Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

И снова я почувствовал укол тревоги. Слишком продуманно эти ребята подходили к делу. Совсем не похоже на работу залётной банды. Как правило, подобные группировки состоят из различного сброда, тупых отбросов, которым не нашлось места в обществе. Эти же были настоящими хищниками.

— Может, хлопнем их? — шёпотом предложила Полина.

— Рано. — Ворон осадил её порыв вместо меня. — Пусть вначале остальные подтянутся.

Я не вмешивался в их трёп, продолжая наблюдать за противником. Солнце уже клонилось к закату, когда бойцы наконец загнали машину на территорию завода. Вскоре в одном из окон цеха заплясали всполохи костра, потянуло дымком. Один из них расположился на фермах козлового крана и наблюдал за периметром с высоты птичьего полёта. А мы оказались окончательно запертыми на сосне. Тело постоянно затекало из-за отсутствия движения. Только лёгкая Полина могла позволить себе скакать по ветвям, словно белка.

— Жрать хочу, — ответила она на мой раздражённый взгляд.

— Ты, главное, шурши поменьше, — буркнул я. — Скачешь здесь, как слон.

— Не зуди, — отмахнулась она. — Тебе бутер сделать?

— А у нас ещё хлеб остался? — удивился я.

— Немного.

— Мне яйцо передай, — протянул руку Ворон, гордо восседающий на соседней ветке.

— Если намусоришь, я тебя лично пристрелю, — пригрозил ему я.

— Думаешь, они ещё раз будут лес обыскивать?

— Да хрен их знает. — Я пожал плечами, снова припав взглядом к биноклю. — Может, этот придурок решит за грибами прогуляться?

— В такой суши он вряд ли чего здесь найдёт, — хмыкнула Полина. — А я раньше любила по лесу гулять. У нас с родителями дача была, представляете, в самом лесу прям. Даже забор не ставили, чтоб ощущение пространства не терять. Мы осенью с отцом постоянно за грибами ходили. А там место такое было, как из сказки. Мох кругом, мягкий-мягкий, а в нём чёрные шляпки торчат, хоть косой коси. Мы там за полчаса по целой корзинке набирали. А мама потом из них такой вкусный суп варила…

— Заткнись, а? — зашипел Ворон. — Без тебя живот сводит.

— Та ты яичко кушай, полегчает, — издевательским тоном ответила она. — Брак, на бутер.

Я принял из её рук кусок хлеба, на котором толстыми ломтями лежало сало, и принялся жевать, изредка поднося к глазам окуляры бинокля. В лагере противника тоже ничего особенного не происходило. Как только солнце окончательно скрылось за горизонтом, на кране сменился часовой. И я был уверен, что его место занял командир. Всё-таки зрение изменённых в ночное время суток гораздо острее обычного, человеческого.

— Я спать, — произнёс Ворон и устроился возле ствола. — Поль, привяжи меня там.

Девушка подхватила верёвку и помогла приятелю закрепиться, чтобы тот не свалился во сне.

— Ты тоже поспи, — предложил я. — Я пока подежурю. Ворона на рассвете толкну.

— Не, я пока не хочу, — помотала головой она. — Давай лучше ещё потренируемся. Может, это только ночью работает?

— Может, — пожал плечами я и уже в который раз попытался сосредоточиться на внутренних ощущениях.

Вначале раскрылся слух. Он всегда оживал первым. Мир наполнился белым туманом, который периодически пробивали небольшие всполохи крошечных очагов звука. Вот в траве прошуршала букашка, оставляя тонкий дымный шлейф, где-то вдалеке ударила крыльями птица. Взлетев, она проявилась, будто рисунок карандашом на белоснежном холсте.

Затем к звукам присоединились запахи, и мир заиграл всевозможными оттенками цветов, переливаясь, словно голограмма. А распахнув глаза, я заполнил его недостающими деталями. Очертания завода показались в темноте, и сквозь его стены проступили два ярких пятна.

Это были люди. Я видел, как струится кровь по их венам, как её толкает сердце… И вдруг почувствовал лёгкое, едва зарождающееся чувство жажды. С того момента, как мы насытились кровью у лыжной базы, миновала неделя. Ещё столько же мы могли легко продержаться без последствий. Правда, если не будет какой-то травмы, которая затребует дополнительных ресурсов организма. Ну и, соответственно, восполнения кровопотери. Но даже сейчас тело уже начинало требовать крови, сигнализируя, словно топливный датчик, мол: твой бак уже наполовину пуст. Ехать-то ты всё ещё можешь, но лучше заправить его под пробку.

Странное чувство. Вроде и пить не хочется в каком-то человеческом понимании, но во рту всё равно ощущается сухость. Ещё и эти двое. Сидят там, дразнят своей кровью. А ведь одного из них хватит, чтобы заглушить жажду всем троим ещё на одну неделю, а то и все полторы. Я уже успел позабыть эти ощущения, этот голод, который не даёт думать ни о чём другом.

В мозгу всего на мгновение вспыхнула мысль, забить на конспирацию и сожрать одного из ублюдков. Мир вряд ли станет о них скорбеть. И тут на периферии зрения я уловил движение. Дёрнулся, чтобы рассмотреть его получше, и удивлённо уставился на Полину, которая уже наполовину свесилась с ветви, намереваясь спрыгнуть на землю.

— Ты куда? — спросил я.

Единственная, самая серьёзная наша проблема на этих ветвях была всего одна: туалет. Мы долго терпели, прежде чем поняли, что решать её нужно срочно. Для этого мы подняли деревянный ящик, который изнутри обтянули парниковой плёнкой. Это для того, чтобы ходить по большому. А для слива жидких отходов приспособили пятилитровую баклажку. Этого должно было хватить на весь период пребывания на дереве.

И первым делом я решил, что Полина собралась отлучиться до ветру. Ну мало ли, вдруг забыла о существовании наших приспособ. Но когда встретился с её затуманенным взглядом, понял: дело в чём-то другом.

Девушка вдруг встрепенулась, будто отошла ото сна или какого-то наваждения. Она молча втянулась обратно на дерево и тоже уставилась на меня удивлённым взглядом.

— Брак, кажется, получилось, — прошептала она.

— В смысле? — До меня не сразу дошёл смысл её слов. — Что получилось?

— Ну, этот твой контроль. Сработало.

— С чего ты взяла?

— Да с того, я только что собиралась порвать тем двоим глотки. — Девушка указала пальцем в сторону завода. — И это было совсем не моим желанием.

— Ты уверена? — уточнил я, всё ещё не желая верить в удачу.

— На все сто. Что ты сделал? О чём думал?

— Честно говоря, о том же, — смутился я. — Когда увидел, как