Последнее дыхание Империи - Ана Адари

«Лейтон» — вспомнила она, и кинулась искать наследного принца Императорского Дома.

Он уже и сам шел навстречу.

— Ваш друг, принц! С ним беда!

— Что такое? — Лейтон, казалось, ее не слышал. Он сжимал в руке какой-то странный предмет.

— Гондолу, на которой летел лэрд Кенси, сбили!

— И что я должен сделать?

— Спасти своего друга!

— А их кто спасет? — Лейтон кивнул на ворота, у которых шла ожесточенная битва.

И решительно нажал на кнопку, спрятанную в эфесе. Нерея невольно отшатнулась, когда зашипело белое пламя.

— Отойди, — велел ей Лейтон. - Это опасно.

— Но Рэй…

— Он продержится. Не мешай мне. Я ненавижу это… Дикари! Да будь оно все проклято! Принимаю бой!

И он побежал к воротам.

Нерея в отчаянии смотрела в спину последней своей надежде. Но вдруг успокоилась

Подумала: «Я и сама справлюсь».

Она запрягла в повозку выносливую лошадь, которую выбрала, исходя из собственного опыта. Там где леди растерялась бы, дочь кухарки действовала сосредоточенно и спокойно. Взяла свою сумку с лекарствами, бросила в повозку меховую полость, флягу с вином, и сев на козлы, поехала к северным воротам.

— Откройте, — велела она стражникам, которые караулили там степняков.

Готовые в любой момент забить тревогу.

— Но леди…

— Я приказала открыть! — голос ее зазвенел.

И ослушаться не посмели. Это же их будущая королева! Нерея поехала прямо на развевающиеся на шесте разномастные конские гривы. Она словно знала, куда надо ехать. И даже не замедлила хода, когда повозку окружили степняки.

Те тоже ехали рядом, молча. Но когда Нерея захотела объехать шатер под трезубцем, ей заступили дорогу.

— Слезай! — велел главный.

Против остальных степняков, мелких и тощих, это был рослый воин, широкоплечий, дочерна загорелый, весь обвешанный затейливыми амулетами. Вождь.

Прибыл еще отряд. И еще. Двое вождей, пожиже, поклонились первому и враждебно просмотрели на незваную гостью.

Нерея в отчаянии прищурилась на опушку леса, подсвеченную заходящим солнцем. Как же далеко-то!

Там, в этом лесу Рэй. Уже темнеет. Он мерзнет. Умирает. А Нерею обступили со всех сторон.

Ей ни за что не прорваться через эти шатры и этих воинов. Их слишком уж много. И все они вооружены. У нее же нет даже кинжала. Толку от него? Даже вынуть не дадут. На Нерею нацелены короткие, но мощные луки. Их десятки!

И она слезла.

— Идем, — велел все тот же, в амулетах. — Ждут тебя.

«Кто может меня ждать?» — удивилась она, не смея переступить порог. Хотя грозный вождь уже откинул полог и тронул за плечо: иди!

Но из шатра повеяло таким родным теплом. И благовониями. Так сладко, маняще, аж голова закружилась, и Нерея решилась. Вошла.

И словно обрела здесь силу. Неуверенность сменилась решительностью.

— Поймали лазутчицу, повелительница, — раздалось за спиной. — Всё, как ты сказала, о, великая. Она пришла сама.

— Входи, не стесняйся. Я жду тебя, — сказала та, что сидела на троне. И которую назвали повелительницей.

Нерея сразу поняла, что перед ней ханша. Та-которая-видит-будущее. В островерхой шапке с огромным рубином. С застывшим величественным лицом. С которого на Нерею смотрели такие знакомые глаза. Будто кусочки неба.

Показалось. В шатре полумрак, а у ханши косой разрез глаз и высокие скулы. Рот похож на лук с натянутой тетивой, нижняя губа узкая, верхняя — изгибом.

— Говори, — раздалось с трона. — Зачем ты пришла?

— Я шла не к тебе, — ее голос прозвучал неожиданно звонко. — Мужчина, который предназначен мне судьбой, умирает. Это несправедливо.

— Согласна.

— Я хочу его забрать.

— Судьбу изменить нельзя. Но требуется плата.

— Чего ты хочешь?

Стражники великой зароптали, было: как смеешь?! С повелительницей надо разговаривать, стоя на коленях и не требования выдвигать, а молить!

Но ханша прикрикнула:

— Молчите! Это лишь мое и ее дело! Ничье больше! Ты, которая пришла, ведомая судьбой. Заплати — и право твое. То, что есть при тебе, но о чем ты не знаешь. Отдай и иди.

— О чем я не знаю? Но это со мной? — Нерея сунула руку в карман. Потом в другой. Нашла засахаренную конфету и протянула ханше: — Тебе нужно это? Я и не знала, что в кармане завалялся леденец.

Грозная повелительница рассмеялась:

— Какая же ты еще глупая. Младшая. Теперь вижу.

— Тогда что ты хочешь? Золото? Мою меховую накидку? Повозку? То, что в ней?

— Ничто материальное меня не интересует, — презрительно сказали с трона. — Я предложила сделку. Тебе же просто надо сказать: «Я согласна». И забирай своего мужчину.

— Я согласна, — торопливо сказала Нерея.

— Я Ая.

— Нерея.

— Не-ре-я, — по слогам сказала ханша. Словно пропела. — Красивое имя, достойное правительницы. Смотри, не забудь о нашей встрече. И о своих словах. Ты можешь идти. Пропустите ее, — велела ханша своим стражникам. — И обратно тоже. А также то, что она захочет увезти с собой. Человек ли это, зверь, оружие, золото. Все, что будет при той, чье имя Нерея.

— Но повелительница…

— Вы смеете со мной спорить?! Даже мои братья, и те повинуются моей воле! Смерти ищете?!

— Прости, о, великая! — воины попадала на колени.

— Здесь, в этом шатре вершится будущее. Если вы не сделаете, как я сказала, вам не обрести покоя после смерти. Ваши души будут скитаться в холодных степях и никогда не найдут приюта. Я вас прокляну, — пригрозила та-которая-видит-будущее.

И Нерею с поклонами проводили к повозке. Охрана ехала с ней до самого леса. И вновь никто не сказал ни слова. Но на этот раз молчание было почтительное.

«Иди, сестра, — ханша Ая еле заметно улыбнулась. — У нас с тобой дороги разные. Я лишь облегчила твою ношу. А ты мою».

* * *

Он засыпал. Исколотые пальцы застыли на морозе, почти уже превратившись в сосульки, и боли Рэй больше не чувствовал, когда в подушечку втыкался винт бутоньерки.

Лэрд Кенси, дважды раненый на дуэлях, один раз так тяжело, что выздоровление было долгим и мучительным, успел подумать, что это легкая смерть. Он просто уснет. А перед этим увидит сладкие сны. С небес к Рэю спустится сама Богиня. И он познает ее, и ее любовь.

Ту, что на