Эпоха Титана 4 - Артемий Скабер

А я? Просто висел и наблюдал за цирком. Смотрел на их лица и слушал. Молодцы, ничего лишнего не обсуждали. Просто тащили молча, только тяжёлое дыхание да скрип сапог по гравию.

Мы подошли к медкорпусу, дверь открылась, нас впустили внутрь. Всё вроде бы знакомо, только атмосфера изменилась. Раньше тут пахло лекарствами и бинтами, а сейчас — химикатами, чем-то едким, металлическим. Запах жёг ноздри, оставлял горький привкус в горле.

Меня втащили в помещение справа — бывший кабинет Олега. Рядом оказался мужик в белом халате. Лет пятидесяти, лысоватый, с аккуратной бородкой, очки в тонкой оправе, кисти в перчатках.

Он оценивающе уставился на меня, потом на охранников.

— Сколько? — бросил он коротко.

— Пять! — ответил запыхавшийся охранник, вытирая пот со лба.

— Зачем так много⁈ — мужик поморщился, качая головой. — Это бы обездвижило слона! Он может умереть, или найдут в крови следы транквилизатора!

Интонация недовольная, почти возмущённая. Не из-за моего здоровья, а из-за нарушения плана.

— Да он весит тонну! — сплюнул охранник, массируя плечо. — Словно из железа!

Доктор вздохнул, махнул рукой.

— Валите. Я займусь остальным, у нас не так много времени.

Охранники ушли, дверь закрылась за ними с мягким щелчком. Мы остались одни.

Лежал неподвижно, глядя в потолок невидящими глазами. Дыхание ровное, поверхностное. Идеальная имитация человека под действием транквилизатора. Доктор подошёл к столу, притащил ящик. Металлический, с красным крестом на крышке. Открыл, достал инструменты — шприцы, скальпели, пробирки. Расставил их на подносе со звоном.

— Ну что, молодой человек? — обратился он ко мне, не поворачивая головы.

Речь спокойная, почти дружелюбная, как у врача, который беседует с пациентом перед процедурой.

— Сначала вы мне всё расскажете, — продолжил он, доставая бутылёк с зелёной жидкостью. — А потом я вам помогу уснуть. Глубоко и надолго.

Он поднял бутылёк к свету, уставился сквозь стекло, оценивая прозрачность.

— Обещаю, боли не будет. Я всё-таки не монстр какой-то.

Губы растянулись в улыбке.

— Сейчас я вам сделаю укольчик, и вы сможете говорить. Прошу, не тратьте время. Отвечайте на вопросы, и мы с вами быстро закончим.

Он набрал жидкость в шприц, проверил, выпустил воздух. Капля выкатилась из иглы, повисла на кончике.

— Либо я буду вынужден…

Он замолчал на полуслове, глазки сверкнули. Похоже, он очень рассчитывает на вариант того, что я буду молчать. На лице мелькнуло предвкушение, почти детское. Доктор подошёл ближе, нащупал вену на моей руке. Игла вошла уверенно, точно. Зелёная жидкость хлынула в кровь — ощущение холодное, скользкое.

Снова почувствовал магию. Другая, не та, что была в транквилизаторе. Эта проникала глубже, цеплялась за нервные окончания, пыталась взять под контроль речевой центр. Мощь Титана вспыхнула, сожгла чужеродную магию мгновенно. Энергия испарилась, не успев подействовать. Продолжал лежать неподвижно. Доктор взглянул на часы на запястье, засёк время. Улыбнулся шире.

— Ну что, голубчик! — сел он рядом на стул, закинув ногу на ногу. — Говорить будем, или вы предпочитаете…

Рука потянулась к подносу, взяла скальпель. Он поднял лезвие к свету, проверил остроту. Провёл пальцем по краю, не надавливая.

— Как вас зовут? — спросил я неожиданно.

Записывающий кристалл был зажат в ладони, активированный. Держал руку так, чтобы артефакт был направлен на доктора. Мужик дёрнулся, чуть не уронил скальпель. Уставился на меня с удивлением, потом рассмеялся.

— Точно! — хлопнул себя по лбу. — Какой же я невоспитанный!

Он поднялся со стула, подошёл ближе. Протянул руку, будто для рукопожатия.

— Сельвестр Игоревич Зубатов. Лекарь, доктор высшей категории, — представился он церемонно. — Член рода Змеевых.

Интонация гордая. Он подчеркнул последнее — принадлежность к аристократическому роду.

— Вы тут работаете? — следующий вопрос.

— Конечно, молодой человек, работаю, — улыбнулся Зубатов, возвращаясь на стул. — А теперь позвольте я задам вам свои вопросы?

Он наклонился вперёд.

— Угу, — кивнул я.

И вскочил с кушетки одним движением. Кулак врезался в голову доктора. Сдержал мощь, чтобы не убить муравья сразу. Удар вышел точным — костяшки встретились с костью черепа, раздался хруст. Зубатов отлетел на несколько метров, врезался в стену, рухнул на пол. Очки слетели, покатились в сторону. Голова откинулась назад, веки закатились.

Поднялся, подошёл к двери. Закрыл её на замок изнутри. Вернулся к доктору, схватил его за воротник халата, потащил обратно к кушетке. Закинул на неё одним движением. Тело безвольно растянулось на поверхности. Пододвинул столик с инструментами ближе. Нашёл тот самый шприц с зелёной жидкостью — зелье правды, как я понял, или что-то такое. Набрал ещё, под завязку. Больше, чем он вколол мне.

Воткнул иглу в вену Зубатова, нажал на поршень. Жидкость ушла полностью. Сел рядом на стул, тот самый, на котором он сидел минуту назад. Закинул ногу на ногу, устроился поудобнее. Ждал.

Десять минут прошло в тишине. Слушал, как работают часы на стене, как гудят лампы под потолком, как что-то капает в соседнем помещении. Зубатов застонал, веки задрожали, приоткрылись. Он уставился на меня мутным взглядом.

— А-а-а… — речь хриплая, слабая. — Что? Почему? Пять кубиков, это же… — Он попытался пошевелиться, но тело не слушалось. — А зелье правды… Почему⁈

Паника в интонации, он понял, что сам стал жертвой своего же инструмента.

— Столько вопросов, — хмыкнул я, глядя на него сверху вниз. — Я, возможно, отвечу вам на них, но сначала вы. Не против?

— Нет! Нет… — мотал он головой, насколько это было возможно. — Не может быть! Это… Меня убьют за провал!

Слова вырывались помимо воли. Зелье правды работало, заставляло говорить.

Поставил записывающий кристалл на столик рядом, так, чтобы он был хорошо виден. Чтобы Зубатов понимал — всё фиксируется.

— Чем вы тут занимаетесь? — начал свой допрос.

— Мы… я… — Зубатов скрипел зубами, пытаясь сопротивляться. — Изучаем гигантов и пытаемся создать изменённых!

Слова вылетели разом, он не смог их сдержать. Из глаз потекли слёзы, тонкие дорожки по щекам. Расстроился? Испугался? Или зелье вызывало такую реакцию?

— Кто приказал? — следующий вопрос.

— Глава рода Змеевых! — выдохнул доктор, захлёбываясь словами. — Я помогаю Льву Змееву!

Он говорил быстро, сбивчиво, будто пытался выплеснуть всё разом.

— Мы охотимся на тварей, используем ядра, части тел и ещё живых гигантов, чтобы проводить эксперименты на аномальщиках!

Речь дрожала.

— Мы уже близко к созданию стабильного изменённого! Очень близко! Ещё несколько опытов,