Звёздный отряд. Точка входа в аномалию - Саша Прудиус

Я уклонялся на пределе возможностей своего нового тела, нырял под столы для персонала дежурной смены (которые тут же аннигилировались за моей спиной со звуком лопнувшей лампочки), перекатывался за массивные колонны самого реактора (которые взрывались каменной крошкой от близких попаданий). Это был смертельный танец со смертью среди крошившегося металла и бетона.

Тем временем сканер начал точечные атаки с помощью сгустков, искажающих пространство.

В воздухе вокруг меня от бойни расползались волны так сильно, что у меня закружилась голова (вестибулярный аппарат обычного человека давно бы отключился) и сбилось чувство равновесия до такой степени, что верх казался низом. Реальность плыла.

Всего один неверный шаг, и я споткнулся.

"Стрелок" тут же воспользовался этим секундным замешательством, и метнул конус тьмы мне прямо под ноги!

Я подпрыгнул на пять метров, используя гравитацию для прыжка по дуге, уцепился за одну из магистральных труб системы охлаждения реактора под самым потолком (она была теплой от теплоносителя) и повис над полем боя.

Но это была ловушка, я висел теперь как муха в паутине.

"Сканер" направил свою силу вверх! Пространство вокруг меня начало закручиваться спиралью. Металл труб начал скрипеть от чудовищного напряжения и деформироваться.

Температура в энергетических каналах перевалила за критическую отметку. Предохранители уже пытались отсечь поток энергии к мозгу. Я начинал терять контроль.

"Нельзя, — стиснул я зубы. — Не сейчас". И мысленно приказал системе остыть. Она едва, со скрипом послушалась.

Канал энергии у меня вдоль позвоночника взорвался болью, мой внутренний предохранитель пытался отсечь поток энергии к мозгу во избежание необратимых повреждений нервной системы.

В этот момент их ментальный голос ударил по моему сознанию, пробив защиту щита-зеркала. Это был не звук, а мысль, лишённая эмоций, похожая на скрежет камня о стекло.

"Сопротивление, — прозвучало у меня в голове. — Биологический объект высокого порядка энергии. Не Хранитель. Слабая копия".

Я вздрогнул, но не от страха, а от ярости.

"Вы не пройдете!" — мысленно ответил я, вкладывая в посыл всю свою волю.

Ответом была волна ледяного презрения.

"Корм, — пришла мысль-ощущение. — Всё есть корм для Порядка. Сопротивление бессмысленно".

Корм? Вот так-так! В прошлой жизни я был кормом для заводской системы. Винтиком. А здесь никаким кормом становиться не собирался.

Нужно было заканчивать это немедленно!

Собрав последние крохи сил (я уже чувствовал себя как перегретый силовой трансформатор во дворе московской подстанции перед коротким замыканием), сделал единственное, что могло их остановить одновременно, — создал гравитационную воронку прямо между ними.

Это был мощный импульс отрицательной гравитации ("антиграва"). Эффект был подобен взрыву вакуумной бомбы наоборот, — воздух из реакторного зала со свистом устремился к центру воронки! Бумаги со столов полетели туда же.

Агенты Тёмного Порядка потеряли опору и их подбросило вверх центробежной силой. Они повисли в воздухе под самым потолком метрах в трёх над полом!

Но главное, моя воронка нарушила их собственные энергетические поля.

Стрелок потерял концентрацию: его конусы тьмы рассеялись безвредным тёмным туманом, а Сканер потерял контроль над пространством: реальность перестала плыть перед моими глазами.

У меня было ровно две секунды форы, которыми я тут же воспользовался, — опустившись вниз с помощью контроля гравитации прямо перед ними у пульта управления реактором. Совсем не было времени думать о последствиях для экологии региона Урала или целостности стратегического объекта № 17-Бис "Кедр", потому что сейчас речь шла о выживании целой планеты.

Они пришли не за реактором. Их целью было изотопное хранилище. Но проникнуть в него можно было только через работающий технологический комплекс. Пока установка оставалась в рабочем режиме, её энергетическое поле одновременно поддерживало их присутствие в нашей реальности и позволяло использовать штатные системы комплекса для доступа к изотопам. Лишить их реактора означало одновременно разрушить оба преимущества.

Их тела были не настоящей материей, а сложной энергетической структурой, которая могла существовать в нашем мире только ограниченное время. Трещина в щите Гагарина позволяла им проникать сюда, но не давала возможности создать стабильный проход для остальных сил.

Я мог уничтожить их только поодиночке. На двоих энергии уже не хватало… Но зато мог уничтожить то, ради чего они пришли сюда.

Если эти твари убьют меня, и получат доступ к к изотопам из хранилищ, это же может стать концом.

Я рванул к главному рубильнику аварийной остановки реактора "Альфа". Именно он был последней точкой, где ещё можно было перехватить управление комплексом.

Кляксы пытались использовать работающую установку как инструмент доступа, — они уже успели подключиться к ее энергетическому контуру. Значит, я должен был сделать обратное — лишить их этой возможности.

— Кто если не мы… — прошептал я, чувствуя, как по спине течет холодный пот. И перевёл рубильник вниз до упора.

По реакторному залу прокатилась невидимая волна. Системы аварийной защиты одновременно начали выполнять штатную процедуру остановки: технологические каналы между реакторным контуром и изотопным блоком перешли в режим блокировки. Именно в этот момент вся схема доступа к материалам, ради которых они пришли, перестала работать.

Но это был не выключатель света. Даже после ввода аварийной защиты активная зона продолжала отдавать остаточное тепло и энергию. Полная остановка установки занимала время. Для обычной аварии это были секунды, для них — последние секунды существования.

Система аварийной защиты начала вводить стержни поглощения. Реактор переходил в режим аварийной остановки. Но я понимал: если оставить автоматику целой, Тёмный Порядок сможет попытаться восстановить управление через повреждённые контуры.

Поэтому я направил последний импульс не в сам реактор, а в управляющую систему комплекса. Энергетический контур управления получил перегрузку, часть автоматики вышла из строя, а резервные цепи перешли в аварийный режим.

Пока реактор работал, он был для них не просто источником энергии, а удобной точкой стабилизации, — мощным искусственным полем, которое позволяло их структурам удерживаться в нашем пространстве гораздо дольше отведенного им времени. Сама трещина, как я понял, позволяла им проникнуть сюда, но почти не поддерживала их существование, поэтому они и ухватились за такого рода подпитку здесь, на месте. Пока