Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

неуютно. Чуть дальше, сквозь пелену, просматривались лиственные кроны Фалезского леса. Правда, запахи отовсюду доносились сплошь незнакомые, да слышался какой-то неравномерный гул. Словно от движения армии.

— Ну что, Николай Николаич, очухался? С прибытием, мой лорд! — Феоктистов радостно вернулся к великоромейскому.

— И тебе того же, майн фон коммандэр!

— Как думаешь, наши замки уже захватили, или ещё успеем спасти?

Словно в ответ неподалеку тявкнуло орудие, и сразу, с непривычным вжиканьем, мимо пронёсся снаряд. Близкий взрыв швырнул на землю. Это явно не было оружием их феодов! Вразнобой бухнуло несколько выстрелов, а почти сразу — короткая очередь. Причём, это тоже не имело ничего общего с ахающим звуком от воспламенения дымного пороха. А затем друзья увидели самих нападавших. К ним бежало десятка полтора солдат в серо-синей форме с характерными резными клапанами накладных карманов, с ранцами, в нескладных, почти треугольных немецких кепи. Фашисты!!! Враги были вооружены винтовками с примкнутыми длинными штыками, похожими на багинеты XVIII-го века. Только вот их командир, в лакированном кепи и щегольской, незнакомой форме, почему-то размахивал саблей и каким-то длинноствольным револьвером.

В первый момент Феоктистов испытал жуткую досаду. Опять с оружием лопухнулись! Кремневые, да ещё и незаряженные пистоли меньше всего подходили для противостояния нарезным винтовкам фрицев. Оставалась надежда на старые, добрые, сотни раз проверенные мечи.

— Рубим их, на фиг!

Не было времени возиться с пистолями. Приближающиеся фашисты стреляли на ходу. Парочка пуль свистнула совсем рядом. Друзья схватили толедские шпаги и бросились навстречу цепи. Главное — что бы не зацепили на сближении. По пути оба привычно приседали, наклонялись, меняли направление, не давая возможности точно прицелиться. Пулемет смолк. Очевидно, опасался задеть своих.

— Форвертс! — кричал офицер. — Ди тодес русиш швайне!

На его носу Феоктистов с удивлением рассмотрел старомодное пенсне. Этого-то очкарика он первого и сработал. В ближнем бою многолетний навык тесных рубок свел на нет все преимущества более совершенного оружия врага. Яростное опьянение рукопашной, которое за прошедшие десятилетия хорошо научились контролировать, вновь охватило друзей.

— На, на, на! — в остервенении выдыхали рыцари, нанося глубокие рубящие отточенной испанской сталью. — Гитлер капут!!!

Фашисты, смелой гурьбой кинувшиеся было на двух почти безоружных русских, в секунды изменили точку зрения. Рыцари моментально срубили офицера и солдата. А потом включилась смертельная мясорубка. Третий, четвертый… Расчетливые, похожие на танец движения фехтующих напоминали кошачьи прыжки. Выпады винтовок со штыками чаще всего падали в пустоту. Лишь изредка, с мерзким бряком, толедские клинки сталкивались с воронёным стволом. Сразу вслед за этим обычно раздавался крик немца, получившего удар шпагой.

Рукопашная схватка, казавшаяся со стороны скопищем хаотичный движений, неумолимо приближалась к расчетам пулемета и артиллерийского орудия. Они тоже кинулись в бой... Но зарубить их оказалось даже проще, чем пехотинцев, винтовки которых украшали длинные лезвия штыков.

— Пипец котенку. Больше срать не будет! — сказал Николай, хозяйственно вытирая клинок о мундир последнего артиллериста.

Феоктистов молча подобрал немецкое кепи, оттёр им кровь с лица и рук. Он неотрывно смотрел на ещё горячий вражеский пулемет. Отбросил головной убор и задумчиво постучал обухом по характерному тупорылому кожуху. Затем пнул странную прямоугольную основу, напоминавшую железный короб швейной машинки, потрогал брезентовую ленту с патронами.

— Явно пулемет. Но это даже не «Максим»… Мы не в Нормане, Коля!

Зубров подошел к конной упряжке странного артиллерийского орудия. Длинный, непривычно тонкий и короткий для пушки ствол покоился на аккуратном клепаном лафете с большими «тележными» колесами. Достал из зарядного ящика маленький снаряд, напоминающий патрон-переросток.

— Догадался уже. Надеюсь, это не Вторая Мировая?

— Нет. Первая.

октябрь 1991 - июнь 2021 г.