Товарищ политрук. Том 2 - Евгений Колдаев

— Товарищ политрук, а как же… — Начал было он, смотря на этот мокрый хнычущий комочек, прижавшийся к моей груди.

— Без разговоров. У тебя сестра погибла. Знаю, ты справишься.

— Товарищ… — Он шмыгнул носом. — Товарищ…

— Товарищ Шишкин тебя к врачу отнесет. Все будет… — Язык не поворачивался сказать «хорошо». Какой там к чертям собачьим хорошо, когда ребенок пережил такой ужас. Какой!

Она прижалась ко мне, не хотела отпускать. Но сам я не мог ее тащить. Не имел такого права. Я опытнее их всех вместе взятых. Надо этих тварей. За все это! За все, что я увидел… Вообще за все!

С трудом отцепив девочку от себя я передал ее Шишину.

— Живо.

Тому больше приказывать было не надо. Пригибаясь к земле, он рванулся туда, откуда мы пришли. А я осмотрел своих бойцов. Лица злые, напряженные. Глаза блестят такой яростью, что чувствую рвать готовы врагов.

— Идем.

Дальше молча мы, прислушиваясь и озираясь, двинулись вперед.

Убитые попадись нам. То здесь, то там виднелись тела, лежащие в огородах. Те кто пытался убежать попадались под горячую руку поджигателей. А может… Может здесь просто дал длинную очередь пулемет. По всем этим домам. Как они погибли думать и разбираться мне было некогда. Но этот проход через дым я запомню надолго. Это точно. Многое я в жизни повидал, но чтобы с такой безжалостностью бить мирное население. Нет.

Наконец-то добрались мы до крайних домов. Как и шли, мы ближе к левой стороне задымленного сада, а разведка к правому.

Здесь слышалась немецкая речь. Фрицы ржали. Я пытался разобрать их слова, но было довольно далеко и все же они не были идиотами, чтобы орать во все горло. Переговаривались, посмеивались. Обсуждали, судя по тому что я слышал, как хорошо горит перед ними город. Что-то из разряда. Глупые Иваны все строят из дерева. Поэтому их города так хорошо горят. Камень. Какое-то имя. Что-то про инженеров из Германии. Про Берлин, поездку, какие-то постройки. Хвала немецкой великой архитектуре.

Зубы мои скрипнули сами собой.

Вы подожгли несколько кварталов. Вы убили десятки ни в чем неповинных граждан. Мирных людей, которые просто хотели спрятаться, укрыться от ужасов войны. Вообще не думая, когда поняли что красноармейцы могут вас побить, отгородились стеной огня и дыма. А теперь со смехом обсуждаете… Как это горит!

Твари.

Но, дикий прилив ярости нужно было затушить. Воевать нужно с холодной головой. Без эмоций. Просто убивать врага. Делать это максимально четко и эффективно.

— Впереди враг. — Одними губами проговорил своим, засевшим и прислушивающимся. Судя по лицам они понимали. — Тихо. Я на разведку.

Они закивали.

Махнул рукой разведчикам, занявшим позиции у дома справа. Сами мы залегли в саду, потому что по левую сторону дома догорали и источали невероятный жар и дым.

Двинулся вперед, к обочине. Здесь в дыму приходилось ориентироваться больше на слух и некое шестое чувство, чем на зрение.

— Э, свиньи, а ну заткнулись! — Выкрикнул кто-то на немецком. Закашлялся. — В этом дыму ничего не видно. Хотите, чтобы Иваны подкрались? Слушайте. Идиоты!

Говорившие до этого, фрицы замолчали. Видно приказ шел от кого-то более старшего по званию. Унтер, скорее всего. Звякнул металл. Кто-то завозился впереди. Звука мотора слышно не было.

Затем последовал звук шуршания ленты, лязг закрвающейся коробки. Зараза! Я вжался в землю. Там, метрах в тридцати, может пятидесяти, готовился бить пулемет. Благо окрест было тихо, и я все это услышал.

Передернулся затвор и по дыму ударила очередь.

— Иваны! — Заорал уже знакомый голос. Один из тех, кто обсуждал возвышенную германскую архитектуру. — Иваны!

Потом раздался смех.

— Идиот! — Взревел унтер.

Глава 16

Я примерно понял где они. Метров тридцать или около того. Скорее всего нас отделяет дорога, открытое пространство. В дыму ни черта не видать.

Шальная мысль, которая не покидала меня, формировалась в голове все отчетливее. Жаль формы нет, хотя бы кителя и каски. Правда после увиденного, надевать эту одежду мышиного цвета казалось мне отвратительным. Но, не до пренебрежения, когда дело сделать надо. Только вот поздно. Тут я ее нигде не достану. А раньше можно было. Только возвращаться слишком уж большой крюк.

Посмотрел назад, налево, направо. Моих видно плохо, залегли, ждут приказа. Если продвинусь дальше, то связь только криками. А на голос нас сразу же вычислят. Что думает разведка? Их я вообще не вижу.

— Ганс! Ганс! Иванов здесь нет. Слышишь! Никто не кричит.

— Чертовы идиоты. — Выругался тот самый Ганс.

Я, как мог тихо и незаметно, двинулся вперед. Вслушивался, озирался. Все больше понимал там, впереди за дорогой, за улицей, стоит ханомаг. Скорее всего он загнан во двор так, чтобы пулемет мог своим огнем перекрыть обходную дорогу. Как только? Неужели в дыму им отсюда хоть что-то видно.

Замер, задумался. Может дальше, там справа еще фрицы? И что, если я подорву бронемашину гранатой или перебью? Сколько еще фрицев подтянется? Успеют ли они сообщить об атаке?

Продвинулся еще немного вперед. Здесь дыма было уже меньше. Впереди сквозь него проглядывалось открытое пространство. А здесь посеченные пулями какие-то мгновения назад заборчик, палисадник и стена развалившегося дома. Бегло изучил ее. Скорее всего ханомаг сдал задом, завалил конструкцию, чтобы она, в случае возгорания, не полыхнула и не ухудшила видимость. Вероятно здесь все было так. Может та самая тройка, которая била по зданию больницы, прошлась, порушила крайние избы, снизив шансы перекидывания огня через улицу.

— Ганс. — От ханомага вновь раздался голос. На этот раз не громкий. — Что там говорят по связи? Будет обед?

— Тебе бы только жрать. — Зло ответил унтер. — Сказал же, заткнись!

Пора. Иного варианта я не мыслил, не понимал. Слишком большой риск пытаться пройти по открытой местности. Нас могут скосить из пулеметов. Дым здесь есть, его много. Но на любое движение может последовать очередь. И что тогда?

Собрал все силы в кулак, вдох-выдох. Опасно, очень опасно. Перешел на немецкий.

— Парни! Прошу! Не стреляйте! — Сейчас я жалел, очень сильно жалел, что не раздобыл их форму. Я бы вообще сошел за своего.

Звук передергиваемого затвора, тихая брань.

— Кто? Кто там?

— Я… прошу не стреляйте! Лейтенант Мюллер! Чертов дым! Артиллерийская разведка. Корректировщик. Здесь же край этого проклятого города? Мне нужен край. Угол улиц.

— А, артиллерия… — Тихо произнес в ответ тот самый горластый фриц.

— Господин лейтенант, вы почти на месте. Осторожнее, вы на стороне улицы, где могут быть