Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

Жирок злобно зашипел, принимая в свои объятия сырые стороны мяса. Блюдо уже хорошенько прогрелось, а значит, пора в него всыпать приправы, чтобы они как следует раскрыли свой дух.

Первым делом в котёл полетела смесь перцев. Тут главное не переборщить, иначе гореть будет всё, в том числе и задница наутро. А морозилки, чтобы положить в неё туалетную бумагу, под рукой нет. Да и с бумагой сейчас очень большие проблемы. В последние годы всё чаще приходится пользоваться бутылкой с водой, словно индийцы.

Потерев между ладоней сушёный базилик, я тоже отправил его в котёл. В завершение, как вишенку на торте, ветер подхватил сладковатый аромат карри.

Позади раздалось утробное урчание живота, что в очередной раз подтвердило: я на верном пути.

Снова перемешав содержимое котелка, я всыпал в мясо лук, морковь и сухие грибы. Ещё раз всё тщательно перемешал и оставил поджариваться. Запах в очередной раз изменился и теперь всё больше походил на готовое блюдо. Хотя до него было ещё далеко. Полина наконец-то покончила с чисткой оружия и присоединилась ко мне. Точнее, попыталась сунуть нос в котёл, за что тут же схлопотала ладонью по мягкому месту.

— Чего⁈ — возмутилась она, округлив глаза.

— Ничего, — спокойно ответил я. — Я скажу, когда будет готово.

— Да я посмотреть только хотела.

— Нечего там смотреть, — буркнул я, убирая рассыпанную в траве провизию обратно в рюкзак.

И тут мой взгляд упёрся в дневник. Тот самый, в котором был описан весь тот религиозный бред. Меня будто накрыло. Вот ведь не зря говорят: если какая-то идея замерла, не желая рождаться на свет, её нужно на время отпустить. Мысль, которая не давала мне покоя, вдруг сформировалась очень отчётливо.

Банда. Этот грёбаный диверсионный отряд. Кажется, я наконец понял, кто они.

Где-то на страницах этого дневника хранился ответ, и я его знал, просто из-за усталости мозг не сумел вытянуть его на поверхность. Кто у нас исповедует дружбу народов и при этом остаётся верен высшей крови? Как раз те, кто откололся от основной ветви религии. Этот фанатик писал о них как о еретиках, а заодно и выложил их концепцию протеста.

Отщепенцы свято верили в силу человеческой крови. В то, что без людей их существование обречено. И ведь в чём-то они были правы. Они сформировали собственную коалицию, ну или секту, где проповедовали своё видение религиозных тезисов. Только они могли сформировать отряд, состоящий из обоих представителей: изменённых и обычных людей. И не просто сформировать, а заставить эту связку работать как единый организм.

— У тебя там не сгорит? — спросила Полина.

— Твою мать! — зло прошипел я и бросился к котелку.

Успел. Лук и морковь как раз только начали прижариваться. Настало время залить всё это водой и немного потушить, чтобы получился эдакий зирвак — основа для плова.

Само собой, мой сильно отличается от того, что нужно, так я и не плов собираюсь готовить.

Сняв с перекладины котелок, я разбил толстые дрова и немного разворошил костёр, чтобы сбить жар. Вылил в котелок воду с грибов, тщательно всё перемешал, счищая со дна и стен то, что успело прилипнуть. Затем вернул котелок на огонь и накрыл его крышкой. Пусть немного потушится, чтобы лук полностью растворился, а морковь отдала всю сладость.

Мысли снова вернулись к межрасовому диверсионному отряду, а руки — к формированию рюкзака.

Допустим, я прав и эта самая банда — дело рук протестантов. Тогда что же получается: наша гипотеза, которую мы выдвинули сидя на кухне у Фила, неверна? В чём смысл поднимать бучу, похищая первое лицо государства, если ваша религия основана на том, что обе расы должны жить в мире и согласии? Захват власти? Военный переворот? Так ведь это тот же бардак, то же ослабление государства изнутри.

Впрочем, мы уже знаем кому это на руку. Вот только логически у меня это никак не вяжется. Что-то мы упускаем, чего-то не до конца понимаем.

Ладно, отложим этих баранов в сторону. Всё равно без дополнительной информации ничего не поймём. Сейчас в приоритете Габриела и её чёртово логово. И мне ой как хочется задать ей пару наводящих вопросов.

Открыв крышку, я пошевелил варево и убедился, что всё дошло до нужной кондиции. Пора засыпать гречку. Отмерив ровно полторы кружки, я всыпал в зирвак крупу и тонким слоем распределил её по поверхности. Одна кружка воды в котелке уже есть, так что вливаем ещё две…

Немного подумав, я кивнул сам себе и влил ещё половину кружки. Чтобы крупа как следует разварилась. Снова накрыл котелок крышкой и вернулся на бревно, к Полине. Девушка всё это время сидела молча.

— Ты чего такая тихая сегодня?

— Нет, ничего, — ответила она. — Просто мне хорошо. Даже говорить не хочется. А ещё я не хочу, чтобы всё это закончилось.

— Что именно?

— Да всё. Эта поляна, костёр, котелок с вкусной едой, ты, озеро… Здесь так спокойно…

— Да ты уже через два дня начнёшь изнывать от безделья.

— Может, и начну, — пожала плечами она. — Но сейчас мне этого не хватает.

— Понимаю, — вздохнул я.

— Когда-нибудь всё это закончится.

— Вечером, — подтвердил я.

— Да я не о нашем пикнике, а о войне в принципе. Всё уляжется, вернётся на круги своя.

— Наверное.

— Так всегда бывает. Даже Вторая Мировая закончилась, в том числе и для проигравшей стороны. Города восстановили, заводы, фабрики заработали с новой силой.

— Я не понимаю, к чему ты клонишь? Разве это плохо?

— Нет, хорошо. Просто я думаю… В последнее время я всё чаще задаю себе этот вопрос: а что мы будем делать, когда всё закончится? Кем я стану в той, новой жизни?

— Ну, это только тебе решать.

— Мне? — Полина посмотрела на меня таким взглядом, будто я только что, прямо на её глазах, растерзал крохотного, беззащитного котёнка. — Ты что, собираешься меня бросить⁈

— Ты дура, что ли⁈ — опешил я от такой постановки вопроса. — С чего вдруг такие выводы?

— С того, как ты это сказал. — Она угрожающе прищурила глаза. — Запомни, Брак, заруби себе это на носу: если ты меня бросишь, я тебя из-под земли достану и вырву твоё холодное сердце. И мне насрать, что ты альфа. Понял?

— П-хах, — усмехнулся я. —