Народный юрист - Алексис Опсокополос

— А ты думаешь, за охрану, за уборку, за это самое, цветочки-хреночки мы не будем платить?

— Будем. Но с чего ты решил, что квартплата вырастет в три раза?

— Я чувствую! — уверенно заявил Лёнчик.

Чувствует он. Финансовый аналитик с гаражей. Квитанции в глаза не видел, но в три раза, и хоть ты тресни.

— Не накручивай, — сказал я. — В квитанции много позиций. Есть содержание дома: охрана, консьерж, уборка, садовник. Вот это да, дороже раза в два-три, чем в хрущёвке, будет, тут ты прав.

— Во-о-от! — оживился Лёнчик. — Я же говорю! Мы ещё…

— Дослушай! — перебил я его. — Но это только часть квитанции, и не главная. Основные деньги в квартплате — это коммуналка: вода, электричество, отопление. А коммуналка вся по счётчикам, и тарифы что здесь, что в хрущёвке одинаковые. Вода из одной трубы течёт, Лёнь. Так что содержание дома вырастет раза в три, а общая сумма — процентов на двадцать-тридцать, не больше.

— Точно? — недоверчиво спросил сосед.

— Точно. А зимой, может, и дешевле выйдет, чем в хрущёвке. У нас в старом доме отопление шло без всякого счётчика: батареи жарили на полную, форточки нараспашку, и платили все по полной, независимо от того, нужна тебе была такая жара или нет. А здесь на отопление свой счётчик. Сколько накрутил, за столько и заплатил. И вообще, какого хрена ты гадаешь? Пойди к кому-нибудь из старых жильцов и попроси квитанцию показать.

Лёнчик выслушал, помолчал, но сдаваться не пожелал.

— Всё равно, — упрямо заявил он. — Хоть на двадцать процентов, хоть на тридцать. Мне здесь не нравится. Не в деньгах дело.

— Лёнь, — сказал я. — Давай мы забудем пока про квартплату, тем более ты сам сказал, что дело не в деньгах. Давай поговорим по существу. Ты же понимаешь, что если ты и дальше будешь гадить в лифтах и ещё что-нибудь учудишь, легче тебе от этого по-любому не станет?

— Понимаю, — ответил сосед.

— А раз понимаешь, скажи мне вот что. Чего ты вообще держишься за эту квартиру? Продай её на фиг! Купишь себе жильё, которое тебе по душе, ещё и приличные деньги останутся.

Такого поворота Лёнчик не ожидал. Судя по вытянувшейся физиономии соседа, слово «продать» в привязке к его квартире он услышал первый раз в жизни.

— Продать? — переспросил он и замотал головой. — Не, не, не.

— Почему не, не, не? — спросил я.

— Боюсь.

— Чего?

— Обманут.

— С чем именно тебя обманут при продаже квартиры? — уточнил я.

— Да с деньгами же! Продам квартиру, а мне вместо денег фантики какие-нибудь всучат. Или вообще без денег оставят!

— Лёнь, ты продаёшь, а не покупаешь, — напомнил я. — Это разные риски. У продавца забота только одна: как гарантированно получить свои деньги. И этот вопрос давно решён. Деньги покупатель кладёт на депозит через аккредитив, в банк. Пока сделку не зарегистрируют в Росреестре, эти деньги лежат в банке, и никто, ни ты, ни покупатель, тронуть их не может. Как только переход права оформили, банк сам переводит всю сумму тебе. Никакой налички из рук в руки, никаких фантиков. Обмануть тебя в этой схеме физически невозможно.

— Всё равно боюсь, — угрюмо сказал Лёнчик.

— Но чего⁈

— А того! Ладно, продам я эту квартиру, получу не фантики. А покупать-то новую всё равно придётся! А там я уже не продавец, там я покупатель! А покупателей как раз и обманывают! То квартира с историей, то родственник какой-нибудь через десять лет вылезет и в суд подаст, то бабка невменяемая, мошенниками типа обманутая!

Здесь мне крыть было нечем. Риски покупателя — это совсем другой разговор, и депозитом они не закрываются. Скрытые наследники, недееспособные бывшие собственники, двойные продажи. Такое действительно может аукнуться через годы, и юристу об этом известно лучше, чем кому бы то ни было.

— Хорошо, — сказал я. — Не хочешь продавать, не продавай. Есть вариант проще. Почему бы тебе просто эту квартиру не сдать? Снимешь себе однушку в хрущёвке, будешь жить там и кайфовать. У тебя ещё столько с аренды оставаться будет, что работать сможешь через день.

Лёнчик застыл. И не просто застыл, а завис, как зависает старый компьютер, которому подкинули задачу не по мощности. Он сидел напротив и таращился на меня с таким лицом, что у меня в голове сам собой всплыл известный мем «А что, так можно было?». Лёнчик в этот момент был идеальным олицетворением этого мема.

— Сдать? — переспросил он наконец.

Мысль сдать квартиру, судя по всему, не приходила ему в голову ни разу. Мужик просто сидел в ненавистных стенах и страдал, даже не пытаясь прикинуть, как из этих стен можно выбраться.

— Сдать, — подтвердил я. — У тебя огромная трёшка в шикарном ЖК. За такую будут платить приличные деньги. А ты снимешь себе однушку в хрущёвке за копейки. С вонючим подъездом, с надписями на стенах и с корешами по соседству. Всё как ты любишь.

— А если меня, это самое, обманут? — спросил Лёнчик. — Я же не знаю, как такую квартиру сдавать. Её же меблировать надо. Это же дорого всё.

— Не обязательно меблировать. Попробуй сдать подешевле, без мебели, на долгий срок. Найдутся люди, которым нужна просто хорошая квартира, а мебель у них своя. Сам ты этим, понятно, заниматься не будешь, обратишься в агентство.

— Обманут, — убеждённо сказал Лёнчик. — Эти железно обманут. Кинут, и квартиры лишусь.

— С чего бы им тебя обманывать? — воскликнул я, заводясь. — Про «квартиры лишусь» я вообще молчу! Что за бред ты несёшь?

— Обманут. Я знаю.

Спорить с этим было бесполезно. Я уже понял, что у Лёнчика на любое предложение первая реакция «обманут», вторая «заберут», третья «лучше удавиться». И не потому, что его когда-то в жизни серьёзно кидали. Просто мужик так собран, и другой прошивки в него не загрузили.

— Лёнь, квартиру у тебя никто не заберёт, — сказал я. — Она твоя, ты собственник. Сдача в аренду — это договор. Всё прописывается на бумаге.

— Илюха, —