Статус: До сих пор Клинок Системы - Андрей Мельник

Дир зарычал от боли, и из ноги хлестнула кровь. Царь орков впервые за весь бой по-настоящему пострадал. Амори попытался отскочить, но Дир схватил его за руку с мечом и ударил рукоятью своего клинка в висок.

Мастер рухнул на камни, и куб мигнул, фиксируя результат.

Восемьдесят тысяч зрителей молчали. Амори лежал на камнях не шевелясь. Дир стоял над ним, скрипя зубами от злости за пропущенный удар.

Потом Дир наклонился, поднял клинок Амори и воткнул его в землю рядом с мастером. А затем на орочьем, достаточно громко, чтобы трансляция разнесла каждое слово, он произнёс:

— Этот человек заслуживает уважения, которое я отдаю немногим. Он ранил меня. Он не отступил. Я рад, что скрестил с ним клинок.

Переводчик продублировал на общем, и людская трибуна разразилась таким рёвом, что арена затряслась. Орки загудели в ответ, стуча по скамьям оружием, — и это был их жест одобрения. Воины признают воина.

Бой закончился, оставив лёгкое чувство недосказанности. Дир явно бился не на пределе своих сил, проявляя снисхождение к мастеру.

Итоговый счёт на экране сменился: пятьдесят два к сорока восьми — победа людей в индивидуальных поединках. Орочья трибуна это приняла спокойно: они узрели достаточно хороших драк во второй день. И, в отличие от предыдущего, не было бездумного доминирования огнестрела. Кровь и кишки размазывало по арене, так что этот день пришёлся им по душе. Тем более с такой вишенкой на торте, как Дир.

Болдур поднялся в ложу, дожидаясь возвращения царя орков и, после того как Дир вернулся, жестом попросил тишины у трибун. Переводчик встал рядом.

— Первый раунд завершён, — разнёсся голос Архонта по арене через магические усилители. — Люди одержали победу в индивидуальных битвах, но турнир ещё не закончен. Финальный раунд — бой отряд на отряд. Все победители с обеих сторон выходят на одно поле. Пятьдесят два человека против сорока восьми орков.

Дир поднял руку, и переводчик замолчал. Царь орков произнёс на первичном языке:

— Сорок семь. Я не буду участвовать. Царь не станет лишать людей шанса показать, на что они способны. Иначе это будет слишком легко и скучно.

Сказав эти слова, он внезапно посмотрел в мою сторону, и все вокруг проследили за его взглядом.

Ну, спасибо, Дир… Теперь все на меня пялятся…

— Люди покажут себя во всей красе и дадут гостям познать всю прелесть кровавой битвы уже завтра в полном составе! — произнёс Болдур, решая за меня, буду я участвовать или нет. И это хорошо, потому что я не собирался отказываться от такой замечательной разминки перед финальным блюдом этого кровавого застолья.

Вскоре все начали расходиться. Арена опустела, таверны приняли и людей, и орков с бокалами и рогами пива. Я сперва удивился столь странному поведению и решению Болдура, но вскоре понял, что все «собутыльники» — это люди, получившие одобрение и имеющие значительное телосложение или особенности сопротивления ядам, чтобы не нажраться и при этом удержать своих новых «друзей» в рамках приличий. В то же время большая часть бойцов оставалась на своих позициях. Бдели и смотрели, чтобы орочий лагерь не устроил посреди ночи внезапный штурм через засланных на турнир бойцов.

Я просидел почти весь день со своими ребятами, обсуждая их битвы и в целом интересные факты из прошедших сражений, но так и не увидел ни Алису, ни Брячедума. Для них ночь — это время творить что-то за закрытыми дверями кузницы, выделенной благосклонным к нашему отряду Болдуром.

* * *

Наутро куб активировался снова. Болдур и Дир согласовали правила третьего раунда: бой ведётся до последнего человека или орка, артефакты и магия разрешены без ограничений.

Куб принял девяносто девять бойцов, и мы начали перемещаться на новое, отличающееся от предыдущих поле битвы.

Локация оказалась совсем не такой, как ожидалось: холмистая равнина с перелесками и каменными грядами. Куб создал арену размером с небольшой городской район. Были и естественные укрытия, и открытые участки. Деревья стояли группами. В основном дубы и ясени, причём высокие и довольно толстые, что для меня было очень хорошо.

Оба отряда разошлись к противоположным краям поля. Люди выстроились по плану, который им довели ещё вчера вечером. Я же, когда спросил, где моё место в строю, получил ответ, что я вольный художник. Огнестрел остаётся нашим главным преимуществом. Залп из пятидесяти двух стволов по открытому полю, где орки будут бежать в атаку, теоретически может половину из них вывести из строя ещё до контакта. В теории…

До начала боя оставалась всего минута, и по рядам орков прокатилось свечение усиливающих и защитных заклинаний.

[БОЙ!] — пронеслось уведомление перед нами, и орки рванулись вперёд.

— Огонь! — рявкнул Болдур.

Залп грохнул, и дым заволок передний край, пули полетели навстречу набегающей зелёной волне. Выстрелы не прекращались ни на секунду, но орки были из тех, кто умеет делать выводы.

Победившие вчера орки оказались сплошь элитой Дира. Первая тройка бежала под общим магическим щитом шамана, пули вязли в зелёном мареве, как в болотной жиже. Кого-то спасала стальная броня, другие исчезли из поля зрения или использовали масштабные магические атаки, огрызаясь издалека. Самые умные накрыли часть поля битвы туманом и спрятались за камнями, дожидаясь, пока не закончится грохот выстрелов. Они поняли, что патроны у нас не бесконечные, и на перезарядку нужно время. Радовало нас лишь то, что из миллионной орды орков подобные возможности сопротивляться огнестрельному оружию будут лишь у малой части зеленошкурых.

Я активировал ветер, сдувая дымовую завесу, и продолжил наблюдение за полем боя.

Из сорока семи орков залп остановил шестерых. Остальные продолжали бежать.

Я уже стоял на невысоком холме позади наших стрелков и с высоты отлично видел всё поле. Огнестрел своё дело делает, но против этих конкретных зеленошкурых он не особо поможет. Каждый из них вчера доказал, что способен выжить под огнём человеческого оружия. Кто-то подготовлен, кто-то удачлив, кто-то просто очень живуч и успевает с ранами добежать до противника и всадить в череп топор. Именно поэтому они и победили в своих дуэлях.

Маша и Герда ринулись в ближний бой одними из первых, поняв бесполезность огнестрела. Маша исчезла, и клинок «Приговор» начал свою работу на левом фланге. Герда быстро отшвыряла свой боезапас дротиков и с рёвом обрушила топор на голову ближайшего орка. Не спас клыкастого легендарный