Многоликий странник - Кирилл Шатилов

Скелли хотел кое-что уточнить, но сообразил, что и без его участия, как ни странно, все происходит споро и чётко. Обоих стражей уже не было видно. Начальник охраны, словно заразившись от Ризи гневом, не менее отчаянно орал на своих подчиненных, воины, позабыв про дружеские отношения, хладнокровно хватали и уводили своих собратьев, которые, правда, и не сопротивлялись. Все сразу поняли, что произошло нечто из ряда вон, и предпочли не то что не спорить, а превратиться из обычных людей в бездумные механизмы, умеющие только действовать. Вероятно, подумал Скелли, не без интереса наблюдая за ними, эти ребята точно так же ведут себя в походе, в моменты опасности, когда внезапно оказываются под стрелами дикарей и должны не просто уцелеть, но и дать достойный отпор. На осмысление просто не остается времени. Механическая точность выполнения приказов и отработанные на ристалище движения, производящиеся без какого-либо участия головы – вот что спасает им в подобных случаях жизнь. Похвальная привычка!

Ризи остался возле Скелли, начальник охраны замер на пороге, двое новых стражей покрупнее прежних – у него за спиной.

– А ведь я только хотел проверить, все ли в порядке с доспехами, – невесело усмехнулся Скелли. – Кстати, где Тиван? Может быть, мы напрасно подняли столько шуму? Может быть, он знает о том, что доспехи куда-нибудь перекладывались?

Тиван не заставил себя долго ждать. Где бы он ни был, громкие свистки и последовавший за ним переполох не могли не заинтересовать его. По пути сюда, похоже, он успел получить некоторое представление о случившемся, поскольку вид сейчас имел не столько удивленный, сколько озабоченный. Ризи быстро доложил ему о том, чему сам стал невольным свидетелем. Тиван еще больше нахмурился. В устремленном на Скелли взгляде читалось подозрение.

– Если никто не отдавал приказа трогать доспехи, – отвернулся от него главный писарь, до сих пор не решивший, злорадствовать ему или огорчаться, – то их, как видите, украли.

– Стражники на допросе? – уточнил Тиван.

Ризи красноречиво играл желваками. Можно подумать, что исчезли любимые украшения его ненаглядной супруги, мелькнула у Скелли очередная веселая мысль. Интересно, кому на самом деле понадобились эти старые железки?

– Стоило мне проявить малейший интерес к доспехам нашего великого предка, как обнаружилось, что их нет, – сказал он. – Поэтому я даже испытываю некоторую вину из-за их исчезновения. С другой стороны, меня ждет, надеюсь, содержательный разговор с Ротрамом. Не разорваться же мне. – Он посмотрел на Тивана. – Кому можно доверить поиски доспехов?

– Я сам этим займусь. Благодарю за бдительность.

– Это было исключительно любопытство.

– Мы найдем доспехи.

– Не сомневаюсь. Жаль, что тот парень, который сделал это столько зим спустя гибели Дули, сам куда-то делся – у него это хорошо получается.

Тиван не оценил шутки и принялся осматривать комнату. Ризи стал ему помогать. Разумно, подумал Скелли, выходя обратно в коридор. Если бы вором был я, то постарался бы припрятать краденное именно здесь, где меньше всего желание его искать. Правда, и спрятать тут что-нибудь сложновато.

Он спохватился, что не знает, куда отвели Ротрама.

– Тиван, вы не отпустите Ризи проводить меня туда, где сейчас находится Ротрам?

Ризи вышел из комнаты с видом человека, довольного таким оборотом. Знает, что начальник с него семь шкур спустит. Рад оттянуть этот кровожадный момент. Особенно, если поиски ни к чему не приведут.

Они спустились по лестнице почти к самому выходу на улицу. Глядя на уверенно шагающего Ризи, Скелли подумал, уж не поторопился ли он, избрав в провожатые этого зацикленного на своих мыслях человека. Если им придется выходить наружу, он к этому не готов – оделся слишком легко. Едва ли Ризи это заметил и понимает. Ему хотелось остановить Ризи и перемолвиться с ним по душам, но вокруг сновали посторонние, и было бы неправильно, если бы кто-нибудь их подслушал. Да и Ризи явно слишком перенервничал, чтобы отвечать впопад. Этот разговор придется отложить.

Сомнения Скелли развеялись, когда он сообразил, что на улицу выходить все-таки не придется. Его привели в нижние жилые помещения башни, отведенные под казармы для несущих здесь вахту гвардейцев. Стража постоянно менялась, так что помещение не производило впечатления чего-то обжитого и уютного. Обычный перевалочный пункт, как сказал бы какой-нибудь Демвер. Ничего лишнего в обстановке, видимость порядка, холод и тоска. Поел, поспал, ушёл. Очень хороший выбор места для допроса, особенно если учесть, что разговор должен состояться не жёсткий, а доверительный – разговор паука и мухи, присевшей на паутину.

Седобородый мужчина с седой копной вьющихся волос сидел за столом в дальнем конце помещения. Лицо мужчины его было сплошь покрыто глубокими морщинами, которые, однако, отнюдь не уродовали его, а, напротив, придавали выразительность и почтенность. Большие, слегка на выкате голубые глаза, казались насмешливыми и немного грустными. Одет гость был в роскошный бархатный камзол мышиного цвета, пересеченный от левого плеча к правому бедру широкой золотистой перевязью. Перевязь заканчивалась у пояса прекрасными ножнами из черной кожи. Меч у него успели отобрать, так что пустые ножны производили удручающее впечатление. Интересно, где его нашли, если он явился сюда в таком виде, подумал Скелли. Или он просто любит направо и налево демонстрировать свою холеность и зажиточность? Толстая шуба валялась мохнатой горкой на соседней лавке. Двое охранников стояли у него за спиной, напряженно следя за действиями Ризи. Обстоятельства и неписанные правила требовали вести допрос в их присутствии. Скелли быстро осмотрелся и сразу понял, что побег возможен разве что через ту дверь, в которую они только что вошли. Свет с улицы проникал сюда через крохотные окна под потолком.

– Пусть охрана встанет при входе, – распорядился Скелли, обращаясь к провожатому. Тот сделал соответствующий знак, и оба стража поспешили занять новый пост. – Наш гость – уважаемый человек и нам, как и ему, нечего опасаться.

– Именно поэтому меня лишили моего меча, – показал торговец на пустые ножны.

– Если вы заметили, я тоже явился без оружия, – улыбнулся Скелли, разводя руки и присаживаясь на лавку напротив. Под камзолом чувствовалась определенная сила, так что имело полный смысл во избежание сложностей отгородиться от собеседника столом. С некоторых пор он перестал надеяться на свою былую прыть, а любимый тонкий кинжал, больше похожий на длинную иглу, он и в самом деле предпочитал оставлять в спальне – чтобы не было соблазна им воспользоваться. – Вы не находите, что здесь слишком холодно? – Ротрам лишь пожал плечами. – Ризи, друг мой, распорядитесь, чтобы очаг растопили. Мы с нашим гостем не настолько привычны к зимним холодам, как здешние виггеры.