Беглянка №0 для звёздного командора - Алекс Скай

— Нужно.

Он задержал на ней взгляд.

— Что именно?

— Заслуживать. И мне тоже. Это не пожизненный допуск.

Угол его рта дрогнул.

— Такой вариант мне понятнее.

— Военный человек.

— Навигатор тоже любит допуски.

— Я люблю обходы.

— Я заметил.

Мара наблюдала за ними молча. Потом сказала:

— Вы оба совершаете ошибку.

Элара повернулась к экрану.

— Возможно.

— Одиннадцать активаций уже изменили сеть. Вы не сможете закрыть её обратно.

— Мы и не собираемся решать это вдвоём.

— Ты думаешь, остальные захотят быть частью твоего морального эксперимента?

— Я думаю, надо сначала спросить их.

Мара усмехнулась.

— И если кто-то скажет «нет»?

— Тогда это будет «нет».

Вот теперь женщина действительно не скрыла раздражения.

— Именно такой роскоши у вас может не быть.

— Тогда вы ничему не научились.

— А ты слишком быстро решила, что свобода важнее выживания.

Элара покачала головой.

— Нет. Я решила, что человек имеет право участвовать в решении о собственной жизни. Это не одно и то же.

Рейнар стоял рядом. Не впереди. Не за её спиной. Рядом. Мара перевела взгляд с одного на другую и впервые за весь разговор выглядела старше. Не слабее. Усталой.

— Я тоже когда-то говорила подобные вещи.

— Что произошло?

— Я начала считать последствия.

— Нет. Вы начали считать людей последствиями.

Мара на миг закрыла глаза. Когда открыла, вся усталость исчезла. Перед ними снова была бывшая командующая внешними маршрутами.

— Тогда разговор закончен.

Рейнар спросил:

— Где вы?

— Достаточно близко.

Элара насторожилась.

— Насколько?

Мара улыбнулась совсем немного.

— Ты ведь специалист по маршрутам. Узнаешь.

Канал оборвался. В тот же момент Седьмой контур подал внешний сигнал. Рейнар уже был у панели. Элара открыла дальнее наблюдение. Одна отметка. Потом вторая. Третья. Корабли выходили из старого коридора, который современная сеть вообще не показывала.

Рейнар проверил траекторию.

— Они знали координаты Р-7.

— Конечно знали.

— Три корабля.

— Один больше остальных.

Элара увеличила изображение. Идентификаторов не было. Но первый корабль использовал старый управляющий ключ. Тот же класс сигнала, через который Мара только что разговаривала с ними. Рейнар достал модуль с копией карты.

— Забери.

Элара покачала головой.

— Нет.

— Сейчас риск выше.

— Именно поэтому копия должна быть у двоих.

Он снова посмотрел на Элару. Не спорил. Он убрал модуль во внутренний защищённый отсек формы.

— Тогда выбирай маршрут.

Элара вызвала старую карту. Официальные дороги были закрыты. Современная сеть считала их беглецами. Три корабля Мары входили в сектор.

А где-то далеко одиннадцать нулевых сигнатур только начинали понимать — или ещё даже не знали, — что древняя система уже проснулась рядом с ними. Элара нашла единственную линию, которую приближающиеся корабли пока не перекрывали.

Она уходила не наружу. Обратно в глубину старой сети.

— Есть путь.

— Куда?

— Пока не знаю.

Рейнар подошёл к ней.

— Хорошо. Показывай.

Она не сразу отвела глаза от Рейнара.

— Даже не спросишь, насколько он безопасен?

— Спрошу после того, как выберешь.

Несколько дней назад эта фраза разозлила бы её. Она только кивнула.

— Тогда идём вместе.

Рейнар ответил не сразу. И когда ответил, в его голосе не было ни обещания спасти, ни попытки вернуть прошлое.

— Вместе.

Элара ввела маршрут. Седьмой контур начал открывать проход. За их спинами три корабля Мары уже приближались к станции, а перед ними древняя сеть впервые за многие годы прокладывала дорогу не потому, что кто-то приказал Эларе войти.

Она сама решила, кому открыть следующую дверь.

Глава 11. Не опоздай

Проход открылся не перед челноком. Он открылся внутри самого Седьмого контура.

Элара поняла это по карте раньше, чем успела ожидать привычной реакции внешнего шлюза. Тонкая линия, которую она выбрала в конце предыдущего маршрута, не уходила к очередному транспортному маяку. Она ныряла глубже в структуру Р-7, проходила сквозь несколько технических слоёв и заканчивалась в секторе, который до этого вообще отсутствовал на схеме.

За спиной три корабля Мары уже вошли в зону ретранслятора. До первого оставалось меньше четырёх минут.

— Это не выход, — сказал Рейнар.

— Вижу. Но это всё ещё может быть путь обратно к челноку.

— Можем вернуться к челноку.

Элара увеличила неизвестный сектор.

— И оказаться в открытом пространстве перед тремя кораблями, которые знают наши координаты.

— Поэтому я сказал «можем», а не «нужно».

Она подняла к нему глаза. Ещё несколько дней назад он уже сформулировал бы план и сообщил, что именно они будут делать. Сейчас Рейнар оставил решение между ними. Пожалуй, именно поэтому Элара ответила сразу:

— Идём внутрь.

— Тогда идём.

Седьмой контур услышал её раньше, чем они двинулись. Свет вдоль дальней стены изменился. Семь панелей погасли одна за другой, и между ними проявился узкий проход. Не механическая дверь — стена перестала быть стеной. Элара взяла терминал с основной копией карты.

Вторая оставалась у Рейнара. Лиану они успели передать только архитектуру Седьмого контура и подтверждение связи его дома со старой сетью. Ни имён, ни координат носителей, ни полного перечня сигнатур он не получил. Это решение теперь казалось особенно правильным.

— Если разделимся, — сказала Элара, — карта остаётся в двух копиях.

Рейнар взглянул на неё.

— Не разделимся.

— Это не обещание, которое ты можешь дать.

Он сдержал ответ. После разговора с Марой ему особенно трудно давалось не превращать любую опасность в личное обязательство. Элара видела это.

— Я не говорю, что нужно разойтись, — добавила она. — Я говорю, что если придётся, мы заранее знаем правило.

— Тогда у меня дополнение.

— Какое?

— Если один из нас теряет возможность защитить свою копию, уничтожает её.

Она помолчала. Правильно. Тоже неприятно.

— Согласна.

— И никакого героизма ради данных.

— Рейнар.

— Что не так?

— Ты сейчас говоришь мне это?

Он понял и чуть поморщился.

— Справедливо.

Они вошли в проход. Позади стена снова стала цельной.

Элара ожидала лестницу, ещё один набор меняющихся коридоров или новый архив. Вместо этого через двадцать метров пространство открылось в огромный круглый зал, занимавший, по её оценке, почти весь внутренний диаметр ретранслятора. В центре висела карта.

Не проекция в привычном смысле. Световые линии проходили через воздух от стены к стене, образуя трёхмерную сеть маршрутов. Семь больших контуров пересекались между