Спасти детей из 41-го - Анатолий Федорович Дроздов

мысли, они туда должны прийти, — съязвил Олег. — Нет, все гораздо проще. Постгипнотическое внушение действует иначе. Выбирается триггер, на него вырабатывается заданная реакция. Например: если захочешь курить, рука становится тяжелой и не поднимает сигарету. Въехал, отставной лейтенант диванной гвардии? То есть наш боец, вернувшийся из прошлого, получит установку: если ему захочется вспомнить, какое задание он там выполнял, или кто-то начнет его расспрашивать, мозги автоматом переключатся на другое, более приятное мужику: бабы, тачки, деньги, повышение звания. Он просто не пожелает обдумывать те события или обсуждать. Такая блокада длится долго, несколько лет, в некоторых случаях — десятилетиями. Так что кассовый аппарат с билетами в 41-й год и объявление «Пенсионерам скидки», как предполагал Андрей, в ближайшее время нам не понадобятся.

По поводу недельного срока на подготовку никто не возмущался. Понадобится — удлинят. Готовиться можно даже месяц — ведь все равно окажутся в прошлом около 17 часов 12 июля. Но через неделю нужно будет отчитаться.

Без обещанной им Председателем информации обсуждать детали операции было бесполезно, поэтому все просто думали, рассевшись в учебном классе центра подготовки «Альфы». Здесь и проходило совещание, поскольку, как считали в КГБ, только в служебном помещении возможно было обеспечить сохранность тайны. Антон, воспользовавшись ситуацией, подсел к освободившемуся ноуту и довольно быстро откопал выложенную в свободный доступ информацию — из предыстории концлагеря «Дзержинский». Несколько двусмысленное название, ведь «Железный Феликс» считается причастным к созданию первого советского лагеря особого режима на Соловках… Но, при всей жестокости порядков в ГУЛАГе, равнять советские и немецкие лагеря просто глупо. В СССР эксплуатировали заключенных, однако высокая смертность среди них зафиксирована только в 1941–1942 годах, порядка 40% годовой среднесписочной численности. Кошмарно, но винить надо не НКВД, а нацистов, потому что в лагерях урезали рационы для заключенных — продовольствия не хватало фронту. Немцы же истребляли людей преднамеренно и целенаправленно. Убийства были первостепенной и основной задачей.

— Андрей! Глянь. Тебе понравится, — позвал Антон.

Довольно мутное и зернистое фото запечатлело Вадепфуля в поле под Дзержинском, где штурмбанфюрер деловито вглядывался в простор. Наверно, прикидывал, сколько «унтерменшей» здесь получится разместить и умертвить. Самое же интересное для Андрея кое-как просматривалось на заднем плане — лимузин, «кюбельваген» и целая стайка мотоциклов. Только ради этого стоило навестить партайгеноссе Вадепфуля!

— Капитан, а ну-ка посмотри! — сказал Олегу. — На этом фото — самоокупаемость проекта на год вперед.

— Кому про что, а вшивому про баню, — буркнул комитетчик, но потенциальные трофеи рассмотрел. — Еще бы и панцер-3, так вообще хоть дырку в кителе для ордена «За службу Родине» прокручивай.

— Я смогу танк завести и въехать в нем в гараж! — заверил Антон. — Как только башню снять?

— Проще всего — детонацией боекомплекта. Сама слетит, — хмыкнул Борис. Из всех присутствовавших он меньше всех воодушевлялся монетизацией проекта.

Андрей согласился с майором. К тому же танк — слишком медленная штука, чтоб сопровождать высокое начальство на легковой машине. В другой раз. Он попросил разрешения позвонить. Конечно же — исключительно по делу.

— Привет, Кристина! Ты как? Я — тоже хорошо. Навещала подопечную?

— Как ты просил, но… — в наушнике раздался вздох. — Она не та, кем ты ее представил. Или же о чем-то умолчал.

— Второе, но отчасти. Сказал лишь то, что мне позволили. А чем она тебя насторожила?

— Есть некоторые вещи, которые даже после провала в памяти и проблем с высшей нервной деятельностью сохраняются на уровне рефлексов, это я тебе как биолог говорю. Смотрел, как она выдавливает зубную пасту из тюбика? Можно сколь угодно долго смеяться, но девочка раньше ей не пользовалась, а чистила зубы порошком!

— Он разве продается? Я его в глаза не видел.

— Само собой. Вспомнилась песенка из детства: «Собирала на разбой бабушка пирата», в ней поется: «Пистолеты уложила и для золота мешок, а еще, конечно, мыло и зубной порошок» (Э. Успенский). Зина выдавливает пасту на ладонь и тычет в нее щеткой — именно как в порошок.

Это, конечно, был провал, причем шансов не провалиться не существовало. В больнице зубы Зина, скорей всего, не чистила вообще или же просто терла пальцем. Телевизор не смотрела и не видела, как в рекламе паста цветов российского флага выдавливается на щетку. А ведь подобных мелочей — десятки, если не сотни.

— Она точно не из Центральной России, говорит по-русски чисто, без российского акцента, не тянет гласные, как москвичи, — безжалостно продолжила Кристина. — Так разговаривают в Питере старые ленинградцы. У нас там родственники, неоднократно слышала. Еще, пожалуй, так говорят дикторы российского телевидения. Но буква «Г» у девочки — глухая, типичная для белорусов или же украинцев. «Халя, у нас отмена!» — слышал?

— Кристина, ты биолог или лингвист? — это было единственное, что Андрей успел придумать в ответ.

— Я вообще-то умная, хоть ты это не ценишь. А умные понимают, когда лучше умерить свое любопытство и не задавать вопросов. Потом мне объяснишь все эти странности. А если нет — переживу.

— Ты — супер! — искренне сказал Андрей. — Не представляешь, как я тебе обязан.

Она довольно усмехнулась.

— Я к ней немного ревновала, но быстро поняла, что мне не конкурентка. Да, очень милая и симпатичная, но одновременно и наивная, как школьница из младших классов. Простых вещей не знает. Маловероятно, чтоб ты такой интересовался. Я — лучше!

— Кто бы сомневался? Ты лучшая из всех! Целую.

Поскольку разговор был полуслужебный, Олег бессовестно грел ухо. Когда Андрей нажал «отбой», он ухмыльнулся:

— Помнишь мультфильм «Малыш и Карлсон»? «Малыш, но я же лучше собаки!»

— Нашел сравнение! Сейчас в лоб дам и не посмотрю, что мой начальник.

— Не груби. Кристина — девушка хорошая. Если надумаешь жениться, то обязан подать начальству рапорт, в котором укажешь, кто твоя избранница и кто ее родители. Насчет Кристины можешь быть спокоен, там все нормально.

— Уже проверили? Сводники в погонах…

Тут разговор прервался. В учебный класс заглянул дневальный с КПП и доложил, что в их распоряжение прибыло 22 бойца. Видимо, их автобус уже мчал к учебному центру, когда председатель озвучивал задание.

Через минуту в классе стало тесно. Рассчитанный на взвод, он наполнился людьми и ядреным духом начищенных кирзовых сапог. Андрей во все глаза разглядывал силовиков. Мужчины были экипированы в пехотную форму образца 1941-го. Имели пистолет-пулеметы ППШ, два «дегтяря». Один нес