Лучшее завтра. Книга 1 - Ппан Ким

– Почему не выходит?

Я постучала по часам, но сколько бы ни била, ни трясла и ни нажимала, изнутри не раздалось ни единого звука и, конечно, не появилось никакого света. Ничего.

– Уважаемые карманные часы, почему вы то работаете, то нет? Разве я попала в прошлое не после того, как нажала вот так? Значит, если сделать так снова, я должна вернуться обратно. Вы же не хотите сказать, что это невозможно? Мне ведь не придется идти в третий класс старшей школы, верно? – Я потрясла артефакт, словно нашкодившего котенка.

Конечно, звучало это смешно, но мне все же было обидно. Ну почему надо было оказаться именно в том времени, когда я училась в школе?

Карманные часы не ответили.

«Да и жизнь тоже не дает ответов», – подумала я, снова взяла карандаш и стала читать черные буквы, которые никак не хотели укладываться в голове.

Телефон настойчиво вибрировал, и я, нахмурившись, пошарила рукой по столу. Лежа одной щекой на книге, я ответила на звонок. Похоже, я довольно долго проспала: даже голос охрип.

– Алло…

– Лим Соль.

– Да… Кто это?..

– Я.

Я разлепила тяжелые веки, оторвала телефон от уха и посмотрела, кто звонит. Номер не был сохранен.

– Кто это «я»?

– Ты меня не сохранила?

– Нет, в списке контактов вас нет…

Некоторое время собеседник молчал. Я еще раз посмотрела на экран, решив, что вызов прервался. Но время разговора продолжало увеличиваться.

– Сонджэ.

– Что?

– Сонджэ, говорю.

Сонджэ… Сонджэ… Глаза тут же распахнулись. Я отлепила голову от книги и выпрямила спину, чуть не грохнувшись со стула. Я еще раз проверила абонента: ну точно. Поверить не могу, что он мне позвонил! Я положила руку на сердце и прочистила горло.

– Что случилось?

– Похоже, ты не запомнила, о чем я просил, поэтому я решил повторить еще раз.

– Ты просил? О чем?

– Я же говорил: если хочешь что-то сказать, обращайся ко мне напрямую, а не через Юнчжэ. Но сегодня ты пошла с просьбой к Инхёку.

– А… Ну…

– Мне правда не нужны подарки или что-то еще. Но если ты собираешься мне что-то вручить, не надо просить окружающих. Лучше прийти сразу ко мне и подарить лично.

– Лично?

– Именно.

Причина, по которой я не могла передавать записки и подарки Сонджэ лично, заключалась в том, что все они были связаны с предотвращением его смерти. Как он и сказал, книги тоже были не из тех, которые старшеклассники дарят друг другу, – такое обычно предпочитали читать люди старше лет пятидесяти.

Но если бы я принесла что-то подобное лично Сонджэ, вопросов было бы не избежать. «Зачем мне это?», «Почему так называется?», «А с содержанием вообще что?» Конечно, можно искусно оправдаться, но я таким талантом не обладала. Так что если он отказывался принимать мои подношения через других людей, то я больше не могла упрямиться.

– Хорошо…

– И ты тоже принимай.

– А?

– Говорю, ты тоже принимай. Подарки.

Я не понимала, что он имеет в виду. Божественное благословение? Подарок небес? Я должна принять что-то в этом роде?

– Подарки? И где мне их принимать?

Парень ответил не сразу. Почему-то мне показалось, что вопрос его смутил. Я ни с того ни с сего ощутила тревогу и прикусила губу.

Честно сказать, мне никогда не дарили подарков – только на день рождения и Рождество. Хотя последний рождественский подарок я получила еще до окончания младшей школы… Некому мне что-то дарить. А кроме этого, я получала разве что призы на всякого рода мероприятиях. Или какие-нибудь предметы в компьютерных играх в виде компенсации за глюки.

– От меня. Откуда еще?

– От тебя?..

– Мне не нравится только получать. Впредь, если ты мне что-то дашь, я приготовлю ответный подарок. Так что поступай как хочешь.

– Эй, это… Нет, я…

Он ведь не мой фанат – фанатка здесь только я. Да и подарки не такого рода… Я дарю их с определенной целью. Не в силах заставить себя произнести это вслух, я лишь вздохнула.

– Н-но я не дарю тебе ничего дорогого. Не нужно чувствовать себя обремененным…

– Разве я говорил о цене? Я куплю тебе суп в ресторане родителей или что-то подобное.

Я невольно рассмеялась, но сразу почувствовала, что это невежливо, поэтому сделала серьезный вид, хотя рядом никого не было.

Я пошевелила пальцами, лежащими на мобильном телефоне. Эти минуты, когда с другого конца трубки слышался голос Сонджэ и мы болтали об обычных вещах, казались нереальными, поэтому я разволновалась. Не зная, что сказать, прикусила губу. А юноша, похоже, сказал все, что хотел, и теперь молчал. Пока я размышляла, как закончить этот неловкий разговор, на том конце раздался голос Сонджэ:

– Чхунбэк.

– А?

– Спасибо. Я обязательно воспользуюсь твоим сегодняшним подарком.

Сердце не просто колотилось, оно словно превратилось в барабан из оркестра самульнори и выдавало бешеный ритм. Моя грудь напоминала сушильную доску, и кто-то палкой отбивал на ней белье. По коже побежали мурашки, а я – пальцами по коже. Находя письма или встречаясь со мной, Сонджэ всегда был недоволен, но сейчас поблагодарил! Я не могла поверить своим ушам.

– Кладу трубку.

– А? Ага. Пока.

Звонок завершился. Я сидела с телефоном в руке и растерянно пялилась в стену. В ушах продолжало звучать «спасибо», произнесенное голосом Сонджэ. Господи! Я взяла со стола карманные часы и поцеловала их. Кусок железа оказался холодным. От радости мне хотелось укусить часы, но я сдержалась. Положив их на пол, я сделала шаг назад и отвесила поклон.

– Великие часы, вы всегда правы, а я ошибаюсь. Наверняка вы позвали меня сюда не просто так, – произнесла я, уткнувшись лбом в пол.

Вдруг открылась дверь. Продолжая стоять на четвереньках, я повернула голову и увидела на пороге маму с корзиной мандаринов. Заметив, что я вытворяю, она тут же скривилась и крикнула:

– Ах ты, паршивка!

– М-мам.

– Я-то думала, ты занимаешься, а ты спишь в какой-то странной позе.

Но она, похоже, вознамерилась во что бы то ни стало меня отпинать. Уворачиваясь, я вскочила и побежала в гостиную. Мама била себя кулаком в грудь и сокрушалась:

– Даже не представляю, как ты поступишь в университет с таким-то поведением!

Я уже один раз поступила, но не знаю, получится ли сделать это снова, если так пойдет и дальше. От этих мыслей захотелось расплакаться.

Мама вышла из комнаты с корзиной, бросила на меня сердитый взгляд, сказала, что я не заслужила мандаринов, и направилась на кухню. Когда я последовала за ней и ухватила один, мама предостерегающе шлепнула меня по ладони.

– Иди в комнату и занимайся.

Стоило только подумать об учебе, как в груди разливалась досада. А вот от мыслей о Сонджэ на губах расцветала улыбка. Но, немного поулыбавшись, я снова почувствовала безысходность: учиться в третьем классе все же придется. Ха-а, и что мне делать? Я надула губы и ушла к себе.

Сонджэ, который даже после окончания разговора продолжал