Беглянка №0 для звёздного командора - Алекс Скай

никакого намеренно затемнённого помещения, как в первый раз. Теперь женщина сидела перед открытой рабочей панелью. За её спиной был виден фрагмент корабельной стены и старый знак внешних маршрутов, давно исключённый из современной символики флота.

Она больше не скрывала, кто говорит. Скрывала только где. Мара сначала посмотрела на карту за спиной Элары. На одиннадцать светящихся точек. Потом на неё.

— Ты всё-таки запустила синхронизацию.

— Вы знали, что это произойдёт?

— Знала, что может.

— Поэтому помогли нам добраться до Керрена?

— Поэтому не мешала.

Рейнар произнёс:

— Вы отправили туда группу.

Мара повернулась к нему.

— Не мою.

— Вы знали о ней.

— Знала.

— Очень удобная разница.

— Когда-то ты понимал такие различия лучше.

Элара почувствовала, как Рейнар напрягся, но голос его остался спокойным:

— Когда-то я считал, что они имеют значение.

— Имеют до сих пор.

— Не для тех, кто оказался между ними.

Мара задержала на нём взгляд немного дольше. В её лице впервые появилось что-то, похожее не на сожаление, а на признание того, что перед ней уже не тот молодой офицер, которым когда-то было легко управлять через систему приказов.

— Ты изменился, Касс.

— Семь лет достаточно.

Элара вмешалась прежде, чем разговор снова превратился в их старую войну.

— Зачем я была нужна в Керрене?

Мара посмотрела на неё.

— Наконец правильный вопрос.

— Вы уже один раз говорили это.

— Потому что ты долго задавала неправильные.

— Тогда ответьте без игры.

Женщина ненадолго замолчала. Элара почти ожидала очередной попытки уйти от прямого ответа. Вместо этого Мара выключила часть собственной панели. На экране рядом с ней появилась старая схема Керрена. Не та, которую Элара изучала последние часы.

Ещё более ранняя. На ней Н-4 существовал, а большая часть современной инфраструктуры отсутствовала. В центре сектора находился древний объект, который позже спрятали внутри внешней станции.

— Семь лет назад ты приехала в Керрен как специалист по навигационным системам, — сказала Мара. — Официально — восстанавливать старые маршрутные таблицы. На самом деле твой контракт появился не случайно.

Элара почувствовала, как пальцы крепче сжимают край терминала.

— Вы привезли меня туда.

— Я обеспечила, чтобы твоя кандидатура оказалась первой в списке.

— Зачем вам это было нужно?

Мара вывела другую запись. Старая таблица. В ней не было процентов совместимости, брачных прогнозов или генетических пар. Только технические реакции.

СИГНАТУРА: НЕСТАБИЛЬНА.

РЕАКЦИЯ НА СТАРЫЕ МАРШРУТЫ: ПОВЫШЕННАЯ. ВЕРОЯТНОСТЬ ОТКЛИКА АРХИТЕКТУРЫ: ВЫШЕ ПОРОГА.

Элара узнала принцип сразу. То же самое они видели на Седьмом контуре.

— Вы проверяли меня ещё до Керрена.

— Не тебя лично. Твои маршрутные решения.

— Объясните.

— За восемь лет до этого несколько старых узлов начали выдавать странные ошибки. Не технические. Они меняли маршрутизацию в присутствии отдельных операторов. Большинство людей не замечали, потому что система корректировала себя и возвращалась в обычный режим.

— А я заметила.

— Ты не просто заметила. На Тирре ты открыла резервный переход, которого не было в современной документации.

Элара вспомнила старый шлюз. Тот самый, про который они с Рейнаром говорили меньше часа назад. Она тогда считала это обычной ошибкой схемы.

— Это была не ошибка.

— Нет.

Рейнар спросил:

— Почему в отчёте ничего не было?

— Потому что я убрала запись из общего контура.

— Ещё тогда?

— Ещё тогда.

Элара смотрела на Мару.

— Сколько вы следили за мной?

— Почти два года.

Ответ прозвучал буднично. От этого стало хуже.

— Два года.

— Не постоянно.

— Это должно помочь?

— Нет.

Мара не пыталась смягчить сказанное.

— Мы искали людей, на которых реагировала старая сеть. Не знали почему. Не знали, что означает нулевая линия. Тогда этого названия вообще почти не использовали.

— Но знали достаточно, чтобы подстроить мне контракт.

— Достаточно.

— И посадить меня на Н-4 рядом с Керреном.

— Да.

Рейнар сделал шаг вперёд.

— А мне не сказали.

Мара посмотрела на него.

— Тебе особенно нельзя было говорить.

В помещении стало очень тихо. Элара почувствовала, как меняется сам смысл разговора.

— Почему особенно ему?

Мара не отвела взгляда.

— Потому что Касс был единственным человеком, которому ты доверяла больше собственной профессиональной любознательности.

Элара ничего не сказала. Мара продолжила:

— Ты могла спорить с начальством, игнорировать предупреждения инженеров, обходить официальные схемы и лезть туда, куда тебя просили не лезть. Но если Рейнар говорил, что что-то выглядит неправильно, ты останавливалась и проверяла.

— Не всегда.

— Достаточно часто.

Элара посмотрела на Рейнара. Он не выглядел удивлённым. Скорее человек, который вдруг увидел собственное прошлое глазами того, кто давно изучал его как инструмент.

— Поэтому меня отвели, — сказал он.

Мара ответила:

— Поэтому тебя нельзя было допустить на Н-4 в тот вечер.

Рейнар медленно подошёл ближе к экрану.

— Приказ на внешний конвой.

— Был настоящим.

— Это я уже знаю.

— Люди действительно потеряли маршрутную привязку. Угроза была реальной. Я ничего не имитировала.

— Но выбрали именно мою группу.

— Именно вашу.

— Хотя рядом были другие.

Мара не ответила сразу. Этого оказалось достаточно. Рейнар продолжил:

— Насколько другие были дальше?

— Двенадцать минут.

Элара перевела взгляд на него. Его лицо почти не изменилось. Но она знала, что значит подобная неподвижность.

— Вы отправили его, потому что были уверены, что он выберет конвой, — сказала она.

Мара снова посмотрела на Элару.

— Я знала Касса.

— Нет. Вы знали, чем на него надавить.

— Иногда это одно и то же.

— Не для людей.

— Для командования часто.

Рейнар коротко произнёс:

— Я был удобен.

Мара не стала лгать.

— Очень.

Элара почувствовала, как внутри поднимается холодная злость. Не та горячая ярость, с которой хотелось что-нибудь разбить. Гораздо хуже. Собранная.

— А я?

Мара выдержала её взгляд.

— Ты тоже.

— В чём?

— В том, что была уверена: Касс придёт.

Элара замерла. Вот теперь Мара попала туда, куда до этого никто не попадал.

Семнадцать минут. Договорённость казалась настолько надёжной, что Элара не ушла сразу, увидев неизвестный корабль. Её удержала не глупость — вера в человека.

— Вы использовали то, что я его ждала.

— Использовала.

Рейнар тихо сказал:

— Мара.

В одном слове было больше угрозы, чем в любом повышенном голосе. Но женщина на экране не отступила.

— Ты