Боевой некромант - фермер. Том 2 - Григорий Володин

— Лезвие держи параллельно земле! — донесся до Киры раздраженный голос Артура. — Ты должен траву косить под корень, а не землю пахать! Вы мне тут сейчас все луга в траншеи превратите!

Один из «Матерых» зомби, взяв косу наперевес и, видимо, восприняв приказ слишком буквально, со всей дури крутанулся вокруг своей оси. Стальное лезвие со свистом рассекло воздух, начисто срезало верхушку старого кротовины, но до травы даже не достало. Зато мертвяк по инерции сделал еще три шага назад, запутался в собственных деревянных ногах и с глухим стуком повалился на спину, раскинув руки в стороны и уставившись пустыми глазницами в утреннее небо. Коса при этом осталась торчать в земле, как победный флаг. Второго батрака, видимо, заклинило на какой-то незамысловатой боевой инструкции: он методично и пугающе быстро шинковал косой воздух строго на уровне груди воображаемого противника, полностью игнорируя растущий под ногами пырей. Каждое его движение сопровождалось скрипом суставов, но КПД для сельского хозяйства равнялся нулю.

Артур тяжело вздохнул и потер переносицу, явно сдерживаясь, чтобы не упокоить этих горе-косарей насовсем каким-нибудь боевым заклинанием. Учить нежить мирному труду оказалось куда сложнее, чем отправлять в бой.

Кира улыбнулась забавной картине и подошла ближе, протягивая ему прохладный глиняный кувшин с парным козьим молоком. Стенки сосуда слегка запотели, сохраняя свежесть. Артур с благодарностью принял его, сделал несколько больших, жадных глотков прямо через край и на мгновение замер, уставившись куда-то вдаль, за кромку леса. В его глазах мелькнула глубокая задумчивость человека, который в уме просчитывает траектории полета чужих голов, а заодно прикидывает стоимость постройки оборонительных башен.

— Артур, ты вроде хотел куда-то отправиться? — спросила Кира, нарушая тишину. — За теми строителями из монастыря, про которых упоминал?

— Да, — Артур опустил кувшин, утирая губы тыльной стороной ладони, и коротко взглянул на нее. — План в силе. Только сначала разберемся с местными баронами, позабочусь, чтобы незваные гости к вам не захаживали, и тогда уже я приведу сюда новых батраков.

Он повернулся в сторону частокола, оценивая масштаб будущих работ.

— Стадо поправляется, — сказала Кира, меняя тему на более мирную. — И молоко теперь совсем другое на вкус, жирное.

Артур искренне обрадовался, улыбнувшись как-то совсем по-мальчишески, чем невольно умиляя Киру. В такие моменты он совершенно не походил на грозного мага смерти.

— Едем после обеда в город. Нам позарез нужна хорошая маслобойка, ручная или ножная, желательно крепко сбитую дубовую бадью с мощным поршнем. Корф готов скупать масло, да и грех пропадать молоку. Сливочное масло хранится куда дольше молока

— Это отличная идея, — одобрительно кивнула Кира. — Да и горшки для топлёного молока пригодятся, и для хранения обычного. Без нормальной тары мы всё это богатство не сбережем. А еще, господин некромант, нам нужно накупить больше плотной ткани, грубого сукна или холстины. Тагор из своих штанов буквально на глазах вырастает, парню нужно справить новую прочную одежду для работы. Да и к зиме нужно готовиться заранее, в Серой зоне холода наступают внезапно и бьют без жалости.

Некромант согласно кивнул, мысленно подсчитывая предстоящие расходы:

— Сделаем. Заодно и железа для его будущей кузни пригляжу. А то он уже мне все уши прожужжал.

Не успел он договорить, как со стороны леса донесся громкий, угрожающий хруст ломающихся веток. Из зарослей, лениво повиливая костяным хвостом, трусцой выбежал Пятачок. Вид у инфернального вепря был донельзя гордый — прямо как у охотничьего пса, принесшего хозяину жирную утку. Вот только в пасти сверхмутант держал за шиворот дикого, бесхозного мертвяка. Одежда на пойманном зомби истлела до состояния серых лохмотьев. Тот вяло дергал руками и ногами, издавая утробные, булькающие звуки, тщетно пытаясь вырваться из стальной хватки клыков.

Артур чуть не присел от возмущения, схватившись за голову:

— Пятачок, твою же дивизию! Это уже пятый за утро! Я тебе что приказал? Убивать их в лесу! Давить, кромсать, пускать на удобрения! Зачем ты мне этот мусор сюда живьем… то есть целым тащишь⁈ Я из него батрака делать не буду, он уже весь переломанный!

Огромный вепрь мгновенно сдулся, осознав, что похвалы не дождется. Его большие уши виновато повисли, он обиженно всхрюкнул и разжал челюсти. Поломанный зомби мешком шмякнулся в пыль, подняв серое облачко. Поймав суровый взгляд некроманта, Пятачок нехотя подцепил добычу клыками, развернулся и уныло поплелся обратно в чащу, всем своим видом демонстрируя вселенскую скорбь непризнанного гения. Через полминуты оттуда донеслись короткие, сочные хрустящие звуки, треск ломающихся костей, ознаменовавшие окончательное решение проблемы ничейной нежити.

Кира, проводив монстра взглядом, с улыбкой покачала головой:

— Артур, а ведь Пятачок сильно вырос со дня нашей первой встречи. Заметил? Он уже в плечах шире любой из наших коров.

— Он поглощает эманации силы тех мертвяков, которых убивает, — прагматично пояснил Артур, отдавая кувшин. — Растет за счет чужого ресурса.

— Да, у него и костяные шипы на спине увеличились, стали острее и длиннее, — заметила девушка, — и этот жуткий набалдашник на хвосте стал раза в два больше…

— Вы хотели сказать — плуг, госпожа Кира, — невозмутимо поправил ее некромант с абсолютно серьезным лицом, в котором не дрогнул ни один мускул.

Кира едва сдержала смешок, отвернувшись, чтобы не показать свою реакцию.

До обеда время пролетело незаметно за постоянными хлопотами. Вчерашняя скошенная гречиха и стручки гороха уже подсохли на ярком полуденном солнце, и пришла пора обмолота. По приказу Артура четырех батраков выстроили ровной шеренгой перед расстеленной плотной тканью, на которую аккуратными рядами уложили снопы. В руки мертвецам выдали тяжелые деревянные палки, наспех струганные из прямых веток.

— Молотите, — лаконично скомандовал Артур, отступая на шаг назад ради собственной безопасности.

И нежить начала молотить. Механически, без устали и малейшего намека на изящество. Один из «Бродяг», не рассчитав траекторию замаха, с размаху приложил своей палкой по лысой макушке соседа. Раздался глухой, деревянный стук — бонг. Стоящий рядом зомби даже бровью не повел (за неимением бровей), а просто продолжил с тем же тупым упорством лупить по зерну, словно ничего не произошло. Второй батрак, видимо, решивший проявить излишнее рвение, вложил в удар столько мощи, что его палка с треском разлетелась в щепки, а сам он, потеряв равновесие, кувырнулся головой вперед прямо в кучу гороха и замер там, продолжая