Пасечник 3 - Дмитрий Николаевич Матвеев

Вот как? Иван удивился, хотя виду постарался не показывать. Что ещё за система раннего предупреждения? Не дай Спаситель, видеонаблюдение на магическом приводе изобрели. Без него куда как проще. Хотя к чему плодить сущности? Скорее всего, кто-то из доверенных слуг зашел и сказал.

За дверью кабинета тем временем начался шум, явно непредусмотренный протоколом. Крики, удары. Сопровождающий не моргнул и глазом, зато егерь, имевший некие основания опасаться за жизнь и здоровье господина Уклейкина, наплевал на приватность и, проигнорировав возмущение слуги, вошел.

В кабинете находилось трое. Один, тщедушный старикашка и двое мужчин помоложе и покрепче. Старик, судя по нарукавникам, и был искомым нотариусом. В этот момент его душил один из посетителей. Другой с воздушником в руке контролировал территорию.

В логове господина Уклейкина благоразумно были устроены два входа, скрытые под портьерами. Поэтому появление Ивана в первый момент никто не заметил. А во второй момент душитель завопил от боли в руке, пробитой пулькой воздушника. Его напарник пальнул наугад пару раз, потом решил, что живым нотариус не нужен и попытался его пристрелить.

Воздушник и сам по себе стреляет негромко, а портьера, за которой стоял Терентьев полностью глушила звуки выстрела. Получалось, будто бы в руке бандита сама собой возникла дырка, из которой потекла кровь, пачкая дорогой костюм, дорогой паркет и угрожая залить бумаги на столе. Оружие грохнулось на пол.

Звук вышел довольно громким. С другой стороны в ту же секунду распахнулась дверь, и портьера обрисовала контуры тела. Клиенты нотариуса, хоть и слегка раненые, здоровыми руками молниеносно добыли по воздушнику и в кратчайший срок изрешетили вошедшего. Он рухнул, обрывая портьеру и открывая взгляду Некраса с воздушником в руке. Тем временем Иван тоже не бездействовал. Два беззвучных выстрела, и ещё два воздушника загремели по паркету. Больше дееспособных врагов не наблюдалось.

— Некрас, не стреляй, я выйду, — обозначился Терентьев.

— Выходи, — согласился тот, держа под прицелом убийц.

Иван вышел.

— Добрый день, Аполлон Серафимович, — вежливо поздоровался он.

— Разве ж это добрый? — сипло возмутился старичок, поднимаясь с пола и растирая ладонью пострадавшее горло.

— Конечно, добрый. Вы ведь остались в живых, а без моего вмешательства могли уже отправиться на перерождение. Кстати, не подскажете, кто послал к вам этих замечательных людей?

Один из посланцев тем временем покачнулся и повалился на пол.

— Кровью истёк, — равнодушно констатировал егерь.

— Эй, мужик, перевяжи меня, — испугался последний, оставшийся в живых. — Хорошо заплачу.

— Разумеется, заплатишь, — кивнул Терентьев. — Некрас, покажи третьего.

Слуга выпутал из портьеры тело.

— О, а этого я помню. Он у лесорубов обретался. Такого не жаль, душа у него ещё при жизни сгнила.

— Вы разбираетесь в душах? — заинтересовался нотариус.

— Немного, — признался Иван. — Но мой вопрос теперь неактуален. Зато я знаю, чего эти люди хотели от вас.

— И чего же? — вежливо поинтересовался господин Уклейкин, мало-помалу отходя от перенесённого стресса.

Егерь убрал воздушник в кобуру и шагнул к столу:

— Вот как раз об этом я и пришел с вами побеседовать. Но, как видите, едва не опоздал. Тем интереснее пройдёт наша с вами беседа.

Глава 15

Шахматисты называют это состояние умным словом «цейтнот». Терентьев называл его «загон»: нужно всё, сразу и немедленно. И выстроить очередь из срочных дел почти невозможно. Поэтому Иван принялся делать всё подряд. По ходу дела очередь можно и поправить.

— Анатолий Борисович, добрый день.

— Раз вы звоните, значит, уже недобрый, — проворчал Колюкин. — Значит, ещё работы привалит. Рассказывайте, чего на этот раз накопали.

— Вот что. В Селезнёво нашелся один интересный человечек, нотариус Уклейкин. Он мне покаянное письмо написал и свалил куда подальше. А точнее, в Кабановское княжество. С собо взял только наличность, прочие деньги давно уже в Кабановском банке лежат. В числе прочего он мне оставил свои архивы. И официальный, и тайный. Этот Уклейкин за время практики наплодил массу подложных документов, лжесвидетельств и прочего. Копию каждой фальшивки он заботливо подшил в архив и снабдил подробным комментарием. Думаю, что если вы в этих бумагах как следует покопаетесь, то многие нераскрытые дела раскроются сами собой. И еще столько же новых можно будет открыть. Или не открывать, а подождать удобного случая, придерживая в кармане компромат. Наверное, это князю будет интересно.

— Ну так пакуйте архив и шлите в столицу, — буркнул Колюкин.

— Без сопровождения не рискну. Слишком уж много людей может захотеть этот архив уничтожить, а ещё лучше — забрать себе. А у меня всей дружины — только её начальник. Сейчас он где-то неподалёку от вас, рекрутов ищет. Я поставлю одного человека охранять бумаги, но сопровождать архив его не пущу, он мне самому нужен.

— Умеете вы, Иван Силантьевич, настроение портить, — вздохнул дознаватель. — Сутки ваш человек подежурит?

— Подежурит.

— Хорошо. Как раз и мои люди подоспеют. А что вы там насчёт Кабановского княжества говорили?

— Я ничего не говорил. Но слишком уж много совпадений в ту сторону ведёт. У старосты Федюнино кабановский внедорожник. Бывший секретарь отца за участие в подлоге получил скидку опять же на кабановскую машину. Нотариус в Кабаново умотал. Сейчас поеду одного лесопильщика за жабры брать. Сдаётся мне, что и он из Кабаново.

— Очень интересно, — недовольно прокомментировал сыщик. — У нас тоже имеются следочки в сторону Кабанова. Помните владельца Аномалии Горбунова?

— Тот, который так удачно подох по дороге в застенки Разбойного приказа? Как же, помню.

— Горбуновы пришли как раз из Кабаново. И остатки рода Свиридовых тоже Кабановы добили. Не сами, конечно, просто услуги Гильдии оплатили. Так что если вы своего лесопильщика живьём взять сумеете, пристегните его к архиву.

— А-а… — начал было Терентьев.

— А лесопилка вам трофеем останется.

— Договорились.

Следующий звонок — Абазову.

— Реваз Меджитович, как успехи? Пятерых набрали? Это из бывших погранцов? Замечательно. Сегодня же отправляйте их ко мне. Как раз поедут люди Разбойного приказа, вот с ними прицепом и отправляйте. Да, я встречу. И продолжайте искать новых. Чем быстрей наберёте дружину, чем скорее обучите, тем быстрее сможете заняться более интересными задачами. На вашу заработную плату это тоже повлияет.

Теперь оружейнику:

— Степан Потапович! Узнали? Замечательно. У вас по моему заказу есть что-нибудь готовое? Два арбалета со