Последний Дар Древних - Наташа Айверс

Она вошла в ритм.

Она чувствовала траекторию, словно её тело знало, как двигаться, прежде чем она принимала решение.

Кайлен наблюдал за ней с земли, не отрываясь.

Но затем…

Что-то пошло не так.

Неожиданно гравитационное поле включилось на максимум.

Одновременно с этим двигатели её корабля заглохли.

Она почувствовала рывок.

Корабль потерял управление.

Оглушительная тишина.

Звон в ушах.

Корабль резко дёрнуло вниз.

Притяжение вдавило её в кресло, тело напряглось под весом перегрузки. Она летела вниз головой.

Рывок.

Резкий крен.

Корабль перевернулся, заваливаясь вниз носом, и её буквально припечатало к спинке кресла, не давая даже пошевелиться.

Раздался треск панели управления.

Одна из консолей вспыхнула, искры брызнули в воздух. Металлические крепления разошлись с глухим скрежетом, и тяжёлая часть конструкции внезапно сорвалась, с силой ударяя её в лицо.

Резкая вспышка боли — и темнота.

Она даже не успела осознать, что произошло.

Снаружи все замерли.

Кто-то вскрикнул.

Кто-то в панике всматривался в падающий корабль.

Преподаватели судорожно нажимал кнопки на панели управления, но корабль продолжал падать.

— Включить систему эвакуации! — рявкнул ректор.

Но ничего не происходило.

— Почему не срабатывает защита⁈

— Системы заблокированы!

— Как это возможно⁈

Элла падала.

Быстро.

Слишком быстро.

Аварийные механизмы не сработали.

Катапультирование — отключено.

Гравитационные сети, которые должны были замедлить падение — отключены.

— У неё нет шансов! — в ужасе прошептал один из инструкторов, повернув голову в сторону академии из которой в их сторону бежал Ксавир.

Глава 23

Аургар

Но Кайлен не слушал их. Он чувствовал только одно: она падает.

Он не раздумывал. Бежал. Позвал его. Этого было достаточно.

Пространство дрогнуло. Гул в ушах. Пламя рвануло в небо. Он вырвался наружу — с рёвом, с огнём, с яростью. Как они могли допустить чтобы такое случилось с его истинной⁈

Где-то кричали. Людишки… Пусть боятся. Сейчас не до них.

Полигон внизу. А она — одна в небе, в пылающей, кувыркающейся железке. Он взмыл вверх, прорвав гарь, и наконец увидел его, «Грифон» подсказал Кайлен, — дым, искры, крен. Грифон швыряло, как дохлую птицу, гравитация дергала из стороны в сторону.

Внутри — она. Аургар чувствовал свою истинную. Её слабый, рваный пульс. Сознание её едва тлело.

Он нырнул на подлёте. Вцепился в корпус. Когтями — в обшивку. Металл стонал, но поддавался. Аургар знал, где она. Его пламя не жгло её — оно защищало. Гасило искры. Отталкивало обломки.

Он ударил сверху. Раз. Второй. Вот она — кабина пилота. Кресло, к которому она пристёгнута. Аургар взвыл от горя. Она была без сознания. Лицо в крови.

— Держись, родная! — рыкнул он, зная, что она его не слышит.

Просунул лапы в разлом. Разорвал стенку кабины, как скорлупу и выдрал кресло целиком, не рискуя возиться с ремнями в воздухе. Она вылетела вместе с ним. Безвольная, как кукла. Аургар поймал, прижал к груди, расправил крылья, гася падение, но знал — земля слишком близко. Они рухнули, но она не ударилась о землю, она упала на своего дракона, который принял удар на себя. «Ничего, моя туша выдержит.»— простанал Авргар от боли.

Он укрыл её крыльями, заслоняя от осыпающихся обломков и искр летящих от упавшего Грифона неподалёку. Когда осела пыль, угасли последние всполохи пламени, и наступила зловещая тишина, Аургар раскрыл крылья, когтём подцепил и перерезал ремни, отбросил в сторону кресло и осторожно коснулся любимой.

Бледная. Без движения. Кровь стекала по её щеке. Руки и ноги висели, как плети. Но… она дышала.

«Не дай ей уйти,» прошептал Кайлен внутри. «Я не дам. Никому. Никогда.»

— Живи, — прошептал Аургар, бережно взяв её лапами. — Только дыши. Я здесь. Я с тобой.

Он раскрыл крылья, взмыл вверх, унося её прочь от пылающего полигона. Позади кричали и суетились людишки, бесцельно бегая по полю как стадо обезумевших тупых вуоргов. Сирены выли. Но он слышал только её дыхание.

Она жива. И это — всё, что имело значение.

Он не понёс её к медикам. Не в Академию. Не к Ксавиру. Он унёс её к себе.

В берлогу. Старое хранилище под саргийской резиденцией, когда-то использовавшееся как склад, теперь стало их убежищем.

И плевать было Аургару, что об этом подумают обитатели королевских покоев. Он уже не раз тайком прилетал сюда, выискивая ткани, ковры, украшения — всё, что могло пригодиться для его истинной. Но сегодня он не скрывался. Сегодня ему было всё равно.

Ей нужен был комфорт. Уют. Тепло.

Своими мощными лапами он выбил двери. Гул прошёлся по коридору. Пусть. Двери ему не нужны. Он завалит вход, как только обустроится. Никто не войдёт. Никто не приблизится у его истинной.

А пока он осторожно пронёс Эллу внутрь, укрыл от чужих глаз. Здесь никто её не тронет.

Она была холодной. Слабой. Он уложил её на настил и сразу же кинулся метаться по резиденции, выискивая всё, что могло пригодиться.

К счастью, вместо шарахающихся от него в панике саргийцев вскоре появился он — тот, кто назвался смешным именем «Мажордом», и предложил свою помощь. Дело пошло быстрее. Особенно после того, как Аургар передал приказ через дракона этого странного саргийца. И тогда всё встало на свои места. Вместе они натаскали в хранилище: гобелены, скатерти, бархатные накидки, тёплые ткани, ковры с гербами Содружества, даже шёлковые занавеси из королевских покоев. Аургар, удовлетворённый, соорудил лежбище — мягкое, тёплое, для родной. Для неё. Для своей истинной. Уложив её на импровизированную кровать, он лёг рядом, пригнулся, ткнулся носом в её висок. Кровь. Тёплая. Пахла страхом и дымом. Но не её страхом. Странно. Принюхался. Его. Его страхом за неё.

Он медленно, осторожно провёл языком по щеке, слизывая кровь. Потом по виску, там, где рассёкся металл рассёк старый шрам. Осторожно. Нежно. Зализывая рану.

Он знал — это помогает. Так делают драконы. Так делают матери со своими детёнышами. Так делал он. Со своей любимой. Снова и снова. Пока кровь не перестала течь.

Он согревал её дыханием. Прижимал крылом. Потом обвил собой и уложил голову рядом.

Смотрел. Слушал. Каждый вдох — как музыка. Каждый выдох — как клятва.

Время шло. Он никого не впускал в их берлогу. Кайлен звал. Пытался убедить, уговаривал, даже требовал поменяться. Но Аургар не отвечал. Он должен был понять. Сейчас — главное она. Аургар подоткнул носом под неё складки гобелена. Подсунул лапу под плечи. Обвил хвостом.

И начал шептать. Все заклинания, что помнил. На древнем, зверином, забытом. Слова,