Во главе закона - Лия Арден

не понимает. – У меня никого не было, а Маттео, ничего не зная обо мне, вытащил из самого пекла! Если бы не он, Элион, меня бы изнасиловали и продали какому-нибудь извращенцу. Ты говоришь, что мир Маттео опасен? Если б не он, я бы скорее всего была мертва, наскучив своему хозяину. Такова правда.

Элион сжал губы, уперев в неё внимательный взгляд, не стал встревать, даже когда она сделала намеренную паузу, позволяя ответить, но он промолчал, и Вега почти сразу пожалела о крике. Их разногласия не стоили того. Они только встретились.

– Я рада, что Санкт-Данам с приходом тебя и Кая стал хоть немного… безопаснее, но, очутившись здесь, я попала на чёрный рынок, где палагейцев пускали на кровь и органы.

– Маттео преступник, Лита. Пожалуйста, скажи, что ты это понимаешь.

Теперь уже Вега поджала губы, не желая отвечать. Сердце в груди билось скованно. Ещё недавно вкусный сэндвич взбунтовался в желудке.

– Большая часть деятельности Маттео и Лино сейчас действительно связана с изготовлением легальных медицинских препаратов, – пошёл на попятную Элион. – Они настолько выровняли свою репутацию, что Кай не против с ними сотрудничать, надеясь, что созданное ими благо перевесит преступления. Но ты не представляешь, сколько синтетических сывороток и добавок гуляет по барам и улицам благодаря Маттео, который создал не пойми что.

– Он экспериментирует, чтобы найти лекарства.

– Но все свои наработки надо держать в секрете, а не продавать их, когда случайно получилась химическая херня, – осадил Элион, не грубо, но строго. – Не ври себе, будто он никогда их не продавал, чтобы заработать денег.

Вега проглотила ответ, зная, что им не защититься. Рецептами разбрасывался Лино, но их Маттео действительно отдавал брату добровольно и ради денег. На прибыль он покупал новые ингредиенты и материалы. Вега могла бы объяснить это нуждой, но старые, покрытые пылью моральные ценности, воспитанные Кайлосами, протестовали, согласные с Элионом. Это не оправдание. Поэтому сердце у Веги болело вдвойне: обелить Маттео нельзя, но её благодарность ему была огромной. Иногда она не скрывала, что любит его как отца, потому что вначале он был аккуратен и бережен с ней, словно и правда видел в ней дочь. Со временем эту привязанность он всё чаще начал скрывать за деловым тоном, и всё же она знала, что Маттео о ней беспокоится – совсем не так, как об обычном работнике или помощнике. Она своими глазами видела, как легко он отринул Тианну, когда понял, что ей не помочь, но до сих пор искал лекарство для Веги, хотя она догадывалась, что ей не вылечиться. Однако Маттео не сдавался.

– Проклятье, – тихо выругался Элион, глянув на свой телефон. А заметив удивлённое выражение лица Веги, пояснил: – Иво зовёт. Что-то срочное, мне надо идти. – Он торопливо засунул мобильник в карман джинсов, но не ушёл, а, наоборот, подался вперёд. Взял её ладонь своими тёплыми пальцами. – Послушай. – Его голос смягчился. – Всё позади. Ты можешь оставить этот бизнес. Никаких подпольных сделок и опасности, что тебя используют в качестве заложника. Теперь, зная, что ты жива, я хочу помочь.

Каждое его слово должно было приносить облегчение, но Вега сильнее напрягалась, умолчав о главном. Её нервный взгляд рванул к балконной двери: она заставила себя вспомнить об основной проблеме.

– Ты не должен, – едва слышно возразила она.

– Но я хочу.

– Элион, я и моя жизнь не твоя забота.

– Может, и так, но это не значит, что я отвернусь, когда могу помочь.

Боги, какой же он упрямый. Она как никогда отчётливо вспомнила, что Элю было невозможно отказать. Он убеждал любыми доступными способами и, самое главное, не отставал, пока не получал желаемого.

– Лита.

– Нет, перестань! – Она отпрянула, вырвав свою руку из его хватки и чуть не уронив стул. Его забота, беспокойство были искренними и манящими, но все они были именно для Мелиты. Элион не понимал, не осознавал всей правды.

Реакция его не обидела, наоборот, он выпрямился с заметной тревогой во взгляде. Это лишь усиливало боль и сопротивление. Последующие слова отказывались быть произнесёнными, но она должна – обязана – заставить его бросить попытки ей помочь.

– Я Вега, а не Лита, не называй меня так.

– Но ведь…

– Ты хочешь спасти не меня – ты меня даже не знаешь! Ты жаждешь лучшего для Мелиты, но ей не помочь! Мелита убийца, Элион. – Вот, она это сказала. Ей пришлось выдавливать слова, но она не могла оставлять это в тайне. – Я не хочу быть ею! Мелита, может, и не по своей воле, но – убийца.

– Лита, если ты о Кайлосах, то я не верю, что ты убила своих приёмных родителей. И мама моя не верила.

Одновременно ей хотелось рассмеяться и расплакаться. Смешок всё же вырвался, но в её глазах Элион увидел то, что она пыталась ему сказать. Его лицо вытянулось.

– Я знаю. Вы старались мне помочь, и я благодарна. Так безмерно благодарна, Элион, но то, что у вас не получилось… это к лучшему. Я могла навредить и вам.

– С чего ты решила?

– Я видела кошмары, слишком похожие на воспоминания. Я… даже чувствовала, как делаю это, Элион. Чувствовала, как убиваю их. Всех. Ореста, Софию и всех слуг. Я подняла старые файлы, изучила материалы дела: где кого нашли и сколько ударов им было нанесено. Всё сходится с увиденным во снах. – Она заставила себя твёрдо и понятно выговорить каждое слово. Вега бы всё отдала, лишь бы утаить от него чудовищную правду, но она не имела права. – Я больна. Не знаю, что у меня за отклонение грёзовой хвори, но болезнь до сих пор со мной. Я продолжаю ходить во сне и боюсь, что могу кого-нибудь ранить.

– Это наверняка стресс или кошмары. Тебе ведь показывали фотографии, сознание могло…

– Элион, я больна! И самое главное, я опасна, – признала она.

К несчастью, напуганным Элион не выглядел, но его сосредоточенный взгляд в пустоту не сулил ничего хорошего. Он всё ещё не видел в ней угрозу, а значит, обдумывал другие варианты, как склонить её к верному, на его взгляд, решению.

– Маттео знает? – наконец подал он голос.

– Да, и вылечить не может. Он не способен понять болезнь, которой по всем анализам нет. Поэтому он делает для меня блокатор сновидений и энергетические инъекции, которые помогают мне спать меньше.

– Не звучит как лекарство, – пробубнил Эль. – Я знаком с Дарданом Хиллом, у него десятки высококвалифицированных врачей и в два раза больше лаборантов. Поехали со мной, Ли… Вега. – Он исправился, когда