Последний Дар Древних - Наташа Айверс

значение которых стёрлось из памяти, но которые успокаивали её дыхание, которые остановили кровь, которые заставили шрам светиться, он знал, это исцеление.

А он продолжал шептать заклинания и признания: «Ты моя. Я с тобой. Ты сильная. Тебе не нужно бояться. Я не дам тебя в обиду. Никому. Никогда.» Он повторял это снова и снова. Как мантру. Как клятву. Как молитву.

Пока его не отвлёк шум. Мажордом, — Дом, как решил его называть Аургар, — топтался у входа в берлогу, непреклонный, как камень, и удивительно дерзкий для простого саргийца.

— Убедительно прошу, милорд дракон, — напевно тянул он, — хотя бы немного перекусить. Ваша истинная нуждается в пище. А Вы, несомненно, потратили колоссальное количество энергии. Я, разумеется, всё понимаю, но…

Аургар зарычал. Низко, выразительно. Пламя пробежало по клыкам. Дом не сделал ни единого шага назад — и стоял перед ним как ни в чём не бывало.

— Конечно, конечно. Просто оставлю корзину здесь. И… бочонок. Маленький такой. Всего на шестьдесят литров.

Аургар рявкнул, щёлкнул зубами буквально в сантиметре от его носа, а затем с раздражением вытянул лапу, перехватил корзину с едой для Эллы и огромный, бочонок мяса для себя. «Дом» отступил с довольным видом, как будто это не ему только что рычали в лицо и угрожали отгрызть голову. Глядя на его довольную физиономию, Аургар недоумевал. И чего этот «Дом» такой довольный, будто ему вручили личную благодарность от короны и отсыпали мешок чистого золота.

— Приятного аппетита, Ваша Крылатое Высочество, — пропел он с полупоклоном

и, не моргнув, удалился прочь с тем достоинством, на которое способен только мажордом с тридцатью годами безупречной службы королевскому дому.

Аургар недоумённо фыркнул. Странный. Но… полезный. Наверное, стоит оставить в живых. Пока.

Его разбудил шум. Глухой, настойчивый, раздражающий. Кто-то возился у входа. Гремел. Пыхтел. И звал.

— … Элла! Кайлен! Вы там⁈ — голос был знакомый. Ксавир.

Аургар фыркнул, не шелохнувшись. Плотнее прижал крыло к ней — к своей истинной. Пусть подождут.

Но тут она шевельнулась. Её дыхание стало поверхностным. Скоро проснётся. Через мгновение раздался слабый, но явственный вздох. Он затаился. Она открыла глаза.

Аургар замер. Наблюдал.

Пальцы её шевельнулись. Веки дрогнули. Она закашлялась — слабо. Потом открыла глаза.

Он не двинулся. Смотрел. Ждал.

Она огляделась. Медленно. В замешательстве. Глаза метнулись по высокому потолку с лепниной и фресками, по стенам, по тени огромного силуэта рядом… И остановились на нём.

— Где… — прошептала она. Голос едва различимый. — Где я?..

Он не ответил. Просто смотрел.

Элла нахмурилась. В её взгляде появилась напряжённость. Она пыталась вспомнить.

— Экзамен… — выдохнула она. — Грифон… — её брови сдвинулись. — … оборудование… отказало… я пыталась…

Её рука медленно потянулась вверх, к виску, пальцы нащупали кожу — и она поморщилась, не столько от боли, сколько от воспоминания о ней.

Но под пальцами не было ни крови, ни привычных рваных краёв шрама,

к которым она уже почти привыкла. Чистая кожа. Тёплая. Ровная.

Она замерла, задержала дыхание.

— Я падала, — сказала уже чуть увереннее. — Корабль… потерял управление… а потом я потеряла сознание. Как я выбралась? У меня не было шансов…

Она подняла взгляд на него. Долго смотрела. И тогда, словно озарение, прошептала:

— Ты…

Он лишь наклонил голову ближе.

