Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 10 - Сергей Алексеевич Евтушенко

изнутри металлическими скобами и кольцами, придавая рукотворную форму. Атмосфера тут же изменилась, стало гораздо темнее, воздух сгустился, затрудняя дыхание. В ноздри ударил запах сырого мяса, благовоний и свежей стружки.

Звуки работы нарастали, модифицировались. Размеренные движения, но на этот раз не удары, более плавные, в них легко читался путь лезвия, входящего в плоть древесины. Всё ещё грубая часть работы, самое начало, когда безликое полено теряет внешний слой, превращаясь в заготовку чего-то большего.

СКРИП, СКРИИИИП…

Если полминуты назад у меня ещё оставались сомнения в правильном направлении, теперь они испарились. Это место чуть ли не топило посетителей в своей сути, но тем самым неизбежно выдавало себя.

Полторы минуты. Коридор сужался, изгибался, «дупло» становилось всё теснее, стены скручивались, почти неотличимые от потолка. Запах стружки усилился, под ногами раздавался хруст опилок пополам с мелкими костями. Я старался не всматриваться, не думать, не вспоминать то, что показал Альхирет — картины и так были чересчур свежими. Сегодня мы покончим с этим безумием — так или иначе.

Минута.

На двери — если, конечно, это можно было назвать дверью, стояла печать. Знак, врезанный в древесину прохода, вызывающий примерно те же ощущения, что и жёлтый знак Князя. Мерзейшие ощущения.

Я сцепил зубы и, сдерживая тошноту, просканировал знак «Взглядом».

— Магический замок? — спросил Илюха, морщась и отворачивая голову от печати. — Сможешь вскрыть?

— Не замок, — нахмурился я. — Эта дрянь… она не запрещает вход. Просто предупреждает… констатирует факт, что за ней находится нечто ценное. Невосполнимое. Как будто только это должно нас остановить.

— Охренеть. Ни охраны, ни ловушек, ни печатей? Конрад в самом деле поехал крышей. Короче, план: я выбиваю дверь, ты испепеляешь то, что внутри. У нас полминуты, но, если заявится Конрад — ещё пару минут тебе выиграю.

— Идёт. Илюх?

— А?

— Не вздумай сдохнуть. Сдохнешь — убью.

— Замётано. Погнали!

Не знаю, чем Илюха зарядил свой дробовик, но этот направленный выстрел оказался ещё сильнее, чем предыдущий. Сухое дерево разлетелось в щепки, открывая неровный проход в густую темноту, воняющую мясом и свежей древесиной.

Темноту, где нас терпеливо ждал Резчик.

Я видел много чудовищ — в том числе настолько огромных, что их нельзя было разглядеть целиком, даже задрав голову. На их фоне Резчик казался сравнительно невеликим — просто как очень высокий человек, за которого его и можно было принять в полумраке. Около двух метров ростом, массивный, с непропорционально широкой грудной клеткой и короткими, тяжёлыми ногами.

Зрение в темноте быстро подстраивалось под обстановку, открывая новые детали — и фигура напротив быстро теряла человеческие черты. Тело, вырезанное из древнего чёрного дерева, почти окаменевшего, трещины на котором напоминали ритуальные шрамы. Но на некоторых участках древесина казалась светлее, словно Резчик обновлял сам себя.

Мне хватило одного взгляда на лицо, чтобы понять — смотреть на него было ошибкой. Оно не оказалось уродливым в привычном понимании, оно выглядело мучительно неправильным. Более неправильным, чем у любого ожившего мертвеца, даже более неправильным, чем у меньших идолов, невыносимо ужасной пародией на нечто живое и разумное. Неровные глубокие впадины глаз, сочащиеся густой бледной жидкостью — то ли смолой, то ли гноем. Трещина на месте носа, чересчур широкий рот без губ с неровными рядами отчётливо человеческих зубов.

В правой руке зажат небольшой нож — не оружие, инструмент для резьбы по дереву. Никаких шансов, что звук от такого ножа разносился бы на десятки метров вокруг, но сама концепция его труда отдавалась эхом в окружающем мире. В левой руке — заготовка, едва начавшая обретать узнаваемые черты. До окончания работы было очень далеко, а теперь его ещё и отвлекли. Впрочем, недовольство Резчика ощущалось сдержанно, флегматично. Его не интересовал внешний мир, пока не наставало время трапезы.

Одним движением я выхватил Райнигун из кобуры — шесть выстрелов слились в один, отправляясь к древесному истукану. Мне не нужно было целиться — я знал, что не промахнусь. Три пули в голову, ещё три — в грудь, живот и пах, на тот случай, если это чудовище решит испепеляться по частям. Время почти застыло, пока я привычно заряжал барабан из патронташа. Первые серебряные пули достигли цели… и глубоко завязли в чёрной древесине.

Никакого иного эффекта не было. Видимого, глубинного — неважно! Ни испепеления, ни любого заметного воздействия — Резчик лишь дёрнулся, словно его слегка толкнули, и снова склонил башку над недоделанной заготовкой. Наш визит и без того вышел несколько невежливым, так что истукан ясно давал понять, что не заинтересован в продолжении интервью.

Ах ты ж трухлявая погань!

— Лорд Виктор!

В чём нельзя было упрекнуть лорда Конрада фон Неймена — так это в отсутствии пунктуальности. С точностью, сволочь, до секунды — явился ровно в тот миг, чтобы насладиться первоначальным провалом.

— Мало того, что ты пришёл на бал без приглашения! Ты в самом деле думал, что сможешь испепелить величайшее творение Шар'Гота с помощью оружия из вечного замка? Потратив на это сколько — пять, десять секунд?

Илюха обещал мне дополнительные пару минут в случае возвращения Конрада, но слова не сдержал. Оно и понятно, гад не воспользовался дверью, а попросту шагнул из воздуха рядом с Резчиком, небрежно облокотившись на деревянное плечо. Словно поддразнивая, приглашая меня разрядить новую обойму именно в него, а не тратить усилия на терпеливо трудящегося истукана. В первый раз ведь не сработало, так с чего бы сработало во второй?

Шесть выстрелов вновь слились в один — теперь я сфокусировался исключительно на голове, хотя именно на неё хотелось глядеть меньше всего. Четыре пули распределились по гноящимся глазам, две угодили в рот, выбивая торчащие зубы. Всё-таки, какой-то урон Райнигун наносил, хотя для полного уничтожения требовался совершенно иной масштаб повреждений. С другой стороны — сейчас я мог позволить расстрелять хоть двадцать, хоть пятьдесят барабанов.

Красивое лицо Конрада исказилось ненавистью, он что-то коротко рявкнул, и в долю секунды скрылся под бронёй, напоминающей старинный водолазный костюм. Опять же, очень вовремя — чтобы успеть отразить заряд дроби от Илюхи и пару пуль лично от меня. Мой друг звучно выматерился, и я молча его поддержал — приличных слов в такой ситуации просто не находилось.

Мы едва успели для единственной атаки, которая оказалась катастрофически неэффективной.

Мы дождались появления «босса», к которому в перспективе на помощь придёт вся королевская рать бала солнцестояния. Если не немедленно, то в ближайшие минут пятнадцать.

Мы всё ещё не имели ни малейшего понятия, как уничтожить Резчика — зато стало ясно,