Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

С улицы донёсся глухой удар и скрежет сминаемого железа. А затем снова взревели двигатели. Но эти уже принадлежали машинам поменьше. Кажется, прибыла основная кавалерия. Продолжая контролировать выродка за пулемётом, я заставил его перевести огонь на новые цели и рванул в соседнее помещение, уводя за собой Ворона. Даже удивительно, как он сам догадался не валить пулемётчика?

Выглянув в окно, я тут же припал к прицелу и выпустил длинную очередь, почти в половину магазина, в пролетающий мимо борт внедорожника. Пикап, который два дня назад привозил на место засады вторую группу и оружие, уже лежал на боку на обочине, зияя рваными ранами от прилёта пулемётного огня.

Однако там кто-то выжил и теперь огрызался в нашу сторону, скрываясь за кузовом машины. Внедорожник, в который я всадил очередь, продолжал мчаться вперёд, но управлял им уже мертвец. Это стало понятно, когда машина пролетела насквозь поворот и с рёвом ворвалась в забор, окружающий здание через дорогу.

По идее, колонна должна была пойти на прорыв. Это первое и самое основное правило, если на тебя организована засада на пути следования. Ни при каком раскладе нельзя тормозить, иначе тебя разберут на запчасти. Спасти может только движение. Однако на дороге осталась машина, в борту у которой торчал тяжёлый «Урал». И остальная техника, вопреки здравому смыслу, уже рассредоточилась вокруг него. Охрана вовсю огрызалась, поливая очередями всё что движется. Перевёрнутый пикап уже превратили в кусок хлама. Второй ствол, установленный на борту УАЗа, добивал внедорожник, торчащий в заборе. А в следующую секунду он начал неумолимо поворачиваться в нашу сторону.

— Ложись! — только и успел прореветь я, когда пули ударили в кладку.

Это только в кино бойцам удаётся спрятаться в здании, по которому ведётся огонь из крупного калибра. На деле же пуля диаметром двенадцать и семь десятых миллиметра прошивает несущую стену насквозь, практически не замечая препятствия.

Недострой превратился в филиал ада. Мы с Вороном, вжимаясь в пол, выползли в коридор и попытались укрыться от огня в противоположном помещении. Однако некоторые пули умудрялись залезать даже сюда. Проникая через пустые глазницы оконных проёмов, они, не теряя энергии, попросту не замечали тонкой кладки в один кирпич. Визг рикошетов, каменное крошево, треск и грохот, — всё слилось в единый кошмар. Меня дважды что-то ужалило, но я не обращал на это внимания. Обновлённое тело заблокировало боль, а ускоренная регенерация решит остальные проблемы.

Стрельба прекратилась внезапно. Только что вокруг нас летала смерть, как вдруг всё стихло. Пару секунд мы продолжали вжиматься в пол, ожидая нового града из свинца и стали, но его не последовало. А едва я успел оторвать рожу от пола, как взгляд упёрся в ствол автомата. Обнаружить противника заранее не помог ни усиленный слух, ни обоняние. Впрочем, в таком хаосе, что царил вокруг, ничего удивительного.

— Брось, — прозвучал вкрадчивый голос, и я выпустил оружие из рук.

Боец попытался отбросить его ногой, но ничего из этого не вышло: ремень не позволил. И тогда он принял единственно верное решение: попытался сунуть мне прикладом в лоб. Единственное, чего он не учёл, — это что перед ним лежал не человек и даже не рядовой изменённый. Он ещё пытался вернуть тело в равновесие после неудачного пинка, когда мой мозг уже просчитал его дальнейшие действия.

И я сработал на опережение.

Когда приклад устремился к моей голове, я выбросил вперёд руки, отталкиваясь от пола. Толчок оказался такой силы, что я мог спокойно подлететь до самого потолка. Но мне этого не требовалось. Будто в фантастическом фильме, я изогнулся в воздухе и выбросил обе ноги вперёд. Бойца натурально смело в самый конец коридора, и в полёте он зацепил напарника, который имел неосторожность высунуться из комнаты в момент полёта приятеля. Раздался противный хруст, и воин, который выглянул в коридор на шум, сложился пополам, зацепившись позвоночником за откос.

Я приземлился на ноги и тут же завалился набок, выхватывая пистолет из кобуры. В коридор ворвалась ещё одна тень. Я трижды вдавил спуск, но все пули ушли в молоко. Тот, кто явился по наши души, двигался слишком быстро даже для меня. А затем что-то больно ударило меня в руку, и стол вылетел, бряцнув о пол. Я только и успел заметить стремительную тень, прежде чем голова взорвалась болью. Сознание я не потерял, всё-таки тело альфы способно выдержать и более серьёзные повреждения. Однако на мгновение утратил контроль и вдруг ощутил, как на моей шее смыкаются зубы.

Последняя мысль, которая принадлежала мне, была: какого хрена молчит Ворон? Почему он не помог? А затем моя воля превратилась в ничто. Я был жив, мог соображать, видеть слышать, но всё это мне не подчинялось.

— Имя? — прозвучал сухой вопрос со спины.

— Геннадий, — ответил я, хотя уже и не припомню, когда в последний раз им представлялся.

— Фамилия?

— Барков, — так же охотно произнёс я.

— Кто послал?

— Дмитрий Алексеевич, начальник внутренней безопасности Муромской крепости.

Слова лились из меня сами по себе, и я никак не мог на это повлиять. Как ни старался сломить чужую волю и взять себя в руки, ничего не получалось.

— Цель?

— Убрать банду, действующую в районе крепости.

— А вот это интересно, — пробормотал собеседник и наконец вышел у меня из-за спины.

Я с любопытством рассматривал лицо молодого парня. На вид ему было… да хрен поймёшь, но точно не больше двадцати. А ещё оно показалось мне смутно знакомым. Я начал перебирать в голове, где мог с ним встречаться, но так ничего и не вспомнил.

Пацан тем временем отошёл от меня и начал осматривать тела поверженных. Боец, которого сложило пополам, был всё ещё жив. Парень присел перед ним на корточки, зачем-то взял его руку и, засучив рукав, впился в его запястье зубами. У меня внутри зародилось желание матерно выругаться, однако язык словно прилип к нёбу, и это несмотря на то, что минуту назад я молотил им, без утайки выдавая информацию. Тело так же отказывалось подчиняться.

Следующим пацан проверил бойца, которого отбросило в дальний конец коридора. Однако там он просто закрыл глаза покойнику и снова вернулся ко мне. Некоторое время он с любопытством всматривался в моё лицо.

— Так, значит, ты и есть тот самый Брак? — задал он риторический вопрос, на который я не смог ответить.

Со стороны улицы раздался шум, кто-то