Дикое поле - Дмитрий Каркошкин

Лиза ахнула, увидев высоченные здания из стекла и бетона, автомобили, спешащих куда-то людей в странной одежде.

– Где мы, Дёма? Что это за место? – прошептала она.

– Это Москва, столица России, – ответил Демид. – Только через двести лет.

Он повёл Лизу по улицам, показывая ей чудеса техники: светофоры, эскалаторы в метро, огромные экраны на зданиях. Лиза с восхищением разглядывала всё вокруг, не переставая удивляться.

– А вот это, – сказал Демид, доставая из кармана смартфон, – называется телефон. С его помощью можно разговаривать с людьми на другом конце света.

Он набрал номер, и Лиза услышала голос своего деда, доносящийся из маленькой коробочки:

– Ну чё, внучка, как тебе в грядущем?

Лиза от неожиданности выронила мобильник, но тот не упал, а так и завис в воздухе, а потом и вовсе исчез.

– Не бойся, – улыбнулся он. – Это всего лишь сон. Но всё, что ты видишь, – правда. Так будут жить люди.

Они долго гуляли по городу. Демид показывал Лизе кинотеатры и торговые центры, рассказывал о самолётах и космических кораблях. Лиза слушала, затаив дыхание, а наш гид получал истинное наслаждение от её восторженных глаз.

Наконец Демид сказал:

– А теперь я покажу тебе самое прекрасное.

С этими словами, он снова крепко обнял девушку, и вдруг они взмыли в воздух, поднимаясь всё выше и выше. Вскоре, они оказались в космосе, и увидели прекрасную голубую планету со стороны.

– Это наша Земля, – прошептал Демид. – Такой её видят космонавты.

Лиза смотрела как заворожённая, не в силах вымолвить ни слова. Демид повернул её к себе, и в следующий миг их губы слились в поцелуе, а их астральные тела переплелись в единое целое. Влюблённые растворились друг в друге, и в это мгновение наивысшей точки наслаждения, они превратились в яркую вспышку света, которая озарила весь космос.

Надо ли говорить, что обычный земной оргазм, в сравнении с тем что сейчас испытали Демид и Лиза – не более, чем просто неприятная судорога.

На следующий день, встретившись у колодца, молодые долго смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Но оба знали, что их любовь теперь стала безграничной, как космос, который они видели во сне.

А Калган, наблюдая за ними, довольно усмехался в усы. Он видел, что его ученик не только овладел искусством сновидений, но и преуспел в искусстве любви. Значит, скоро появятся на свет новые казачата, и это радовало старого характерника больше всего на свете.

* * *

Как-то раз, во время своих очередных путешествий во снах, Демид захотел посмотреть на своё спящее физическое тело. Но когда сновидец попытался это сделать, его чуть не разорвало на части. Он проснулся с ужасной головной болью и весь день пролежал, чувствуя себя разбитым и больным.

Вечером, немного оправившись, начинающий характерник отправился к своему учителю. Рассказав старику о случившемся, он с тревогой ждал его реакции.

Калган долго молчал, задумчиво поглаживая усы. Наконец, произнёс:

– Видать, два пристанища у тебя, Дёмка. Одно здесь, другое – там, в твоих временах. Потому и рвёт тебя на части, когда схочешь на себя глянуть.

– И что теперь? – спросил Демид.

– А теперь, – Калган поднял на него серьёзный взгляд, – придётся тебе с этими делами завязать, дюже опасно это.

– Как завязать? – возмутился Демид. – После всего, чему я научился?

– Да, – твёрдо ответил старик. – Не ровен час, уснёшь когда-нибудь и не вернёшься сюды. А я, старый человек, от вас с Лизкой правнуков жду.

Демид хотел возразить, но вдруг подумал: «Да это ж прямо как у Петьки Пустоты из романа Пелевина! Неужели и правда можно застрять между мирами?»

Он открыл было рот, чтобы высказать свои мысли, но Калган вдруг с силой ударил кулаком по столу:

– Всё! Погутарили!

Таким образом старик закончил разговор и эту главу нашей истории.

Глава 11. Свадьба

Хутор Терновая балка 1778 год.

Указ Калгана о прекращении путешествий во снах, пошёл Демиду на пользу. За последнее время, от такой сновидческой жизни, он даже чуть побледнел и похудел, пора было спускаться с небес на землю. Ведь он всё же не на курорте находился, а в Диком поле. К тому же, настало время наконец узаконить отношения с Лизой. Их уже слишком влекло друг к другу, а без свадьбы близость была недопустима. Калган придерживался в этом плане строгих традиций и не хотел, чтобы его любимую внученьку портили до венчания.

Предложение Демид не делал – как-то за столом они просто обговорили, когда и где будут жениться, словно это было само собой разумеющимся. Гулянку решили провести у жениха, так как у него был самый богатый курень на хуторе.

Казака, правда, немного мучила совесть, что играть свадьбу они будут на деньги, вырученные от продажи украшений Малики. Но он гнал от себя эти мысли, убеждая себя, что в Диком поле живут по особым законам, и добыча, взятая в бою, по праву принадлежит победителю.

Весть о предстоящей свадьбе быстро разлетелась по хутору. Бабы шушукались по куреням:

– Слыхала, кума? Дёмка-то наш на Лизке женится!

– И не говори! Не всё ж им греховодничать, пора и перед Богом отчитаться!

– Типун тебе на язык! Калган – он строгий, небось глаз с внучки не спускал.

– Ой, да что там Калган! Нынче молодёжь такая пошла – им ни законы, ни обычаи не писаны.

– А всё ж таки свадьба будет знатная. Говорят, Дёмка-то богатый стал после набега.

– Да откуда ж богатства? Ему ведь только ясырка досталась, да лошадей пара.

– Видать, у татарки той цацки были, да Холодок проглядел!

– А ты прям знаешь!

– Я-то знаю, мне Глашка гутарила, что видала, как Кот заезжим купцам какие-то побрякушки торговал, и немалой цены!

– О как! Гарно, гарно…

– И то верно. Эх, гульнём капитально!

И правда, Демид расстарался на славу, чтобы достойно обставить торжество. Хотелось, чтобы всё было по высшему разряду – и стол богатый, и музыка громкая, и подарки щедрые. Всё-таки предстоит праздновать союз космического масштаба.

Свадьба Демида и Лизы стала настоящим событием для всей Терновой балки. Гулял весь хутор, от мала до велика. Казалось, сама степь замерла, прислушиваясь к веселью, разносившемуся далеко окрест.

С раннего утра, во дворе Демида уже суетились бабы – накрывали столы, уставляя их всевозможными яствами. Тут были и пироги с разными начинками, и жареные поросята, и копчёная рыба, и соленья всех сортов. Запах свежеиспечённого хлеба смешивался с ароматом шашлыка, который казаки жарили на