Шесть оттенков одержимости - Амалия Мо

лишь то, что посчитал нужным. Йен очень хотел, чтобы такой мужчина был у истоков и руководил миром первокровных, но опасался, что Риэль наломает дров. Он обратился ко мне, чтобы узнать, насколько мы рискуем пустить лиса в курятник.

Рана полностью затянулась, но я не была уверена, что этого достаточно, а потому полоснула снова. На этот раз надавила на щёки, чтобы приоткрыть рот Кронвейна.

— И насколько был риск?

— На все двести процентов… К счастью, за всё время службы Кронвейн ни разу не запятнал свою честь. Он всегда был на стороне людей, но не устраивал кровавую расправу над первокровными, — глаза Верховного на мгновение потемнели, он будто погрузился куда-то вглубь себя. — Словно некто посланный на землю самими богами для защиты людей.

Рассказ Авраама не помогал. Я слушала о чём-то, но постоянно возвращалась к бледному лицу Риэля.

— Почему он не открывает глаза? — в панике припав к груди Кронвейна, я пыталась услышать толчки сердца.

— Полагаю, ему нужно время, — пожав плечами, ответил Верховный. — Поможете затолкать его в машину?

— В какую машину?! Вам что, всё равно? — мои губы задрожали от обиды, перемешанной со злостью.

— Честно — да, — Авраам взглянул на свои наручные часы. — У меня график, Лидия. Через двадцать минут я должен быть в кровати. Дороги замело снегом, а это значит, что с учётом пробок мне добираться больше часа. Я лягу в кровать с опознанием и завтра буду не выспавшимся…

Я медленно подняла голову и посмотрела на Авраама так, словно видела впервые.

— Вы серьёзно сейчас это говорите?

— Разумеется. Если вы не собирались убивать Габриэля, вам остаётся только дождаться его пробуждения или помочь мне погрузить его в машину...

Служитель оценил, что я не собиралась подниматься. Вероятно, это послужило ответом. Но я находилась в шоке настолько, что не могла взвесить ни последствия, ни предложение.

— Предполагаю, что вы оба будете благоразумны и не станете делать ничего опасного. Я успел убедиться, что он не навредит вам, — Верховный прошёл к двери, но в последний момент обернулся. — Доброй ночи, Лидия.

Стоило Аврааму покинуть дом, как всё происходящее показалось воспалившейся фантазией. Может, его здесь не было, а моё воображение лишь придумало этот образ?

Не понимая, что только что произошло, я вернула взгляд на Риэля.

— Пожалуйста, очнись, — прошептав это, я осторожно упёрла лоб в его грудь.

На одно крохотное мгновение рука Кронвейна дрогнула и задела моё бедро.

Какое-то время я просто сидела над ним, но быстро сообразила, что вся эта картина может быть пугающей для Ивет. Я попросила помощницу забрать Габи до утра и готовилась к худшему…

Сообразив, что надо стереть кровь и убрать все следы преступления, я поплелась в ванную.

Я усердно работала тряпкой, гоня от себя тошноту и мысли о будущем. Важнее, чтобы Риэль пришёл в себя, а так как-нибудь разберусь…

Аккуратно стянув пальто, я принялась за рубашку. Оставить его в таком виде было жестоко. Пальцы дрожали, когда я переходила от одной пуговицы к другой.

Кровь на ткани уже начала подсыхать, делая рубашку грубой. Расстегнув последнюю пуговицу, я замерла. Две аккуратные дырки прямо у сердца выглядели неправдоподобно маленькими. Пули торчали у выхода, как доказательство, что Риэль действительно восстанавливается. Но почему-то очень медленно…

Смочив полотенце тёплой водой, я осторожно стёрла кровь с его груди. Кожа была холодной, словно я протирала мрамор. Проведя пальцами по рёбрам, я вдруг вспомнила, как когда-то боялась даже случайно к нему прикоснуться. А теперь раздевала его посреди собственной гостиной, как раненого зверя, которого пыталась выходить.

Взгляд зацепился за шрамы. Целую вечность назад я уже видела их, но тогда не могла рассмотреть, как следует. Отметины прошлого разных размеров говорили больше, чем мне бы хотелось услышать.

После признания Тиары я смотрела на него иначе. Жалость крохотным лучиком пробивалась сквозь темноту внутри.

Накрыв его пледом, я принесла подушку из гостевой спальни. Объяснения происходящему у меня до сих пор не было. Я была уверена, что Риэль пришёл, чтобы забрать у меня Габи, и не могла этого допустить.

Я упрямо боролась с сонливостью, но последствия от пережитого оказались сильнее. До дивана было каких-то пару шагов, но и они дались с трудом. Рухнув на поверхность, я продолжила смотреть на Риэля, пока сон не одолел окончательно.

Проснулась я резко, словно меня кто-то толкнул. Сердце колотилось так, будто я проспала что-то важное. Я просто сидела, не понимая, где нахожусь, а потом взгляд сам метнулся к полу. Там, где лежал Риэль, было пусто.

— Ты меня спасла? — послышалось сбоку.

Кронвейн сидел в кресле у камина и рассматривал меня с неподдельным интересом. Отверстия от пуль затянулись, не оставив и следа. Моя кровь действительно подействовала. Но я не понимала, радоваться или бежать от него со всех ног.

Флёр пережитого быстро спал, будто не было никаких выстрелов, не было разговора с Авраамом и не было спасения.

— Верховный сказал, что нужно делать, — преодолевая пересохшее горло, ответила я.

— И зачем? — тёмные глаза Риэля смотрели без осуждения, но и радости в них не нашлось. — Могла бы раз и навсегда всё решить.

— Не знаю, — честно сказала я и отвела взгляд. — Просто… не смогла.

Вся ненависть куда-то сдвинулась, словно плита льда под ногами треснула и поплыла по бурному течению.

— Я до последнего была уверена, что не нажму, — тихо добавила я. — Пистолет в руках держала, чтобы напугать. Чтобы ты развернулся и ушёл.

Собрав силы, я подняла глаза и впервые не увидела в нём врага. Только измотанного мужчину, который сжимал виски, будто мир давил на него со всех сторон.

Прошлое не просто выстрелило в мужчину, которого боялось. Оно стреляло в свой страх…

— Если бы ты умер, я бы с этим не справилась. Понимаешь? Я ненавижу тебя, Риэль. Но смотреть, как ты умираешь у меня на полу…

Он кивнул, а после поднялся, подхватил пальто и поплёлся к выходу. Я подскочила следом и остановила его, схватив за руку. Нечто необъяснимое взяло верх над разумом.

— Куда ты собрался?

Риэль задержал взгляд на руке, потом поднялся к моему лицу.

— Спасибо, что спасла… Как я и сказал: мешать твоей жизни не собираюсь. Я больше не потревожу тебя, Лидия. Можешь вернуться в Ноктилию к семье или…

— Ты собираешься вот