Как развестись с драконом и не влюбиться - Анна Ланц

Дальше — большое серебряное блюдо, на котором устроились кусочки осьминога, политые теплым маслом и травами. Тонкие нити пара поднимались вверх, щекоча нос ароматом.

Еще дальше — морские гребешки на подушке из сливочного пюре, украшенного каперсами и базиликом. Рядом — корзина с хрустящим багетом, словно только из печи.

— Приятного аппетита, — пожелал Танред, подхватывая приборы.

— Приятного.

Я даже не сомневалась, что он будет именно таким. В прошлой жизни я себя нечасто баловала морепродуктами, да и в этой мы с Марфой ели в основном рыбу, что привозили рыбаки, и мясо. Поэтому сейчас мне хотелось попробовать все и сразу.

Я то и дело тянулась к тарелкам, стараясь сохранить достоинство, но подозреваю, что выглядела скорее как ребенок в кондитерской.

Танред наблюдал за мной с мягкой улыбкой, словно видел во мне что-то, что ему очень нравилось.

— Расскажи мне про свою идею с коконами, — попросил он, когда я утолила первый аппетит и теперь прикрыла глаза от удовольствия, наслаждаясь тем, как гребешок в сливочном соусе буквально таял во рту.

Я распахнула ресницы и улыбнулась. Признаться, мне не терпелось похвастаться своими сегодняшними успехами. Что и я сделала.

— Я разделяла коконы на нити с помощью горячей воды. А потом наматывала их на скалку. — Рассказывала я, размахивая вилкой для пущей наглядности.

— На скалку?

— Ага. Правда, к ней пришлось применить немного магии, чтобы она вращалась сама. Получилось настоящее чудо техники.

Танред рассмеялся — искренне, с той хрипотцой, которая ему очень шла.

— Никогда не слышал ничего подобного! Даже не представляю, как тебе могло прийти такое в голову.

Я невинно пожала плечами.

— Фантазия бывает непредсказуемой.

— Ты уже знаешь, что будешь делать с нитью?

— Знаю, — я положила себе еще немного салата. — Я договорилась с ткачихой, завтра отнесу ей первые мотки. Посмотрим, что она скажет. Но у нее золотые руки, думаю, она справится.

— Уверен, так и будет, — кивнул Танред, и в его голосе было не дежурное одобрение, а искренняя уверенность. — А потом?

— Продам на ярмарке, — призналась я. — Только еще не решила за сколько.

Танред чуть откинулся на спинку стула.

— Если ткань действительно уникальная и красивая, то и цена может быть соответствующая. Покажешь мне нить? Я могу поспрашивать, чтобы сориентировать тебя по стоимости.

— Было бы здорово, — я кивнула.

Помощь Танреда в оценке мне бы и правда пригодилась. В деревне я видела только лен и хлопок, и тот не самого лучшего качества. Полагаю, что цена на «благородные» ткани могла разительно отличаться.

Солнце тем временем клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие оттенки золота.

— Смотри, — тихо сказал Танред.

Я отвлеклась от еды и повернулась к морю. В этот миг солнце коснулось линии горизонта и, словно расплавленное золото, начало тонуть в воде, оставляя за собой дорожку света.

Насладившись закатом, мы еще долго сидели и говорили о мелочах. В основном говорила я — о саде, розах, о том, что моему газону не хватает дождя.

С Танредом оказалось уютно и спокойно. Он не задал ни одного неудобного вопроса. Ни слова про мою внезапную магию или про Габи.

Он просто слушал, кивал, иногда вставлял короткие реплики и улыбался. Вел себя так, словно мы и правда были просто друзьями. Казалось, ему действительно интересно слушать, как себя чувствуют мои розы после обрезки. И это подкупало.

— Мне пора возвращаться, — сказала я, когда небо рассыпалось первыми звездами.

— Хорошо, — легко согласился дракон, поднимаясь из-за стола.

Не знаю, как он это сделал, но едва я успела стряхнуть песок с подола платья и надеть туфли, как к нам уже подъезжала повозка.

Через полчаса мы стояли у моего крыльца. Почему-то я была уверена, что на этом вечер закончен. Сейчас Танред попрощается и скроется в портале. Но, похоже, у него были другие планы.

— Ты же обещала показать мне нить, — сказал он, лукаво прищурив глаза.

— Ах да… обещала, — я слегка растерялась. Совсем не думала, что он захочет взглянуть на нее прямо сейчас.

Откуда ни возьмись на крыльце возник Габи. Котокрыл издал короткое одобрительное «мрр», будто приветствуя старого знакомого.

— Вот видишь, даже твой страж одобряет, — улыбнулся Танред.

Габи, словно в подтверждение этих слов, подошел и потерся о дракона. Я едва поверила своим глазам. И когда эти двое успели подружиться?

— Ладно, — сдалась я. — Но всего на минутку! Покажу и ты сразу к себе! Ясно?

— Разумеется, — с самым невинным видом пообещал Танред.

И, прежде чем я успела еще что-то сказать, он уже распахнул дверь поместья, придерживая ее для меня, как истинный джентльмен.

Я только вздохнула и шагнула внутрь, чувствуя, что сегодняшний вечер закончится нескоро.

17

Поместье встретило нас уютной тишиной, которую разбавили тихие шаги по деревянному полу.

— Похоже, Марфа уже легла, — шепотом произнесла я.

Мы устроились на кухне. Мне невольно пришло в голову, что пора бы обустроить зал для таких вечеров с гостями.

Но пока я не разжилась нужной мебелью, кухня оставалась единственным подходящим вариантом.

Я принесла Танреду один из мотков нити. Дракон осторожно его взял и долго вертел в руках.

— Любопытно, — пробормотал он и одобрительно кивнул, как коллекционер, нашедший редкий артефакт.

После чего совершенно невозмутимо произнес:

— Что-то так чаю хочется.

Я только тихонько фыркнула. Конечно. Как же без этого.

— Знала, что от тебя будет не так просто избавиться, — пробурчала я. Впрочем, не всерьез.

Правда заключалась в том, что мне и самой не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался. Я заварила чай: с мятой и смородиновыми листьями.

Мы с драконом устроились друг напротив друга, в теплом полумраке. Габи с важным видом влез Танреду на колени и свернулся там калачиком.

Сперва дракон взглянул на него с подозрением. Но стоило котокрылу замурлыкать с вибрацией на всю кухню, как Танред сдался.

Его пальцы сами собой нашли пушистую шею и начали почесывать ее так мастерски, что Габи выдал целую «мурлыкальную» композицию.

Я только качала головой, глядя на эту сцену. Вот же предатель. Похоже, он чувствовал, что перед ним крылатый собрат, поэтому и подлизывался.

Мы не успели допить чай, — пар еще лениво поднимался над чашками, — когда кольцо на пальце дракона вспыхнуло. Свет был тревожный, темно-бордовый, будто загорелась капля крови.

— Прости, — сказал Танред нахмурившись. — Мне нужно ответить.

Он согнал с колен сонного Габи и вышел в коридор. Я слышала за дверью его взволнованный голос:

— Что случилось, что ты вызываешь меня в такое время?

Ответ я расслышала