Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж

Илита уже почти иссякла. Гэлин Лукар позаботился об этом, когда завоевал Тукор триста лет назад, уничтожив все дома Железорожденных, которые не преклонили колено. Те же, кто остался, теперь отвечали за постройку осадных машин для короля Джанилы и за ковку его доспехов и оружия. Все кузнецы в Сталелите тоже были Железорожденными, и некоторые из них сейчас следовали вместе с армией, но прямая линия наследников Илита уже давно прервалась.

– Ну… как ты? – спросил наконец Веррин. – Первое поле боя не забудешь, даже если в самом бою не участвовал. Эти тела, запах… Может потребоваться время, чтобы привыкнуть.

– Я в порядке, дядя. Я уже видел смерть раньше.

– Да… Конечно. – Тишина затянулась на мгновение. – В следующий раз тебе придется участвовать. Внести собственный вклад в то, что ты видишь перед собой. Ты готов к этому, сынок?

«Ты мне не отец», – раздраженно подумал Элион. Он больше не испытывал благодарности, слушая наставления и советы Веррина. Элион скучал по отцу и не сомневался, что другие рыцари тоже скучают.

«Есть только один Амрон Дэйкар, и он далеко отсюда».

– Думаю, я пойму, когда придет время, – сказал Элион. – Пока не могу об этом судить.

Веррин выглядел опечаленным реакцией племянника, отсутствием теплоты между ними. «Возможно, я несправедлив, – подумал Элион, – и мои подозрения на его счет необоснованны».

– Я знаю, что ты не хочешь быть здесь. – В голосе Веррина зазвучала участливость и понимание. – Я не буду бросать тебя в гущу сражения, когда мы пойдем на Болотную крепость. Не буду заставлять убивать расаланцев. Для этого у нас есть много других солдат.

– Я не хочу никакого особенного отношения.

– Кровопролития хватит и на твою долю, Элион. Агартцы скоро нападут. Эта война… Нам нужно покончить с ней как можно скорее и сохранить как можно больше бойцов с обеих сторон. Если король Годрин так мудр, как о нем говорят, он откроет ворота, пропустит нас и сдастся еще до конца дня.

Элион нахмурился.

– Что случилось, дядя? Что ты узнал?

Веррин покачал головой.

– Не здесь, – сказал он. – Сегодня мы заночуем там, где был военный лагерь расаланцев… Тот, который вы посещали с отцом. Я все объясню во время вечернего совещания.

Веррин вскочил на Солнцезара прежде, чем Элион успел задать вопрос, и вскоре армия снова двинулась в путь.

Остаток дня Элион не мог думать ни о чем другом. В лагере он оставил Снежногрива с конюхами и в одиночестве отправился на тихую прогулку.

Долину покрывали следы расаланской армии: земля вытоптана, трава пожухла, повсюду мусор и пропитанные влагой черные кострища. Вокруг лагеря, на вершинах холмов, все еще стояли деревянные сторожевые башни. Туда быстро отправили дозорных.

– Теперь мы на земле расаланцев, на вражеской земле! – грохотал звучный голос лорда Канабара. – В любой момент ожидайте засад и нападений! Если узнаю, что кто-то заснул в дозоре, лично запрягу тянуть повозки вместе с лошадьми!

Элион направился дальше. От расаланцев на земле остались обрывки китовых шкур, которыми они укрывали шатры от дождя, сырые бревна, старый треснувший котелок. По следам от палаток и их расположению в тени к югу от холмов Элион понял, что это то самое место.

Именно здесь отец лишился руки.

Элион помнил ту ночь более отчетливо, чем ему бы хотелось. Клубы черного дыма, пронесшиеся мимо палатки. Крик отца, раздавшийся всего мгновение спустя. Сам отец, изрубленный, словно кусок мяса, лежащий в луже крови возле меча Варинара.

Элион сглотнул, чтобы смочить горло. Оно до сих пор иногда саднило из-за того крика, который вырвался у него, когда он наткнулся на труп отца.

«Потому что он им и был – трупом. Никто не смог бы выжить после такого». И все же Амрон выжил.

– Элион? – За его спиной раздался тихий голос, почти шепот. Элион обернулся и увидел Киллиана. Его золотистые волосы потемнели от мороси, лицо было мрачным. – Так и думал, что найду тебя здесь.

Элион кивнул.

– Ты пришел по той же причине?

Киллиан оглядел землю, побуревшую, словно пропитанную кровью.

– Твой дядя созвал собрание, – сказал он. С востока донесся отдаленный раскат грома. Киллиан вздохнул. – Интересно, где он сейчас? Тот парень… убийца.

«Рыцарь Теней. Мой брат…»

– Далеко отсюда, – прошептал Элион.

– Если и так, то он не сможет прятаться долго.

Теперь все знали, что фальшивый Ладлэм был Рыцарем Теней. Что он украл Клинок Ночи и покинул свой орден, убив Шептуна и всех его людей в Бурой гряде. Что теперь за ним охотятся свои же и он пытается убежать от них. И от всего, что натворил.

Его прозвали Призраком Крепости Теней. А еще Чудовищем Хадрина – ведь многие вандарийские воины считали, что именно принц Хадрин из Расалана натравил убийцу на Дэйкаров. Элион не поддерживал эту версию: она казалась ему слишком очевидной.

– Пусть Рыцари Теней гоняются друг за другом, – ответил он сухо, почти невозмутимо – как всегда, когда речь заходила о «Ладлэме», или о нападении на отца, или о смерти Алерона. – Надеюсь, они пожрут сами себя.

Киллиан кивнул и повернулся к лагерю.

– Идем. Похоже, у Веррина есть тревожные новости.

В командирском шатре лорда Канабара собрались рыцари, входящие в тайный совет Веррина. Там же присутствовали несколько лордов Озерных, Речных и Болотных земель. Веррин стоял в центре шатра, опираясь на стол и опустив голову. Остальные обменивались взглядами, ожидая, что он скажет.

– Король Дулиан мертв.

Последовало короткое молчание. Элион посмотрел на Киллиана. Это не звучало как плохие новости.

– Он был убит в своей спальне примерно пять дней назад. Агаратцы заявляют, что это сделал Литиан.

В воздухе повисла тишина.

– Нет, это… этого не может быть. – Риккард огляделся, качая головой. – Литиан никогда бы…

– Так мне сказали, Риккард.

Лорд Канабар заметно побледнел.

– Что с остальными? Что с моим сыном?

– Я ничего не знаю об их судьбе, Уоллис, – ответил Веррин. – Только то, что Литиан убил короля по приказу моего брата…

– Это неправда, – вмешался Элион. Он в смятении уставился на дядю. – Все это неправда. Как ты можешь так говорить?

Веррин поднял руку.

– Я знаю, Элион, конечно, знаю. Но это не имеет значения. Важно то, во что верят агаратцы.

– Литиана подставили, – решительно заявил Киллиан, сердито стиснув зубы. – Ему никогда не пришло бы в голову убить короля, и уж точно не того, кто пригласил его в свой город под знаменами мира.

– Никто его туда не приглашал, – напомнил сэр Далтон. – Амрон отправил его туда по собственной прихоти, и посмотрите, к чему это привело. Мы знаем, насколько они с Литианом близки. Откуда нам