"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

Астахов покачал головой и поморщился. А затем пришел к решению — примерно такому, какое я и ожидал.

— Предлагаю следующий вариант. Раз уж Максим пришёл сюда продемонстрировать свои способности, то мы дадим ему такой шанс.

Островский с Володиным переглянулись. Караваев отхлебнул из бокала вина. Похоже, что никто не был против.

— Что ж, тогда формат будет такой. Раз уж мы не можем позволить двум сильным магам просто-напросто поубивать друг друга, то придётся немного извернуться. Игорь ударит по вам, Максим, заклинанием, скажем… шестого ранга. Раз уж вы готовы доказать свою силу.

Будь я обычным Подмастерьем, то заклинание такого ранга не выдержал бы. Мастер, даже слабый, это совсем другая лига. Так же, как Подмастерье в сравнении с Адептом. Но я всё-таки Архимаг хаоса, пусть и восстанавливающийся. Такое испытание было мне по душе.

Вот только нужно было внести одно дополнение.

— Раз Игорь добровольно вызвался протестировать мою защиту, то предлагаю ему же опробовать и атаку. А то как-то нелогично получается, не так ли?

Астахов попробовал возразить.

— Я не думаю, что…

Разгоряченный, готовый к бою Кречетов прервал его:

— Да пусть хоть двумя заклинаниями атакует!

В другой ситуации это была бы ошибка. Слово дворянин держать обязан. И Кречетову пришлось бы действительно принять два заклинания вместо одного там, где это было совсем не нужно.

— Мне и одного хватит, — усмехнулся я.

— Ну-ну…

Кречетов уже играл желваками и хрустел костяшками пальцев. Ему так не терпелось помериться силой.

— Что ж, хорошо, — вздохнул Астахов. — Тогда Ратибор вас прикроет. На всякий случай.

— Хорошо.

Ратибор согласился без раздумий.

Все формальности были утрясены, а бумаги подписаны. Среди которых были и документы, снимающие ответственность с любой стороны за повреждения, полученные или нанесённые во время учебного поединка. Наше противостояние так и назвали — «обмен магическими атаками в тренировочном поединке».

— Ставлю тысячу на Кречетова'

Караваев тут же начал делать ставки. Он явно был уверен в Мастере. У него были причины. Меня-то он совсем не знал.

— Удваиваю, — ловко подсуетился Островский.

Впрочем, дослушать условия ставки мне не удалось. Ко мне подошёл Ратибор.

— Справишься?

— Даю слово.

— Хорошо, — кивнул он. — Не хочу сегодня хоронить друга моих детей.

Думаю, что и без просьбы Астахова, Ратибор бы выступил в качестве подстраховки.

— А мастера-волшебника?

— Как придётся. Если сможешь перенаправить его магию, может, сам себя кремирует.

Спасибо, конечно, Ратибору за подсказку, но тип магии в данном случае был вторичен.

У меня прибавилось заклинаний, и я намеревался испытать несколько из них. Жаль, что получится всего лишь одно защитное и одно атакующее.

Я не смел недооценивать Мастера. На то это и испытание. Если он ударит всерьёз, то может пошатнуться даже самая сильная защита. Вот только умирать я сегодня не планировал. И калекой оставаться тоже.

Караваев всё ещё кричал, смеялся и выбивал ставки. Впрочем, никто, кроме Островского, не согласился. Константин, похоже, был азартным человеком.

Нам выделили пятачок с коротко стриженной травой недалеко от пруда. Володин встал по центру, чуть в стороне. Мы же с Кречетовым оказались друг напротив друга.

Раздался голос Ратибора:

— Кречетов, готов?

Кречетов кивнул, злобно оскалившись.

— Клинков, готов?

— Да, — спокойно ответил я.

Зрители расположились за защитным пологом. Он же укрывал особняк и прилегающую растительность.

— Бой!

Кречетов сделал быстрое движение руками.

В воздухе запахло дымом и серой. Пахнуло жаром. Над моей головой вспыхнуло огненное жерло.

Глава 5

Я рефлекторно использовал доспехи Хаоса. Это заклинание уже плотно вошло в мой арсенал. На меня упали первые искры от заклинания Кречетова, но потухли в темном защитном слое.

Кречетов не использовал аурное заклинание. Он колдовал, заряжая свою атаку маной. Я же в ответ использовал сферу Хаоса — новое заклинание, универсально защищающее от магии. В воздухе возник шар нестабильной энергии. Треть маны срезало как рукой. В сторону разошлись вспышки, похожие на электрические разряды чёрного цвета. Воздух наэлектризовался. Волосы на теле встали дыбом.

На всякий случай я усилил заклинание. Внутри, вокруг ядра, начали хаотично вращаться кольца энергии. Напротив был мастер — халтурить нельзя.

Заклинание Кречетова приняло форму. Уплотнённое, сжатое солнце, зависшее надо мной, обдало меня горячей волной. Его мана завибрировала и ударила вниз широким столбом огня.

Столп огня устремился ко мне, но не достиг своей цели. Где-то на полпути траектория изменилась, и заклинание, словно притягиваемое гравитацией сферы, смазалось, расплылось и потоком маны устремилось внутрь. Туда, откуда исходили чёрные молнии.

В меня ударила волна жара, но её погасил Доспех хаоса. Трава под ногами почернела. Сфера притягивала ману, как магнит, жадно поглощая её.

Она наполнялась и набухала с каждой секундой. Раздулась до размера церковного купола. Затрещала от поглощенной энергии. Вот только кольца не дали ей разойтись. Они сжимали, уплотняли содержимое, до тех самых пор, пока в воздухе не осталось ни крупицы огненной маны Кречетова.

По моему лбу, шее и спине катились крупные капли пота. Рубаха прилипла к телу. От температуры Сфера защитить не могла.

Кречетов стоял напротив с опущенными руками и широко распахнутыми глазами. Что-то бормотал себе под нос. Я не мог его слышать. Володин тоже удивлённо смотрел на меня — брови приподняты, руки сложены на груди.