Крайняя война - Сергей Юрьевич Михайлов

Отжавшись напоследок пятьдесят раз – эта цифра оставалась неизменной еще с детства – он скользнул в нишу за откидной кроватью. Хотя после Цессии, где в своем доме он по утрам мог плавать хоть в реке, хоть в озере, хоть в море и мыться в ванне, больше похожей на бассейн, этот круглый закуток, в котором из стен били колючие водяные фонтанчики, совсем не впечатлял. Но для армейского корабля, где все мылись по очереди в общем душе, это была роскошь. Сергей знал, что вода, бьющая из стен, стекая мгновенно, очищается в нижнем резервуаре и опять возвращается в стены. Устройство корабельного душа они изучали на курсе выживания в космосе, урок «как найти воду в поврежденном корабле».

Кротов уже оделся и, включив голограмму-снимок, осматривал себя со всех сторон, когда прозвучал сигнал общего подъема. Он отключил голограмму, проверил код на шкафу-сейфе, встроенном в стену – здесь впервые ему разрешили оставлять меч в сейфе, а не носить с собой – и не торопясь отправился в столовую. Времени у него было полно – пока личный состав сделает то же, что и он: зарядку и душ. Только потом столовая наполнится людьми. Сейчас он, наверняка, будет один, думал Кротов, но ошибся: в отсеке приема пищи за отдельным столом, стоявшем на небольшом возвышении, сидел полковник Берринг. Перед ним на столе одиноко стояла чашка с каким-то напитком. Он поднял голову и взглянул на землянина, на холодном бесстрастном лице не дернулась ни одна мышца. Только в глазах, как показалось землянину, что-то мелькнуло.

Берринг, вдруг, приподнялся и махнул рукой.

– Капитан, идите ко мне! Я вас, можно сказать, и ждал здесь все утро!

Опять его смеющийся голос резко контрастировал с неподвижным лицом и неморгающими глазами. Хотя Сергей хотел позавтракать в одиночестве, раз уж выпала такая возможность, но начальству не откажешь. Он кивнул и направился к командирскому столу.

– Доброе утро, полковник!

– Садись, – Шадль показал на стул. – На этих сраных посудинах никогда нельзя определить, утро сейчас или вечер. Ладно, раз ты так сказал, будем считать, что сейчас утро.

«Блин, с таким лицом хрен поймешь – серьезно говорит или нет».

– Ешь свой завтрак, и пойдем ко мне, надо обсудить очень многое.

– Хорошо, полковник!

– Кстати, ты знаешь, что мы уже летим?

– Нет. Я думал, мы до сих пор на орбите Цессии.

– Не слышу радости в голосе. А ведь мы летим к Земле!

Все, о чем хотел поговорить Сергей, вылетело у него из головы. Свершилось! То, о чем он мечтал долгие годы, произошло вот так, буднично, просто за завтраком он вдруг узнал, что через несколько дней увидит Землю. Он сидел, растерянно глядя на бесстрастного полковника, и не знал, что ответить.

– Ешьте, капитан! – Берринг показал на чашки, которые уже появились на столе. – У нас совсем мало времени. Всего двое суток, а нерешенных проблем – гора!

Глава 15

Сергей шёл по лесной тропе, вдыхал сырой после дождя воздух и никак не мог надышаться. «Неужели я здесь?». Ему до сих пор не верилось, что он вернулся туда, куда так рвался все эти годы. Земля! В его сознании это слово означало не маленькую голубую планету, затерянную на границе Цивилизованных миров, а именно то, что он сейчас видел.

Тропа причудливо изгибалась среди черно-серых стволов лиственниц. В это время, в июне, деревья уже отрастили себе мягкие зелёные шубки. Среди стволов с засохшими нижними ветками торчали тонкие причудливые кусты багульника. Сейчас кустарник выглядел невзрачным – серенькие тонкие ветки и твердые темно-зеленые листья, но Кротов знал, что месяц назад здесь лежало пухлое розовое облако: багульник цветет первым, еще не выпустив листья, едва дождавшись, когда сойдет снег, он весь окутывается в розовую пену своих цветов.

По тропе давно не ходили, и она спряталась под жухлыми прошлогодними листьями и хвоей. Сергей с сомнением посмотрел на свои роскошные туфли – обувь, явно, не для тайги. Черные блестящие носки туфель то и дело цепляли истлевшую лесную подстилку, но ни одна хвоинка не пристала к щегольским башмакам. Он прекрасно знал, что ничего к ним так и не пристанет, даже если пройти по луже, так и будут поблескивать чистые и сухие – технология Цивилизованных Миров.

Кротов оглянулся – оба охранника были одеты так же, как и он: черные костюмы, белоснежные рубашки, темно-синие галстуки в мелкую полоску, те же блестящие черные туфли и, как апофеоз, черные очки. Сергей представил, как они выглядят со стороны и чуть не расхохотался. Где-нибудь в большом городе, в какой-нибудь серьезной конторе, они бы еще смотрелись, а тут, в километре от приискового поселка, посреди мокрого леса они выглядели дико. «Не дай бог попадется кто-нибудь раньше, чем выйдем к поселку, подумают, что привидения или шпионы», – заулыбался он.

Но он сам выбрал такой наряд. Во время перелета к Земле он долго решал, в каком виде предстать перед родными. Никогда не мучившийся подобными вопросами, исповедовавший принцип, что главное в одежде – удобство, в этот раз он, почему-то, решил, что то, как он будет выглядеть, – очень важно. Идти в бронике, как настаивала охрана, он не хотел: родные сразу с ума сойдут, увидев существо в черном шлеме, затянутое в броню. Тем более не хотелось ему идти в цветастых одеяниях Цессии, к которым сам почти привык, но родные явно покрутят пальцем у виска. Сначала он остановился на форме солдата СА, но после изучения роликов о нынешнем положении дел на Земле, отказался и от этого. За время его отсутствия произошли такие перемены, в которые никак не хотелось верить. Даже самой Советской Армии больше не было. В масштабах проблем, в которые он был сейчас вовлечен, все происходящее на его родине, да и вообще на Земле, было мизерным и не заслуживающим внимания. Но так устроен человек – свое, родное, пусть мелкое и незаметное для других, ему гораздо важнее, чем процессы, могущие погубить всю жизнь в обитаемых галактиках.

Поэтому, после просмотра тех же роликов, он и выбрал такую одежду – и серьезно, и официально, и сразу придаст вес его словам. «Думаю, деревня не изменилась, к людям в таких костюмах будет и отношение соответствующее, зауважают».

    Идти к родным он хотел один, но в этот раз, служба охраны даже слышать об этом не захотела.

– У нас четкий приказ – вы, Сергей, бесценны, и мы должны оберегать вас, как