Солнечное знамя - Константин Константинович Костин

Возможно, его имя и не напоминало о зайцах, но прыжок сделал бы честь любому длинноухому. Зайцу, не эльфу. Эльфы, как известно, все делают лучше всех. В том числе и прыгают. Наверное.

Зай, похоже, впал в священное безумие берсерка, потому что, судя по всему, решил в одиночку прикончить всю группу эльфов.

Блеснул охотничий нож. Разошлась белая ткань. Брызнула кровь из разбитого носа.

На этом подвиг Зая и закончился. Все-таки трудно противостоять семерым профессионалам, которые и не таких шустрых объектов пеленали. В руках эльфов мелькнули «бичи», скрестились, и забившееся в судорогах тело рухнуло на пол.

Пассажиры молча ломанулись к выходу из вагона. Молодые выпрыгивали прямо в окна. Никто не хотел становиться свидетелем покушения на господ эльфов. Как говорится, сначала ты рядом стоял, а потом хоп! — и ты уже пособник преступников, если не главарь банды.

Эльф произнес мелодичную фразу.

— Ну попробовать стоило… — прохрипел с пола Зай, которому уже скручивали руки за спиной, — Вдруг бы… получилось…

«Дурак… — Алиона опять свернулась в клубок и зажмурила глаза, — Ну зачем он на эльфов бросался? Выпрыгнуть в окно — и ищи ветра в поле, зайца в лесе. Ну зачем?».

Изящные пальцы жестко ухватили ее за предплечье, поднимая с сиденья.

— Девку-то на кой тащите? — прохрипел Зай, — Вам я нужен, меня и ведите. Ты бы еще крокодила с собой взяли, файр…

Щелкнул «бич» и юноша, и так с трудом стоявший на ногах, упал на колени. Задергался, грязно ругаясь и неуклюже поднимаясь на ноги.

— Маннсанн? — пропел эльф-командир и взмахом кинжала рассек левый рукав кожаной куртки.

Ого! Рука Зая была забинтована до самого локтя. А то и выше.

Зай поднял голову, посмотрел на эльфа сквозь упавшие на лицо волосы и злобно ухмыльнулся:

— Итилним.

Эльф отдернул руку как от прокаженного. Зай оскалился:

— Что, файр, страшно?

И тут же ударил эльфа головой в грудь, завопив:

— Да беги же ты, дура!!!

Алиона в два прыжка — скамейка, окно — оказалась «за бортом» крокодила. Бросать товарища в беде — плохо, но героически попадать в плен, когда тот самый товарищ изо всех сил старается задержать преследователей, не обращая внимания на собственную боль, чтобы одна недогадливая дура смогла сбежать — неправильно.

До спасительных деревьев было уже рукой подать, между ними было так легко затеряться в темноте… Вот только в этот раз темнота помогла погоне.

Алиона с размаху влетела в невидимую в траве яму и рухнула плашмя, чудом не сломав ноги. Впрочем, порадоваться этому обстоятельству она не успела.

Прикосновение к затылку, щелчок, дикая боль. Темнота. Беспамятство.

Через несколько минут крокодил недовольно запыхтел и пополз дальше по деревянному рельсу. Пассажиры с криками догоняли его и цеплялись за окна, особо отстающие — за хвост. Оставаться в темном и незнакомом лесу никто не хотел.

К стоявшей на лесной дороге карете эльфы в белых мундирах тащили два бесчувственных тела: темноволосого юношу с перебинтованной правой рукой и худенькую девушку, из-под белого капюшона которой свисали рыжие пряди волос. Последний эльф нес два рюкзака и чехол с луком.

* * *

Алиону привела в чувство музыка. Волшебный звон гитарных струн, мелодия, берущая за душу, уводящая вдаль по дороге грез, тихая чарующая песня, похожая на россыпь бриллиантов… Жесткий пол под правой щекой и головная боль. Девушка открыла глаза.

Она лежала на полу в помещении… мм… для комнаты великовато, для зала — низко… Похоже на какой-то подвал, с эльфийским уклоном: древесные стены, сводчатый потолок, светящиеся цветы, заливающие помещение золотистым светом. У противоположной стены сидел, скрестив под собой ноги, эльф в белом мундире и играл на гитаре, негромко напевая про себя.

Эльфы все делают лучше всех. И играют на гитаре тоже.

Мелодия зазвенела и оборвалась. В поле зрения Алионы появился еще один эльф, с телефонным цветком в руках. Она видела такие, у Хетулиона в кабинете: дотрагиваясь до разноцветных цветков, набираешь комбинацию и разговариваешь с тем, кто находится у другого цветка.

Судя по всему, тот, кто находился у другого цветка, гитариста не обрадовал: тот взмахом приказал унести цветок, отложил гитару и поднялся на ноги. Случись Алионе вставать из положения «сидя в позе лотоса», она долго расплетала бы ноги, кряхтя и тихо ругаясь. Эльф встал одним движением и шагнул в сторону, пропав из вида. Девушка повернула тяжелую гудящую голову и увидела Зая.

Юноша сидел в центре помещения, привязанный к тяжелому стулу и раздетый до пояса. Только бинты на левой руке, доходящие до — ого! — самого плеча, они почему-то не тронули. Бледный — хотя где бы загорать лесному охотнику? — худой, все ребра видны… Судя по упавшей на грудь голове и разлохмаченным волосам, Зай был без сознания. Или…

Мертв⁈

Эльф обернулся на вскрик и подошел к лежащей девушке. Что-то произнес на эльфийском.

— Аверишом, — прошептала девушка, — Не понимаю.

Эльф качнулся с пятки на носок:

— Сиди здесь и не мешай.

Развернулся и двинулся к Заю. Алиона попыталась выполнить хотя бы первую часть, то есть сесть и поняла, что тело ее слушаться не желает. Вообще. Как будто ее выпотрошили и набили тушку ватой. Хотя нет: перед глазами появилась медленно ползущая рука. Алиона дотянулась до кончика собственного носа и вспотела так, как будто перетащила рояль на пятый этаж. Похоже, ее ударили разрядом «бича». Очень, знаете ли, похожие ощущения.

Раздался вскрик и знакомые ругательства.

Зай очнулся.

Любой бы очнулся, если бы его ударили «бичом».

Алиона смотрела на эльфа, такого прекрасного, в белой одежде и думала:

«Англичане говорят: если что-то выглядит как утка, крякает как утка и плавает как утка — значит, это утка и есть. Но верно и обратное: если существо выглядит как ангел, но при этом пытает и убивает людей, значит нифига это никакой не ангел!».

Эльф задумчиво посмотрел на Зая, подождал, пока тот замолчит и задал длинный и вежливый вопрос. Выслушал не менее длинный, но совершенно невежливый ответ и дотронулся до юноши «бичом».

Вскрик. Ругательства.

Вопрос.

Ругательства. Щелчок «бича».

Вскрик. Ругательства.

Алиона стряхнула с себя оцепенение, вызванное эльфом (в присутствии рыжеволосых и длинноухих существ она всегда цепенела) и медленно, борясь с кружащейся головой, перевернулась и встала на четвереньки. Возможно, в этой позе она выглядела не очень эстетично, но в данный момент ей совершенно точно было наплевать на две вещи: как она там выглядит и что про нее подумает эльф, который пытает ее друга. Ах да, была и третья вещь: кем для нее является Зай. Она