Истинная на испытательном сроке - Вик Арис

после подавителя, вернулась в компанию и отказалась снова становиться личной помощницей Андрея. Теперь Лера занималась внутренними рисками и вместе со мной перестраивала систему безопасности. После истории с Романом совет уже не спорил, когда она требовала независимый аудит и двойное подтверждение для закрытых операций.

— В последнем слайде исправили прогноз по региональному запуску, — сказала она. — Юристы подтвердили, что права на разработку и основной код остаются у тебя. Волковы получают долю в компании и первыми подключают сервис к своим направлениям. Управление проектом тоже закреплено за тобой. Андрей заставил финансовый отдел перепроверить формулировки еще раз, хотя ты и так переписала договор четыре раза.

— Три. Четвертый раз я только заменила одно слово, потому что юрист попытался назвать контроль наблюдением.

— И отправила ему комментарий на полстраницы.

— Зато теперь он понимает разницу.

Лера улыбнулась и посмотрела через стеклянную дверь в зал. В первом ряду сидела Инга Михайловна, рядом с ней несколько старших. Дальше разместились инвесторы и представители компаний. Андрей разговаривал с руководителем банка, но стоило мне появиться в коридоре, сразу поднял голову.

Он смотрел открыто, с такой гордостью, что я отвернулась к планшету и сделала вид, будто срочно проверяю титульный слайд. Два месяца отношений не научили меня спокойно выдерживать этот взгляд. Когда Андрей злился, спорил или пытался назначить охрану без согласования, я прекрасно знала, что отвечать. Когда он просто смотрел на меня и явно радовался тому, что я рядом, мысли начинали двигаться хаотично.

— Он уже пятнадцать минут следит, чтобы никто не занял место, с которого ему хорошо тебя видно, — сообщила Милена. — Если во время презентации начнет рычать на инвесторов, я выйду из зала и сделаю вид, что не отношусь к Волковым.

— Андрей умеет вести себя в обществе.

— В обществе — да. Рядом с тобой у него иногда случаются трудности.

Я пригрозила Милене папкой и вошла в зал.

Первые минуты прошли на привычном напряжении. Я видела перед собой десятки лиц, слышала собственный голос из колонок и слишком хорошо знала, сколько людей ждут ошибки. Потом дошла до примера с женщиной, которой мошенники позвонили от имени банка, и перестала думать о зале. Я рассказывала о том, ради чего вообще затеяла проект: о быстрых предупреждениях, проверке подозрительных звонков, анализе новых схем, возможности остановить перевод до того, как деньги уйдут по цепочке счетов. Сервис должен был помогать обычным людям, которым некогда разбираться в технических деталях и изучать каждый новый способ обмана.

На слайдах появлялись диаграммы, сценарии работы и результаты тестирования. Пилотная версия уже выявляла подмену номеров, странное поведение в личных кабинетах и переводы, которым предшествовали подозрительные звонки. Я объясняла, почему одной банковской проверки мало, как мошенники используют человеческие привычки и зачем объединять цифровые сигналы с простыми действиями пользователя.

Вопросы начались сразу после презентации. Один инвестор пытался выяснить, сможет ли совет Волковых влиять на выбор клиентов. Я спокойно ответила, что инвестиционная доля дает право получать прибыль и участвовать в обсуждении стратегии, а список партнеров утверждает команда проекта. Другой предложил быстрее выйти на рынок за счет передачи разработки крупному банку. Я отказалась и объяснила, что не собираюсь строить независимую систему защиты, чтобы через полгода растворить ее внутри чужого приложения.

Старшие слушали внимательно. Несколько раз я ловила взгляд Андрея. Он не вмешивался, хотя один из вопросов явно ему не понравился. Даже когда мужчина из строительного холдинга спросил, не рискованно ли оставлять управление настолько важным проектом молодому специалисту без опыта руководства большой компанией, Андрей остался на месте.

Я ответила сама. Напомнила, что опыт больших компаний не помешал нескольким из них пропустить серьезные утечки, а моя маленькая команда за два месяца уже нашла ошибки в трех действующих системах. Потом предложила оценивать проект по результатам, а не по возрасту основательницы.

После этого Инга Михайловна первой начала аплодировать.

Когда официальная часть закончилась, люди потянулись к столам с кофе и закусками. Я наконец позволила себе выдохнуть, сняла туфли под столом в маленькой переговорной и вытянула гудящие ноги. На соседнем столике стоял красивый торт с ягодами, который я заметила еще утром. До него оставалось всего несколько метров и один разговор с финансовым директором.

Я уже собиралась вернуть туфли на ноги, когда в переговорную вошел Андрей. Он закрыл за собой дверь, подошел и поставил передо мной стакан воды.

— Презентация прошла отлично. Предварительно согласились трое инвесторов, банк готов расширить пилот, а старшие впервые за много лет обсуждают цифровую безопасность без фразы «раньше такого не требовалось».

— Спасибо. Теперь я намерена съесть торт, выпить кофе и полчаса не отвечать на вопросы. Возможно, даже позволю себе снять жакет и сидеть в одной блузке, потому что отопление здесь явно настраивал оборотень, которому всегда холодно.

Андрей посмотрел на часы.

— С тортом придется подождать. Мы уже опаздываем.

— Куда? Я больше ни на одно совещание сегодня не пойду. Даже если совет внезапно решил официально признать существование паролей длиннее восьми символов.

— На нашу свадьбу, Саша. Регистрация через час, до загородного дома ехать минимум сорок минут. Ты сама выбрала этот день, потому что все нужные люди и так будут на презентации.

Я посмотрела на него, потом на торт за стеклянной стеной. Про свадьбу я, конечно, помнила. Просто в моей голове она начиналась вечером, спокойно и после еды. Время в приглашении тоже видела, но последние недели жила между тестированием, договорами, встречами и выбором платья. Видимо, мозг решил, что регистрация подождет, поскольку жених уже никуда не денется.

— Нормальные люди после запуска проекта садятся, едят сладкое и принимают поздравления. Они не хватают невесту и не везут ее за город на регистрацию, пока у нее ноги болят.

— Ты сама потребовала камерную свадьбу без долгих приготовлений, ведущего, сотни гостей и трех часов стоя. В загородном доме уже есть кресла, пледы, еда и твое платье. Сесть можно сразу после подписи.

— А торт?

— Два торта. Один шоколадный, второй с ягодами.

Это был сильный довод. Я надела туфли, поморщилась и протянула Андрею руку, чтобы подняться.

— Хорошо. Но если мы попадем в пробку и я выйду замуж в брючном костюме, виноват будешь ты.

— Я согласен жениться на тебе в костюме, платье, спортивных брюках и медицинских тапочках. Последний вариант мы уже почти репетировали.

В машине я сняла туфли окончательно и поставила ноги на специальную подставку, которую Андрей установил после нашей