Небо в руках - Владимир Владиславович Малыгин

И потянулся за фотоаппаратом, с деловитым видом расчехлять его принялся.

– Они, ваше высокопревосходительство, – убеждённо ответил капитан.

– Николай Дмитриевич, что будем делать? – Теперь уже оба на меня смотрят.

Один в звании капитана, другой целый полковник, а спрашивают совета у простого юнкера. Ну, не совсем простого, но всё же, всё же. Мы же обо всём ещё на земле договорились. Забыли, что ли, все договорённости от волнения? Понимаю, очень необычные условия для работы, и сама работа необычна по своим условиям. Во как завернул, сам запутался! Но ведь по сути всё правильно, ни в одном утверждении не ошибся. Опять же, на борту у меня все военные, а для настоящего военного ведь как? Чем больше разрушений, тем лучше должно быть!

Похоже, придётся напомнить, мне не трудно:

– Будем работать по плану, – отвечаю, а сам уже кручу влево тридцать, да с одновременным снижением. Нельзя время терять, быстро всё нужно делать. А то попрячутся бандиты куда-нибудь, и ищи их потом до морковкина заговенья.

Как раз тропа с целями по правому борту осталась, на руку полковнику. Он затвором и защёлкал. Для отчётности.

На показания высотомера не смотрю, условия сейчас простые, тут и приборы не нужны. В горизонт перехожу на уровне вершин, ниже не полезу. И сразу занимаю боевой курс. В общем, целюсь прямо на тропу с маньчжурами. И пройду я над ними где-то метров двести выше. Или чуть больше, разница уже не принципиальная.

Заметили нас сразу. Но им деваться сейчас некуда, если только вниз по тропе бежать. Или вверх. А они растерялись, на месте замерли, головы позадирали, самолёт рассматривают. Правильно мы решили, не успели ещё слухи по горам разойтись, не ждут они от самолёта ничего плохого. Лошади, или что у них там, умнее всех оказались. Заволновались от рёва мотора. А тут ещё и эхо по ушам давит, на психику действует, они и забились. Бандиты их усмирять кинулись, им теперь вообще не до нас стало.

Это не пикирование, здесь через прицел не сработаешь, на глазок придётся сыпать. И прежний опыт мне в помощь.

– Пошёл! – командую сам себе и дёргаю вверх рычаг сброса бомб.

Как шёл в горизонтальном полёте, так бомбы и сбросил. Прямо на тропу. Поражение всё равно стопроцентное будет. Не от бомб, так от осколков, не от осколков, так камнепад сверху сойдёт, дорогу завалит, всех в пропасть сметёт. Мало никому не покажется. И рука не дрогнула. Потому что перед глазами стояло сожжённое дотла поселение с замученными телами…

Ушли за перевал, нас даже взрывная волна не достала. А потом вернулись, посмотрели на результат. Изотов щёлкнул пару раз затвором фотоаппарата и отвернулся. Не на что там смотреть, нет никого и ничего, кроме каменной свежей осыпи. Попал я или не попал, уже и не важно. Главное результат есть…

В этот же день сделали ещё один вылет, но уже в другую сторону, на юг. И тоже небезрезультатно. Довольный Аносов вновь указал нам цель, по которой я и отработал.

Сбрасывать бомбы пришлось с пикирования, так как на этот раз банду мы поймали внизу, в долине. После работы развернулся на сто восемьдесят, чтобы Изотов запечатлел на плёнку результат, ещё и прошёл над дымящимися воронками пониже, для пущего эффекта. Сам ничего не заметил, Изотов тоже промолчал, от фотоаппарата не отрывался, а вот капитан вдруг встрепенулся и приник к стеклу, явно что-то там, на земле, этакое увидеть сумел.

В общем, заинтересовал меня Аносов очень своим необычным поведением, и дальше я старался всё время его в поле зрения держать. Поэтому и увидел, как капитан довольно улыбнулся, наклонился и что-то проговорил на ухо полковнику. Константин Романович от услышанного явно опешил, опустил фотоаппарат и уточнил:

– Уверены?

– Так точно, – кивнул капитан. – Я в подобных делах не ошибаюсь.

Изотов пристально поглядел на памирца, задумался на секунду, вздохнул и обратился ко мне:

– Николай Дмитриевич, надо бы нам как-то приземлиться… – И пожал виновато плечами, мол, не по своей воле прошу, а по просьбе начальника отряда.

– Что? – сначала не понял, что за странная просьба. – Куда приземлиться? Зачем?

– Снижайтесь, Николай Дмитриевич. И садитесь где-нибудь здесь, – смотрит на меня полковник. – И это не просьба, это приказ.

– Опять ваш англичанин? – оставляю за собой последнее слово и уже снижаюсь, ищу более-менее подходящую площадку для приземления.

– На этот раз нет, – услышал меня Изотов и произнёс многозначительно: – Но результат вам понравится, обещаю…

Глава 12

Спорить с полковником не стал, понятно, что капитан вряд ли засуетился бы без весомой причины или по личной прихоти, да и жандарм никогда ничего просто так не требует. Значит, есть на то веские основания, и моя задача – выполнить приказ. Именно для этого я здесь и нахожусь. Устраивать сейчас разбирательства и прения, кто кому из нас подчиняется и подчиняется ли вообще, глупо. Да и, откровенно говоря, я тоже иной раз полковника буквой «зю» запросто ставлю. И он терпит для пользы дела, когда видит мою правоту…

Разворачиваюсь буквально «на пятке», всю высоту успешно теряю на вираже, и вот уже иду метрах на десяти, не выше. Для порядка ещё раз пролетаю на небольшой скорости прямо над разгромленной бандой. Смотреть на результат своей работы времени особо нет, мне бы площадку подобрать. Ухожу вперёд по долине метров на триста и снова разворачиваюсь. Ничего другого не остаётся, как садиться на дорогу. Камней навалом, это же горы, но камни мелкие и плоские, размером где-то с кулак, не больше. Все крупные давно в сторону откинули проходящие по этой дороге путешественники. Потрясёт, конечно, но немного и недолго, тут от меня всё будет зависеть. И критичного ничего не вижу, такого, чтобы самолёт заломать. Привычное дело, сказал бы, здесь по-другому не бывает.

Снижаюсь полегонечку с убранными оборотами. Нос задрал, погасил скорость до минимально допустимой, когда самолёт идёт на положительных углах атаки, близких к критическим, когда он в самом буквальном смысле «висит» на ручке, держится в воздухе за счёт мастерства пилота. Приходится его то и дело поддёргивать оборотами, иначе бы он точно свалился. Но это всё быстро происходит, раз, два – и уже сели на три точки, прокатились немного, даже не подпрыгнули, а так, больше проимитировали пару раз подпрыгивания на неровностях и тут же остановились. И понять не успел, что по камням прокатились. А мотор ещё в момент