкие. Волосы прилипли ко лбу от пота и крови.

Глаза серые, широко раскрытые, полные торжества и злорадства. Хорошо что мужик и должен признать с артефактом он меня удивил, а то я уже расстроился.

— Ты ответишь, мразь! — сделал он шаг ко мне навстречу, шатаясь и прихрамывая, — за мою руку, за то что нам мешал, за всё что сделал нашему роду!

Культя продолжала кровоточить, пропитала рукав плаща насквозь, капала на пол, оставляя красную дорожку за ним. Лицо бледное, восковое, губы синеватые, но он всё ещё стоял, всё ещё двигался, всё ещё угрожал. Воля сильная, это тоже можно признать, не каждый человек способен функционировать с такими травмами.

— Как тебе Пожиратель? — спросил урод, приближаясь, с трудом переставляя ноги, — это наследие моего рода, артефакт времён Старой Империи. С ним мы много врагов погубили, много сильных магов положили. Сейчас все твои кости и органы превратились в кашу, все твои внутренности размолоты в пыль. Но ты жив, ты в сознании. Мы много работали над этим эффектом, много экспериментов провели, чтобы наши жертвы оставались в сознании после его применения. Чтобы они чувствовали боль, чтобы они понимали что с ними происходит. Я вырву твоё ядро из позвоночника и использую его для наших целей!

Выходит я должен был умереть от этой штуки? Больно, да, неприятно, тоже, есть и повреждения, но ничего критического. Только вот ядро без магии, истощено почти полностью, энергия на нуле.

Маг приблизился вплотную, остановился прямо передо мной. Смотрел сверху вниз, глаза горели фанатичным огнём, на лице торжествующая улыбка. Он уже считал меня мёртвым, уже представлял как вырывает ядро.

— Да здравствуют Змеевы! — произнёс он торжественно, голос звучал, как клятва.

Поднял оставшуюся руку вверх, готовясь нанести финальный удар. Воздушные потоки закружились вокруг его ладони, сформировали острый клинок.

— Всё? — уточнил я спокойно, голос вышел хриплым, но внятным, — больше ничего сказать не хочешь?

— Что⁈ — он пошатнулся, чуть не упал, — ты ещё можешь говорить⁈ Как⁈ Это невозможно! Пожиратель должен был тебя уничтожить!

Глаза расширились от ужаса, от непонимания, от осознания что что-то пошло не так. Торжество на лице сменилось страхом, уверенность — сомнением, превосходство — паникой.

Я оттолкнулся одной ногой от стены, использовал остатки силы. Вылетел из вмятины как снаряд, оказался рядом с ним за долю секунды. В руке концентрировалась вся мощь Титана.

Удар! Кулак пошёл ему в живот, врезался ниже рёбер, в солнечное сплетение. Сначала было мягко — кожа, мышцы, жир, всё поддалось легко, сжалось под давлением. Потом упёрся во что-то твёрдое — позвоночник, но и он треснул под напором. Хлопок, влажный, внутренние органы разрываются, ткани расползаются.

Кулак пробил его насквозь, прошёл сквозь тело полностью, вышел с другой стороны спины. Рука по локоть внутри его тела, окружённая кровью, внутренностями, осколками костей.

Чёрт, я испачкался. Кровь, куски мяса, фрагменты органов покрывали мою руку, капали на пол, пачкали одежду. Можно было чуть меньше использовать силу Титана, контролировать мощность точнее. Мой просчёт, моя ошибка — переоценил прочность человеческого тела.

— К-а-к? — выдохнул маг.

Глаза полные ужаса и страха, зрачки расширены, белки налиты кровью. Слёзы выступили, покатились по щекам, смешались с кровью на лице. Рот открыт, губы дрожат, пытаются сформировать ещё одно слово, но не могут.

— Ну что за позор? — выдернул я руку обратно резко, без церемоний.

Кровь хлынула фонтаном из дыры в животе, забрызгала пол, стены, меня. Внутренности вывалились наружу, повисли петлями, упали на пол с мокрым шлепком. Тело качнулось, пошатнулось, начало падать.

— Вы даже умереть не можете достойно, — добавил я с отвращением, качая головой.

Тряхнул кулак, пытаясь сбросить с него кровь и требуху. Капли полетели во все стороны, оставили красные пятна на стенах.

Маг упал замертво, рухнул лицом вниз, конечности раскинулись в стороны. Кровь уже собралась в огромную лужу под ним, растеклась по полу, потекла в трещины между плитами.

Я наклонился над трупом медленно, осторожно — бедро всё ещё болело, нога плохо слушалась. Схватил край маски, сорвал её одним движением.

— Змеев? — произнёс я вслух, узнавая черты, — Лев? А-а-а, так это был ты всё время…

— Ты сдохнешь! — подал признаки жизни Змеев неожиданно, голос еле слышный, хриплый.

Кровь пузырилась на губах, захлёбывалась в горле, мешала говорить. Но он всё ещё пытался, всё ещё цеплялся за жизнь, за последний шанс.

— Мой дядя тебя убьёт, — продолжил он, прерываясь на кашель, — он отомстит за меня, он найдёт тебя, он разорвёт на части, он…

— Правда? — хмыкнул я, прерывая его бред, — ну я на это и рассчитывал, если честно. Пусть попробует, посмотрим кто кого разорвёт.

Вспомнил своё обещание Мамонтовой про урода в маске. Схватил Льва за оставшуюся руку, сжал пальцы на запястье. Кости хрустнули под давлением, сломались легко. Рванул резко, с силой. Мышцы порвались, сухожилия лопнули, кожа разорвалась. Рука оторвалась от тела полностью, отделилась в плечевом суставе.

А в нём ещё много силы было, да и энергии хватало, вон как заверещал. Тело забилось в конвульсиях на полу, ноги дёргались, спина выгнулась дугой. Кровь хлынула из нового отверстия фонтаном, добавилась к луже под телом.

Я не остановился. Схватил правую ногу, сжал лодыжку, рванул. Снова хруст, снова треск, снова влажный хлопок. Нога оторвалась в тазобедренном суставе. Потом левую ногу. Тот же процесс, та же техника, тот же результат. Конечность отделилась, отлетела в сторону, приземлилась с глухим стуком.

— Вот теперь ты похож на муравья, — улыбнулся я, глядя на то, что осталось от Льва Змеева, — безногий, безрукий обрубок. Именно так вы и выглядите в моих глазах.

Наклонился ближе к его лицу, посмотрел в глаза.

—