Пасечник 3 - Дмитрий Николаевич Матвеев

— У человечка одного забрал, чтобы он нечаянно не поранился. Начальник ваш просил его для вас упаковать и с архивом отправить. Забирайте уже, пока он полы не провонял. И вот вещички из его карманцев, их тоже забирайте.

Приказные отправились в угол, где, прикрытый оборванной портьерой, лежал бывший хозяин бывшей лесопилки.

— Надо же! — воскликнул старший, увидев Иванову добычу, — Какая встреча!

— Вижу, вы знакомы, — усмехнулся Терентьев. — Во дворе стоит «Вепрь», можете на нём и архив, и мужичка до вокзала доставить. Я машину потом заберу.

— А не угонят местные жулики? — поинтересовался приказный.

— Нет, — с уверенностью ответил егерь. — Они обещали исправиться и завязать с тёмным прошлым. Или эмигрировать. В Кабановское княжество, например. Как один широко известный в узких кругах нотариус.

К кускам големов люди в чёрных шинелях интереса не проявили. Наверное, знали, что это такое и как их убивают. Терентьев оставил Некраса караулить приказных, чтобы лишнего не утянули, а сам спустился на кухню. Пора было принимать людей в гвардию.

* * *

Процедура прошла гораздо быстрее, чем представлялась Терентьеву. Какие-то полчаса, и соглашение между ним и дружинниками было заключено. Пока на словах, до приезда в Терентьевку. А там уже произойдёт подписание документов. Впрочем, можно сделать иначе.

Иван достал телефон:

— Евстигней Харлампиевич? Доброе утро. Вы успели позавтракать? Замечательно. Берите необходимые принадлежности, садитесь в «Голубку» и приезжайте в Селезнёво, в дом нотариуса Уклейкина. Знаете, где он? Прекрасно. Надо будет составить и подписать контракты на службу в моей дружине. Жду вас через час.

— Всё слышали? — спросил Терентьев у будущих дружинников.

Те дружно покивали.

— Через час приедет человек, всё оформит. Ну а вы пока отдыхайте. Где-то здесь имеются продукты и посуда. Плита — сами видите, вот она. Можете сварить себе что-нибудь, если умеете. Прислуги в этом доме пока нет, накануне она вся разбежалась. Не хотите сидеть голодом — позаботьтесь о себе самостоятельно.

— А если не умеем? — задал вопрос самый молодой.

— Ваши проблемы, — равнодушно пожал плечами Терентьев. — Не мне же для вас готовить.

— Но вы должны нас обеспечивать довольствием, — заметил усач.

— Формально, мои обязанности наступают с момента подписания контрактов, — сухо произнёс егерь. — Кроме того, боец обязан стойко переносить все тяготы и лишения службы. Вы же наверняка поели утром в поезде, так что голодная смерть вам не грозит. Потерпеть час вполне сможете. Или найдите меж собой того, кто способен сварить кашу, не спалив при этом котёл.

Оставив недовольных погранцов на кухне, Иван вышел во двор. Приказные как раз покончили с погрузкой архива, и теперь вели в машину добычу, лесопильщика. Наверняка они знали его под иным именем и в другом качестве, но расспрашивать смысла не было, всё равно не ответят.

Он раскрыл ворота. Один из парней в чёрных шинелях, тот, что помоложе, сел за руль «Вепря». Второй, более опытный, уселся рядом с пленником. Видимо, и впрямь ценная дичь попалась. Машина выехала на улицу, и во дворе остался только обгорелый голем со стрелкой в голове. Оставлять такую ценность где попало не следовало. Да и голову надо бы отсечь. Ночью Иван этого не сделал, и следовало исправить ошибку.

Егерь запер ворота, подошел к голему. Тот лежал на снегу лицом вниз. Материал, из которого неизвестные мастера-артефакторы сотворили тело, вполне поддавался пламени. По крайней мере, после того, как выстрел из арбалета в голову отключил магическую защиту.

В одном месте, черная резиноподобная субстанция выгорела сильнее, обнажив металлическую пластину с выгравированными на ней рунами. Иван заинтересовался. Побродил по заднему двору, отыскал топор, отсёк у туши голову и руки. Только после этого, приняв меры предосторожности, он вооружился острым ножом и решился подойти вплотную.

Кусок за куском отсекая горелую резину, егерь добрался до пластины. То, что выглядело пластиной, на деле оказалось сравнительно небольшой плоской коробкой. Останавливаться на полдороги Иван не собирался. Попробовал расковырять ножом, потом принялся пристраивать на подвернувшейся неподалёку колоде, чтобы раскроить топором.

— Погоди! — донеслось от Кэпа.

Терентьев остановился. Ощутил, как Источник совершил некое сложное действие. В коробке что-то щёлкнуло, и крышка отскочила, открывая взгляду изрисованную рунами прямоугольную серебряную пластину. По углам пластины в хитрых держателях крепились небольшие кристаллики. Что за камни, Иван сходу определить не смог. Не силён он в камнях. То ли дело — лес!

В центре пластины стоял камень побольше, хитрым образом ограненный. И почудилось Ивану, что в нем ощущается нечто непонятное. Он присмотрелся, потянулся Огнём к камню и, поражённый, обмер: неизвестный садист умудрился запереть внутри камня живую человеческую душу! Её следовало немедленно выпустить на волю. Знать бы ещё, как!

Интуиция молчала, ведунское чутьё голоса тоже не подавало. Егерь осторожно прикоснулся к камню, и в ту же секунду понял, что надо сделать. Не тратя времени зря, он выдрал из пластины камень, на заднем дворе отыскал виденную в первый заход наковальню. Приладил на неё кристалл и от души врезал обухом топора.

Камень с хрустом рассыпался в песок. Бледная, едва заметная при дневном свете серебристая тень появилась перед Иваном, на долю секунды коснулась, передавая свою благодарность, и стремительно унеслась в небо.

Терентьев, бросив топор у наковальни, рванулся в дом. Проскочил через кухню мимо дёрнувшихся было погранцов, ворвался в кабинет нотариуса, да так, что Некрас чуть не поперхнулся кофием, и принялся вырезать из спин големов рунные коробки. Кэп их открывал, давая доступ к содержимому, и спустя десять минут у Ивана в горсти были зажаты три одинаковых кристалла.

Егерь вихрем вылетел наружу, вновь озадачив своих стражей, метнулся к наковальне. Три удара один за другим раскрошили три кристалла. Три серебристые тени, освобождённые из плена, исчезли в вышине. А Иван вспомнил о тех големах, что остались валяться на делянке. Нужно было действовать, и действовать срочно.

За воротами раздался мелодичный сигнал: на белой «Голубке» прикатил поверенный Пикулин. Терентьев выскочил в калитку, напугав своим диким видом мирного юриста.

— Евстигней Харлампиевич, срочно довезите меня до вокзала. Затем возвращайтесь сюда и подпишите контракты с пятерыми отставниками. Они сейчас на кухне, пытаются что-то себе приготовить. Как закончите, навестите наших компаньонов в гостинице. Проконтролируйте, как идут дела. А потом отправляйтесь обратно в Терентьевку. К вам должен подъехать некто Митяй, пасечник. Он собирается взять в аренду одну из Иголкинских пасек, сейчас выбирает,