— Ты вытащил меня?.. Ты… ты меня спас, да?.. — её голос был хриплым

Глаза её вдруг заволокло слезами. Не от боли. От понятия того, что он для неё сделал.

Аургар недовольно рыкнул. Тихо, глухо. Ему не нравилось, когда она плакала.

Даже если причиной был он. Нет. Особенно если — он.

Он опустил морду, ткнулся носом в её щёку, чуть влажную от слёз, и дыхнул тёплым дыханием, будто хотел выпарить её печаль. Стереть. Прогнать.

Потом обвил хвостом, прижал ближе, и заурчал, успокаивая. Она протянула руку.

Погладила его по морде.

— Ты спас меня, — сказала уже твёрже.

Он всё ещё молчал. Но не отказывался от её прикосновения. Наоборот — чуть наклонился, позволяя ей почесать между рогами.

— Спасибо, — прошептала она. И поцеловала его в нос. — … ты… — прошептала она, улыбаясь.

От её улыбки, мир, казалось, стал ярче. Крылья сами обвили её крепче. Он прижался лбом к её лбу. Она — к нему.

— Моя, — дышал он. — Живая. Здесь. Со мной.

— Где мы?.. — прошептала она, оглядываясь. — Это… твоя берлога?

Аургар кивнул. Она поняла.

— Ты утащил меня? Прямо с полигона?

Он издал глухое, недовольное ворчание. Разумеется.

Она улыбнулась. Слабо — но искренне и как ему была приятна её радость. Слабенькая ещё его самочка, но такая смелая. Такая упрямая. И такая — его.

Но в следующую секунду тишина взорвалась грохотом. Со стороны заваленного входа что-то осело с глухим скрежетом. Камни, балки, металлические обломки.

Элла вздрогнула. Впилась пальцами в его шею и прижалась ближе, и в этот миг драконье сердце внутри него замерло от нежности… а потом раздулось от гордости.

Она. Его. Самочка. Ищет защиту. У НЕГО. Доверяет ему свою жизнь!

Он даже дышать забыл. Ну почти. Хвост сам собой дёрнулся, заворачиваясь плотнее вокруг неё. Крыло опустилось ниже, обволакивая, как кокон.

Всё. Вот. Так и живём теперь. Не отдам. Не выпущу. И если кто-то там… хоть пальцем…

Аургар рявкнул. Громко. Протяжно. Зло. «Кто. Посмел. Нарушить. Покой. Моей. Самки?»

Дракон поднял морду, уши прижаты, челюсти сжаты, в глазах — огонь, не нуждающийся в поощрении.

Глава 24

Внутри раздался голос — ехидный, знакомый: «Если бы ты не нажрался мяса и не дрых, как мешок с камнями, ты бы слышал, что завал разбирают уже несколько часов. Сначала прилетел Ксавир, потом — мой отец.» Аургар приподнял голову. Щелкнул зубами. Рыкнул — громко, предупредительно: «Совсем распоясался, наглый мальчишка.»

Элла подняла голову.

— Ксавир?.. — она замерла, прислушалась и повергулась к Аургару. — Мне кажется я слышала его голос. Это он?

Он кивнул. Она попыталась приподняться — пошатнулась.

— Проводи меня, пожалуйста… что-то меня ноги не держат, — тихо попросила она, опираясь на него.

Аургар не возражал. Он поднялся, подставил шею, и она осторожно оперлась на него, стиснув зубы, потому что каждый шаг давался с трудом. Их шаги эхом отразились в тишине хранилища. Они шли медленно. Недалеко от входа, она вдруг остановилась, принюхиваясь. На полу стояла корзина, обернутая тканью, с заботливо уложенными контейнерами с едой от которой исходили такие ароматы, которые тут же ударили в нос.

Элла остановилась, уставившись на корзину.

— Это… еда? — Она хрипло усмехнулась. — О! Нас тут ещё и кормят?

Аургар тихо гудел, довольный, что доставил радость