Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

ней сэр Волк и начал гонять своих «боевых альпинистов». Сначала они учились лазать лишь в холщовой одежде. Затем начали брать небольшой груз. Последовательно – верёвку, кинжал, меч или топор. А Борьн сразу начал тренироваться с «Ягереном». Под конец второго месяца тренировок уже уверенно лазили по скале в кожаных куртках-плетёнках, с оружием и бухтой верёвки. Да ещё и ночью.

Наконец, Феоктистов решил, что отряд «альпинистов» готов. Вечером 6 мая 6701 года согласовали порядок штурма. Король должен был командовать боем у ворот Гринеберга и контролировать работу осадных машин. Сэр Гром возглавил атакующую пехоту, а бронированная конница галлов составила резерв. Они должны были ворваться в крепость после падения моста.

Ночью войска начали подъем по скальной дороге. С крепости выдвижение было малозаметно, от чего применение камнемёта с северной башни и баллисты с надвратной оказалось малоэффективным. К тому же воины шли рассредоточенно, прикрываясь щитами. Конники также поодиночке просочились наверх и до поры залегли вместе с конями. Наиболее заметным был лишь подъем и сбор осадных машин. На них-то тамплиеры и сосредоточили все свои залпы. Что бы снизить их эффективность, король начал выдвигать к стенам небольшие, постоянно меняющиеся отряды лучников. Эти выстрелы в темноте тоже не могли похвастать меткостью. Но зато нервировали и отвлекали обороняющихся.

Под прикрытием боя у ворот, «альпинисты» скрытно вскарабкались по скале и камням южной стены цитадели. Снизу их страховал ещё один отряд галльских лучников. Но всё обошлось. Первые поднявшиеся ликвидировали двух наблюдателей, оставленных сэром Боргом на «неприступном» участке. Затем верхолазы соединили все верёвки в две длинные, с помощью которых подняли с пляжа сначала свои шлемы и щиты, а затем ещё и лучников. Отряд сразу же превратился в полноценную штурмовую группу.

Как не хотелось сэр Волку разбивать её! Но пришлось, что бы одновременно атаковать боевые машины в северной и надвратной башнях. Без них-то и обычный штурм имел шансы на успех. Разделились. Ульфхеднар приобнял «родственника»:

— Бьорн, на тебе северная башня. Нужно заткнуть этот долбанный палинтон. Не подведи, братишка!

Они дружески стукнулись лбами. А затем Феоктистов дополнительно мазнул чело викинга пальцами, смоченными в своей крови (всё же ободрался на скальном подъёме). У того аж плечи распрямились:

— Я не подведу, брат!

Двумя ураганами промчались группы по практически не охранявшимся восточной и западной стенам. Ворвались в башни, перебили расчёты боевых машин. И даже сумели открыть крепостные ворота. Измаявшиеся галлы и пехота бросились внутрь. После короткого жаркого боя, Гринеберг пал. Подавляющий перевес — он и в Африке подавляющий перевес.

За пленение самого сэра Борга де Гринеберг король установил денежное вознаграждение — десять экю за живого, и три за мёртвого. Но хитрый настоятель, с ещё двумя храмовниками, успели укрыться в донжоне. Там, в верхней комнате, служившей Боргу спальней, содержалась и рабыня Эммилия. Бой на стенах и в переходах замка уже завершался, когда стало ясно, что кто-то заперся в центральной башне. Для крестоносцев ситуация привычная. Король тут же выдвинул к донжону и на окружающие стены лучников, с задачей «загасить» бойницы внутренней цитадели. Так что выстрелов оттуда можно было не опасаться. А вот со взятием башен всегда возникали проблемы. Впрочем, подтянувшиеся остатки «альпинистов» помогли решить затруднение.

Сэр Волк с новой колющей раной в боку и порезами на всех конечностях в верхолазы уже не годился. Но Бьорн и ещё двое сорви-голов были в порядке. Их и решили использовать. Деревянная дверь башни располагалась на высоте около двадцати пяти – тридцати футов, а обрушенные мостки валялись внизу. Но вместо того, что бы их восстановить, во двор вкатили «скорпион». Двое альпинистов полезли прямо по каменной стене. А Феоктистов с Бьорном занялись огромной стрелой баллисты.

Вырезали кольцевой дол в окончании и накрепко привязали к нему свою проверенную верёвку. Свободные концы аккуратно сложили кольцами впереди. Верхолазы уже заняли позиции с обеих сторон двери. Король лично шарахнул из «скорпиона». Как и ожидалось, стрела пробила дерево и застряла в дверном полотне. Вот только от её удара упали и оба бойца. Но рефлекторно оттолкнулись ногами и напрыгнули на стрелу. К счастью, та выдержала, и альпинисты вернулись на стену. А четверо конных галлов взялись за верёвку и в дружном разгоне выдернули дверь из башни. Вместе с косяком. Бойцы скрылись внутри, и вскоре там послышались звуки рубки.

Тут распахнулось верхнее окно донжона. Стрелки не замедлили нашпиговать его смертоносными «гостинцами», но человек успел скрыться.

— Брат! — заорал Бьорн. — Давай в окно шарахнем!

Начали оборудовать верёвкой вторую стрелу.

— Нужно задрать нос «скорпиона»! — уточнил король. Феоктистов призывно махнул рукой и к ним подбежали пехотинцы. Зарядили. Взялись за баллисту с двух сторон и на руках подняли за переднюю часть. Сир Ратибор тщательно выцеливал:

— Левее. Ещё. Выше. Да куда задрали! Чуть правее…

Бу-у-умс! Сработали торсионы, и стрела пошла вверх. Чиркнула по камню подоконника и гулко бумкнула внутри. Похоже, впилась в потолок. Но не успел Бьорн начать подъем, как из башни выпрыгнула гибкая фигурка и заскользила по верёвке вниз. Бросились, поймали. Думали, настоятель. Оказалось — девушка! Красивая. Хорошо, хоть сразу топором не приложили.

— Эммилия! — бросился к ней сэр Гром. Раскидал пехотинцев, стиснул в объятиях. Та несмело ответила, пачкая рыцарский плащ кровью с содранных ладоней. А викинг уже споро лез вверх по той же верёвке. Беспрепятственно скрылся внутри. Вскоре из башни донёсся его боевой рёв. Что-то загремело, затрещало. Потом всё стихло.

Оказалось, Эммилия замкнула дверь комнаты, и тамплиеры не смогли в неё попасть. Поэтому бились с «альпинистами» на лестнице. Там-то на них сверху и обрушился викинг со своим «Ягереном». Всех трёх взяли переломанными, но живыми. Боьрн честно заработал королевские десять экю. А сир Ратибор получил неопровержимые доказательства предательства, совершённого братом.

Глава 9

6718 год от Сотворения Мира, 12 июля

— А слабо тебе как тогда, по южной стене залезть? — прервал молчание лорд Николай. Володька шутливо «чокнулся» с ним глиняным стаканчиком:

— Да фиг его знает! Сами же скалу потом стёсывали. Может и не слабо, если «дворником» не махать.

Зубров непроизвольно улыбнулся. Он стал хозяином Гринеберга уже через день после захвата. Соответственно вскоре озаботился и тем, чтобы уже к нему не влезли какие-нибудь ушлые «боевые альпинисты». Для начала южную стену начали регулярно